Радмила собирала разбросанные по полу обрывки голубой ткани, бормоча с сожалением:
- Юбку жалко. Мы с Цветаной эту ткань из Княжграда привезли...
И вдруг остолбенела, словно громом поражённая. Лицо женщины вытянулось, на нём отразился ужас, смешанный с изумлением. Будто в замедленной съёмке она разглядывала клубок окровавленных лоскутов, а затем, бросив ошеломлённый взгляд на кузнеца, прижала их к груди, прикрыв глаза.
- Извини, тётя Рада, - недоумённо промямлила Белка.
- Что ты, что ты, Белянушка! - всполошилась Радмила, придя в себя, - Ты человеку жизнь спасла! Это я так, даже не думай, что в упрёк. Ты умница моя!
Радмила поднялась с охапкой голубого перевязочного материала в одной руке, и подойдя ближе, ласково приобняла за плечи другой:
- Иди наверх, приведи себя в порядок. Позавтракаем быстренько, потом я на работу. Придётся тебе присмотреть сегодня за нашим гостем. Впрочем, возможно, он до вечера не проснётся, - успокоила она.
- Конечно, присмотрю, - кивнула Беляна и потопала к себе.
Только стягивая с себя одежду, она обнаружила, что всё ещё одета в оливкового цвета юбку, одолженную Светланой. И улыбнулась, подумав, что придётся навестить девушку на постоялом дворе. Вряд ли та примет приглашение Радмилы на ужин, сочтя его простым проявлением вежливости.
Оттирая грязные коленки, Белка неожиданно поняла, что уже думает об утренней знакомой, как о подруге. Странно, ведь ей всегда было тяжело сходиться с новыми людьми. Разумеется, их со Светланой знакомство никак не назовёшь светским, но за короткое время хорошо узнать человека можно, наверное, только в экстремальных условиях. Белка знала, просто чувствовала, что встретила своего человека. Тем более, им предстояло вместе учиться. Она усмехнулась этим мыслям и вышла из душа, оборачиваясь мягким полотенцем.
Радмила уже сидела за накрытым столом, время от времени бросая взволнованные взгляды на кушетку, где спал Стожар. Белка сбежала вниз и, бережно уложив свёрнутую оливковую юбку на сундук, подсела к столу. Завтракали поначалу в тишине, нарушаемой лишь постукиванием приборов и мерным посапыванием кузнеца.
- Милая девушка эта Светлана, - нарушила молчание Радмила.
Белка кивнула и, отложив вилку, произнесла:
- У меня такое странное чувство, будто я всю жизнь её знаю.
- Ничего удивительного, - уверенно заявила Рада, - Мы с твоей мамой тоже сразу почувствовали себя близкими людьми, без всяких видимых причин для этого. С первой минуты стали лучшими подругами, и оставались ими до конца, - Радмила сглотнула, на мгновение прикрыв глаза.
- Мы почти не знакомы, - робко возразила Беляна.
- Познакомитесь, - пожала плечами Радмила.
- Она приехала поступать в Ведарию, - рассеянно сообщила Белка, намазывая на хлеб тоненький слой масла.
- Да что ты! - обрадовалась Рада, - Ну вот, видишь!
- И она такая же странная, как я, - улыбнулась девушка.
- Ха! Ещё бы не странная, она же деванка!
- Второй раз слышу это слово, - хмыкнула Белка, - Что сие означает?
- Деванки - племя женщин-воительниц, населяющих Девье Царство, - ответила Радмила с довольной улыбкой, - Почитать о них можешь в Истории Тридевятого Мира - я точно помню, что отбирала эту книгу для тебя. Правда, там написано немного, но ты будешь знать не меньше, чем другие. Деванки очень ревностно оберегают свои секреты.
Белка кивнула. Она просто ещё не успела добраться до этого увесистого фолианта.
- Сегодня же почитаю, - пообещала она.
Радмила поднялась из-за стола:
- Всё, я побежала, - прощебетала, схватив плетёнку, - А тебе придётся посидеть дома до моего прихода. Приберёшься и делай, что хочешь. Надеюсь, со Стожаром всё будет хорошо, но если что не так - сообщи сначала мне. Матрёну будем вызывать только в крайнем случае.
- Я поняла, - возвела очи горе Беляна, вспоминая хитрые глазёнки и ехидные замечания пожилой целительницы.
- Всё равно хорошо, что уезжать мне никуда не придётся, - улыбнулась Радмила, снова бросая взгляд на спящего великана, и внезапно зарделась, - Наш гость скоро поправится, а я слышала, он очень хороший кузнец - лучший Мастер своего ремесла.
- Ты слышала о нём? - удивилась Беляна.
- А как же! В нашем городе хороших мастеров все знают, недаром каждые три года Турнир проводится.
- Турнир? - переспросила Белка, - Это рыцарский что ли?
- Княжеский, - Радмила засуетилась, - Давай вечером, хорошо? Не то я опоздаю.
- До вечера, - пробормотала Беляна.
Она вдруг подумала, что ей рановато заводить подругу. Радмила единственная, с кем девушка могла разговаривать, не опасаясь обнаружить своё вопиющее невежество и попасть в неприятную ситуацию. Книги - это, конечно, замечательно. Помимо них Белка старалась чаще смотреть передачи по вещальнику, чтобы больше узнать о Тридевятом мире. Но она скучала по простому человеческому общению, тосковала о бабушке, о друзьях, о Наташке. А что будет, когда она поступит в Ведарию и станет жить там? Ведь тогда даже с Радмилой можно будет видеться только по выходным, а остальное время жёстко контролировать любое слово и ни в коем случае ничему не удивляться. Безрадостная перспектива.
Беляне представила, как на протяжении энного количества времени оглядывается и продумывает каждый следующий шаг, и ей стало грустно. За невесёлыми размышлениями девушка прибрала со стола и помыла посуду, затем, подойдя к кузнецу, послушала его дыхание и подивилась, что не заметно ни перелома, ни шрамов от утренних ран. Поправила одеяло, прикрывая поросший золотистой растительностью торс, и поднялась наверх за книгой.
Радмила оказалась права: из "Истории Тридевятого мира" о деванках удалось почерпнуть немного. Их наименование происходило не от названия легендарного Девьего Царства, как подумала Беляна вначале. Девана - богиня охоты, которую чтили девы-воительницы. Прирожденные воины, деванки росли в спартанских условиях, их с детства натаскивали на всевозможные виды боевых искусств, и к своему совершеннолетию девушка обязана была в совершенстве овладеть мечом, метко стрелять из лука и стать непревзойдённой наездницей, в чём Беляне пришлось убедиться сегодня утром. Она вспомнила, как норовистая кобыла, сбросившая Стожара, стала шёлковой, стоило Светлане прикоснуться к ней.
Посвящение деванка проходила в двадцать лет, победив в единоборстве воина-мужчину. Как выбирался этот воин, "История Тридевятого мира" умалчивала. Значит, посвящения Светлана ещё не прошла. О ведуньях-деванках действительно не упоминалось, как и о ведунах. Насколько поняла Беляна, мужчин в Девьем Царстве вообще не жаловали. Точнее, их там просто не было. Информацию о том, куда они девались, и подробности осуществления репродуктивной функции фолиант также тактично пропустил.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
