Читаем без скачивания Коронный номер мистера Х - Дарья Донцова

– Вы правы, – согласился я, – похоже, дочь Донелли и Евгению связывали близкие отношения, которые они хранили в тайне.

– Или Светлана понятия не имела об анализе, – возразила Косова. – Евгения затеяла какую-то свою игру.

Глава 23

На следующий день я встал не рано: вчера поздно лег, а спешить было некуда. Магазин Заварской открывался в одиннадцать утра, кафе еще позднее, в полдень. Ехать до владений Анфисы Семеновны мне не более десяти минут, поэтому я без спешки принял душ, побрызгался новым парфюмом, вышел в столовую, предвкушая крепкий кофе, и… едва не был сбит с ног Демьянкой.

Думаю, собака понимает, кто в доме хозяин, поэтому всячески выказывает мне свое расположение. Когда я сажусь в кресло с книгой в руках, она всегда старается примоститься рядом. Демьянка не лезет на колени, она непостижимым образом ухитряется втиснуться между ручкой кресла и моим телом и лежит тихо-тихо. Я не раз удивлялся уму псинки, сообразившей, что я не люблю шума. Едва поселившись в доме, собака попыталась лаять на каждый шорох, и я в ее присутствии сказал Борису:

– Кажется, мы совершили большую ошибку, пригрев воспитанницу Николетты, от лая у меня голова болит.

– Она перестанет, – заверил батлер, – сейчас услышала вас и сделает выводы.

Я рассмеялся:

– Не стоит очеловечивать животных, ими управляют инстинкты.

Борис не стал спорить. Через неделю после той беседы я вдруг сообразил, что в квартире стоит блаженная тишина. Демьянка не издавала ни звука. А еще она поняла, что я не в восторге от бурных собачьих ласк, не большой любитель быть облизанным с головы до ног, не умиляюсь, когда мне дышат в лицо, поэтому весь свой респект и любовь псинка выражает, бурно размахивая хвостом, но держась на расстоянии. Однако сегодня Демьянку словно бешеная муха укусила. Заметив меня на пороге, счастливая мать одиннадцати безобразников вдруг подскочила, ринулась ко мне, обхватила передними лапами мои ноги и принялась тихо повизгивать. Я погладил ее по голове.

– Что происходит?

Демьянка взвилась вверх, облизала мне лицо, потом принялась бегать кругами вокруг стола. Завершив один оборот, она снова кидалась ко мне со слюнявыми поцелуями.

– Скажите, пожалуйста, как она соскучилась! – удивился Борис. – Впервые так себя ведет.

– У Демьянки сегодня игривое настроение, – согласился я, – лучше уведите ее, а то я кофе не попью, боюсь, псина чашку из руки выбьет.

Батлер запер собаку в своей комнате. Я мирно завершил завтрак и уехал по делам, попросив Бориса перед уходом побродить по Интернету в поисках любой интересной для нас информации.

В магазине чая стоял такой аромат, что у меня закружилась голова.

– Много запахов, да? – улыбнулась стоящая за прилавком стройная женщина лет сорока пяти, шею которой обвивала нить искусственного жемчуга. – Банки плотно закрыты, но все равно запах наружу проникает. Рада вас видеть. Нужен мой совет, или вы знаете, чего хотите? Если ищете подарок, то обратите внимание вот на эту коробку. В ней тридцать три жестяные герметично закрытые упаковки с разными сортами чая. К дегустационному набору приложена брошюра, прочитав ее, вы узнаете, чем черный чай отличается от зеленого, белого, красного, синего, какие сорта и коктейли представлены в бутике…

– Простите, я хочу побеседовать с Анфисой Семеновной Заварской, – остановил я продавщицу.

– Зачем она вам? – предусмотрительно поинтересовалась торговка. – Претензии к товару?

– У меня личное дело, – нашелся я.

Женщина открыла ящик и протянула мне брошюру:

– Это наш прайс. По вопросам заказов можно позвонить по указанному телефону, но раз вы приехали, сейчас позову…

Я вынул служебное удостоверение и раскрыл его.

– Полиция? – попятилась продавщица. – У нас ничего не случилось, налоги выплачены…

– Я частный детектив, – уточнил я, – владею сыскным агентством.

– Час от часу не легче, – дернулась женщина. – Вас мой бывший прислал? Он все еще надеется получить часть моих денег?

– Речь не о вас, – улыбнулся я, – мне нужно поговорить с Заварской. Будьте любезны, позовите хозяйку или сообщите ей о моем визите.

Дама оперлась руками о прилавок.

– Перед вами владелица фирмы «Чай со всего света».

– Анфиса Семеновна справила шестидесятилетие, – возразил я. – Не хочу сказать, что это преклонный возраст, но все-таки Заварская пенсионерка. Вы лет эдак на двадцать моложе. Понимаю, что хозяйка просит не пускать к ней…

Дверь звякнула, появился мужчина, за ним трусил йоркширский терьер.

– Марк! – обрадовалась продавщица.

Собачка вытянула шею, подергала носом, заверещала, кинулась ко мне, вцепилась лапами в брюки, ловко вскарабкалась вверх и облизала мне лицо. Все это она проделала так быстро и ловко, что я не успел отреагировать.

– Марк! – ахнул хозяин, отдирая от меня терьера. – Да что с тобой! Вы ему до потери ума понравились.

Последняя фраза явно адресовалась мне.

– Наверное, у вас собака дома? – не утихал покупатель. – Девочку Марк за версту чует.

Моей правой ступне стало намного теплее, чем левой. Удивленный этим обстоятельством, я взглянул вниз… Марк, которого владелец поставил на пол, задрал заднюю лапу над моим ботинком.

– Виктор Маркович! – покраснела продавщица.

– Ах ты боже мой, – засуетился покупатель, – извините, простите, Маркуша прекрасно воспитан. Анфиса Семеновна не даст соврать, йорик никогда пол не пачкает. Ну что с ним сегодня? Надо к ветеринару ехать. До свидания, Анфиса Семеновна, заглянем завтра.

Я мигом забыл про описанную ногу. Анфиса Семеновна? Передо мной на самом деле хозяйка магазина?

– Виктор Маркович, – рассердилась Заварская, – пес описал человеку ботинок. Вы не можете вот так взять и убежать!

Мужчина стал медленно, бочком, продвигаться к двери.

– Что делать-то? Что описано, то описано. И не я набезобразничал, а Марк.

– Вы его хозяин, – не успокаивалась Заварская, – нужно купить пострадавшему новую обувь.

– Туфли целы, – начал отбиваться Виктор Маркович, – они, похоже, кожаные, на тракторной подошве. Маркуша не серной кислотой ссытся. На наших улицах реагента море, он ботинки в кашу превращает. Подумаешь, капнул Маркуша чуток. Не из чего трагедию делать.

– Человеку сейчас придется в мокром носке ходить, – не утихала владелица лавки, – принесите ему новые ботинки.

– Где их взять? – прикинулся дурачком посетитель. – Давайте я свои ему отдам. Они старые, но сухие.

– Спасибо, не надо, – отказался я.

– Слышали, Анфиса Семеновна? – обрадовался Виктор Маркович. – Я предложил, он отказался, претензий нет.

Подхватив собаку, мужик исчез из поля зрения. Заварская начала извиняться:

– Марк сюда третий год ходит, никаких сложностей до сих пор не было. Но больше я собаку в бутик не пущу. Неприятный инцидент, зато вы убедились, что я на самом деле Анфиса Семеновна.

– Простите, – смутился я.

– Ну что вы, – рассмеялась дама, – это был лучший комплимент в моей жизни.

– Не хотел вам польстить, – признался я, – на самом деле думал, что вам от силы сорок пять.

– Вот именно поэтому и лучший комплимент, – весело добавила Анфиса. – Валера!

Из служебного помещения вышел парень лет двадцати. Хозяйка обратилась к нему:

– Голубчик, отведи… э…

– Иван Павлович Подушкин, – быстро представился я.

– …нашего гостя в кафе, – завершила фразу хозяйка, – я подойду через пару минут, побеседуем за чаем. Учитывая конфуз, случившийся в моем бутике, угощение за счет фирмы.

Глава 24

Я сел за крохотный круглый столик и попытался сообразить, куда деть свои ноги. Заварская все не шла, появилась она, когда я уже решил, что хозяйка, обманув меня, удрала прочь. Но нет, не успела сия мысль угнездиться в мозгу, как Анфиса вбежала в зал и протянула мне маленький пакетик:

– Держите. Слева туалет, переоденьте носки, они новые, я только что купила их в переходе у метро. Качество не ахти, но лучше в таких, чем в мокрых.

– Право, мне неудобно, – сконфузился я. – Сколько я вам должен?

Анфиса закатила глаза.

– Боже! Три копейки. Забудьте. Это мне некомфортно из-за Марка.

Я взял подарок и направился в туалет.

Сортир оказался вымыт до блеска, мой нос не ощутил ни малейшего неприятного запаха. На полочке у рукомойника лежало несколько крохотных кусочков мыла ядовито-фиолетового цвета в прозрачной упаковке. Я взял один и прочитал название, напечатанное красными буквами: «ЛОвандовое мыло». Мигом вернулось хорошее настроение, мне стало смешно.

Когда я, по-прежнему улыбаясь, сел за столик, Анфиса засмеялась:

– Воспользовались лОвандовым мылом?

– Угадали, – кивнул я.

Заварская взяла пузатый чайник.