* * *
14 мая 82 г.
Умираю! Хочу работать!
Просто медленно схожу с ума.
Ну что же делать?
В Москве устроиться не могу.
В ВИА работать не смогу.
А рок-группы не испытывают нужды в солистах.
Свою группу собрать не могу по причине полного безденежья.
Видимо, придется ехать в Сыктывкар.
* * *
18 мая 82 г.
Мой маленький заболел. Т° — 38 и 2.
Такой хороший мальчишка!
Я пишу стихи, а он лежит в своей кроватке тихо-тихо и о чем-то думает. Не мешает. Такая умница!
Таня уехала в библиотеку сдавать книги. Хорошая она у меня.
И Таня и Лысенький у меня замечательные.
* * *
21 мая 82 г.
Есть у меня на этом свете три самых верных друга. Эти люди всегда поймут, поддержат и подадут руку в самую трудную минуту. Это моя мама, Володя — брат и Таня — жена.
Они никогда не предадут.
* * *
11 июня 1982 г.
9-го июня прилетел в Сочи. Меня не ждали. Скучно.
Город чужой, холодный, несмотря на всю прелесть природы.
Очень соскучился по Тане и Игорьку, по дому, по маме.
Артист варьете из меня, видимо, не получится: слишком серьезные пою песни, слишком принципиален к творческой стороне работы.
Да и вообще, не вписываюсь я как-то во все это...
Уеду я, наверное.
Не лежит душа.
Нужно собирать свой коллектив.
Но как это сделать? Как???
Единственный для меня выход из болота, в которое я влез (но юношеской глупости) по уши, — делать свой коллектив. Либо рвать с кровью, рубить канаты и уходить в таксисты.
* * *
4 июля 82 г.
Ненавижу эту проклятую работу.
Работу... И работой-то ее назвать нельзя. Петь одну и ту же песню в программе мне не доставляет никакого удовольствия. Обстановка в коллективе мерзкая, напряженная. Народу много, а толку никакого. Программа неинтересная, безвкусная, скучная... Музыканты, как зажравшиеся, сытые коты на лежанке.
С ними каши не сваришь.
А шевелить, уговаривать и доказывать им что-либо так же бесполезно, как разжигать костер в болоте.
Эх! Если бы удалось попасть на конкурс, и не подвела бы при этом капризная глотка моя.
Как много можно было бы сделать потом. Сколько написать стихов, несен, композиций!..
Еще это проклятое образование музыкальное.
Бюрократы проклятые, бумажники.
Более бюрократической системы, чем наша, не найти на всем земном шаре.
* * *
Читая М. Булгакова
«МАСТЕР И МАРГАРИТА» -- есть великая сила, которая движет и правит всем... по своим — недоступным человечеству — законам и принципам. Чистая, сильная, самозабвенная любовь рано или поздно вознаграждается — пусть даже необъяснимым для людей способом.
Любовь и гений — бессмертны.
Ограниченность, самоуверенность, корысть и подлость — рано или поздно наказуемы, пусть даже неземными силами, не по земным законам...
Есть сила. Есть другое измерение. Есть другая форма жизни...
* * *
2. XI. 82 г.
Ничего не буду писать о конкурсе.
Достаточно красноречиво и подробно все сказано в стихотворении «Конкурс», которое я написал сегодня и посвятил этому проклятому и никому не нужному «конкурсу».
* * *
3. XII. 82 г.
Через неделю покидаю Сочи.
Что дала мне работа в этом городе?
В большом смысле, конечно, ничего.
Ну что может дать работа в ресторане?..
Вот опять написал песню. Зачем? Для чего? Самому ее петь нет возможности. Других надо искать, растолковывать им, объяснять. Скучно все это.
Сколько уже моих песен лежит мертвым грузом. А композиции? Сколько сил было отдано «С океаном наедине». И тема актуальна, и музыка, по мнению других, интересная, и стихи хорошие. А что толку? Лежит она, милая, вот уже скоро шестой год дома, пылится. И время ее постепенно проходит. Да разве только она одна. А сколько тем интересных намечено. Руки не лежат за все это браться. Знаю, что все это заведомо обречено. Эх, эх! Идиотская страна. Ну, хватит ныть!
Поживем - увидим.
* * *
Зачем манипулировать правдой и красотой?
Правда и красота — понятия неизменные и постоянные.
Нельзя их подмазывать и подкрашивать, нельзя их подстраивать под обстоятельства и время.
Нельзя!
* * *
4. X. 84 г.
Эстрада — большая помойная яма.
Как большая помойная яма вмещает в себя кучи грязных отбросов, так наша эстрада вмещает в себя кучи бездарных исполнителей и сочинителей.
Одаренные, не залезайте в эту яму, не пачкайте себя.
* * *
7. VII. 86 г.
Тухманов. Вступаю в следующий этап своей творческой жизнедеятельности. Что даст мне этот альянс? Трудно предположить...
Отрадно то, что занимаюсь любимым делом — пою, и пою сравнительно немало. Это очень хорошо. Конечно, было бы лучше петь свои песни, но... значит, еще не пришло время. Главное — терпение. Не надо спешить и дергаться. Работа и терпение.
* * *
13. IX. 86 г.
Работа с Тухмановым.
Репетиции, записи, поездки.
Очень огорчает тот факт, что музыканты все без исключения из рук вон плохо справляются со своими обязанностями. Музыкант, работающий без удовольствия, приспособившийся к «легкому» заработку, относящийся к своей работе как к ремеслу, — опаснее диверсанта, ибо наносит вред как тем, кто вынужден терпеть его несостоятельность, в частности, так и всему искусству в целом. Только в этой стране люди могут «успешно» оканчивать высшие музыкальные учебные заведения и оставаться при этом людьми, абсолютно не имеющими никакого отношения к музыке и к искусству.
Бездушные теоретики, холодные исполнители, ленивые болтуны и приспособленцы...
* * *
4. IV. 87 г. Ленинград
Моя душа после долгого и тревожного сна в весеннем Ленинграде вдруг проснулась, встрепенулась и улыбнулась.
* * *
29. II. 88 г. Липецк
Два концерта. Настроение отвратительное.
Толпа хочет только развлекаться, тексты не слушает и не воспринимает...
«Бригада С» и Крылов «проходят» лучше меня...
Да еще эти связки опять начинают доставать. Не было печали. Видимо, необходим основательный пассивный отдых.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
