Но исследовательская деятельность — только одна из областей, в которых выделялся Фредерик. Он был активным членом Сопротивления, он готовил динамит и бросал бомбы в немецкие танки на улицах Парижа, пока руководил лабораторией Французского колледжа. Благодаря хорошим личным отношениям Жолио с Вольфгангом Гентнером, немецким ученым, ответственным за контроль над французскими исследователями, колледж работал и во время войны. Также эта дружба могла освободить Ланжевена после задержания немцами во время оккупации Франции. Позиция Фредерика привела его к вступлению во Французскую коммунистическую партию — он думал, что это единственная организация, способная противостоять нацистам.
После войны Жолио был назначен директором французского государственного исследовательского учреждения — Национального центра научных исследований — и был принят в члены Академии наук, выиграв голосование у Жана Беккереля, сына Анри. Подозрительно хорошие отношения Фредерика с немецкими учеными и в особенности верность коммунистической партии привели к тому, что американцы оставили его за рамками Манхэттенского проекта, хотя его кандидатуру рекомендовал сам Эйнштейн.
Когда восстановился мир, Жолио добился для Франции чего-то более ценного, чем Нобелевская премия. С его помощью страна обрела энергетическую независимость и смогла наилучшим образом воспользоваться наследием Марии Кюри. Главными героями этого подвига были ученый, который кидал бомбы в нацистов, и генерал Сопротивления. Комиссариат атомной энергии (СЕА) был официально основан 15 ноября 1945 года, но фактически он появился раньше, на встрече генерала де Голля и Фредерика Жолио-Кюри в ноябре 1944 года. Ученый убедил тогда еще кандидата в президенты в том, что Франции нужно развивать собственную ядерную программу. Изначальная идея Фредерика состояла в том, чтобы сотрудничать с англичанами и американцами для разгадки секретов ядра и извлечь из этого максимум пользы. Но вскоре он увидел, что цели стран отличаются, поскольку англичане и американцы ввязались в гонку вооружений холодной войны, а Фредерик не хотел, чтобы ядерная энергия использовалась не в мирных целях. Пока была возможность, Фредерик держался за рамками этой войны и, пользуясь щедрой поддержкой правительства, создавал исследовательские центры, программы и базовые инфраструктуры мощной французской школы ядерной физики.
В конце концов холодная война снесла его с вершины СЕА. Как ученый-коммунист мог возглавлять организацию максимального энергетического значения для Франции и свободного мира? У де Голля был и более серьезный мотив поставить другого человека во главу СЕА: Франции нужно было ядерное могущество, чтобы освободиться от американского военного надзора, а Фредерик, как участник Стокгольмского манифеста, в котором просили сложить атомное оружие, не слишком подходил для руководства этим процессом. Когда холодная война ушла в историю, применение ядерной энергии в мирных целях снова стало приоритетом СЕА.
Когда-то получившие мощный импульс, ядерные исследования продолжаются и сегодня. Все французские президенты, которые следовали за де Голлем, преподносят это как национальное отличие. По этой причине Франция — единственная страна, которая, не имея ископаемого топлива, энергетически независима.
В одной из своих последних лекций Фредерик выразил надежду Пьера на то, что любое научное завоевание будет приносить человечеству больше добра, чем зла. Для Марии же наука имела не только утилитарный характер: как она сказала на лекции «Будущее культуры», которую прочитала во время своей поездки в Испанию в 1933 году, ее соблазнила красота науки:
«Я отношусь к тем, кто считает, что наука обладает невероятной красотой. Ученый в лаборатории — не просто техник; это также ребенок, перед которым стоят природные явления, завораживающие его, как сказка. Мы не должны позволить, чтобы думали, будто любой научный прогресс можно свести к механизмам, машинам, моторам, хотя у любого механизма также есть своя красота. Не думаю, что дух приключений подвергается риску исчезнуть из нашего мира. Когда я вижу вокруг себя что-то особенно живое, мне помогает именно этот дух приключений, который кажется вечным и идет в паре с любознательностью».
Этот дух приключений поддерживал Марию Кюри на ногах, пока были силы. Это тот же самый дух, благодаря которому родилась наука и благодаря которому она будет жива, пока существуют люди с их любознательностью.
Список рекомендуемой литературы
Asimov I., Breve historia de la quimica, Madrid, Alianza, 2006. Casado, M.J., Las damas del laboratorio, Barcelona, Debate, 2006. Curie, E., Madame Curie, Paris, Gallimard, 1938.
Curie, М., Escritos biográficos, Barcelona, Edicions UAB, 2011. Folsing, U., Mujerespremio Nobel, Madrid, Alianza, 1992.
Gamow, G., Biografia de la fisica, Madrid, Alianza, 2007.
Gribbin, J., Historia de la ciencia, 1543–2001, Barcelona, Critica, 2003.
Lozano, М., Nucleares, ¿por qué no? Cómo afrontarel futuro de la energia, Barcelona, Random House Mondadori, 2009.
Reid, R., Marie Curie, Barcelona, Salvat, 1987.
Sánchez, J.M., Marie Curie y su tiempo, Barcelona, Critica, 2000. Strathen, P., Curie y la radioactividad, Madrid, Siglo XXI, 1999.
* * *
![]()
