Читаем без скачивания Ритианский террор - Дэймон Найт

- Почему?

- Просто из предосторожности, сэр. Мы обнаружили здесь одного ритианина; я хочу быть полностью уверенным, что здесь нет других.

Кейт-Ингрем кивнул.

- Нет вреда в том, чтобы убедиться. Хорошо, Торн, начинайте, если вы так задумали. Ну, что еще за вопрос?

- Еще одно. Меня интересует, нельзя ли поднять вопрос об обработке Кассины в любом случае, независимо от схемы Пембана. Если методика Пембана обернется неудачей, будет меньше задержка перед ортодоксальной процедурой.

Его ударение на слове "ортодоксальной" было деликатным, но он знал, что Кейт-Ингрем уловил его.

Начальник Спенглера молча смотрел на него в течение нескольких минут.

- В сущности, - произнес он наконец, - я уже думал над этим. Однако я могу также сказать, что очень верю в Пембана. Если бы весь наш персонал работал так же эффективно, как он, Торн, то дела в этом департаменте шли бы гораздо ровнее.

Спенглер ничего не ответил.

- Это все? Конец связи.

Вспоминая об этой беседе вечером перед сном, Спенглер думал: "Посмотрим, какая уверенность в Пембана будет у вас завтра утром.

Все было готово к десяти часам.

Нет загадки, к которой нельзя найти решения, подумал Спенглер с удовлетворением. Независимо от того, какой безнадежно запутанной и противоречивой может показаться ситуация при поверхностном рассмотрении, и даже после некоторого углубления в нее, если искать упорно, то в конце концов можно докопаться до сердцевины, и именно там находятся все части проблемы, обнаженные в своей истинной простоте.

И вот какое открытие снизошло на Спенглера.

Настоящая битва происходила между варварством и цивилизацией, между магией и наукой, между двойным значением и единым пониманием.

Пембан был на стороне двусмысленности и беззакония. Поэтому он был врагом.

Что ослепило Спенглера, и в равной мере ослепило их всех, так это очевидный факт, что Пембан был человеком. Лояльность по отношению к нации или идее условна, но преданность расе в крови у каждого человека с рождения. Как говорится в старинной поговорке, "кровь людская - не водица".

То, что Пембан был человеком - очевидный факт, но вот какое значение следует на самом деле придавать этому факту?

"Вэй" также казался человеком, пока его не раскрыли.

Пембан принадлежал к неопрятному миру, в котором ритианам позволялось беспрепятственно приходить и уходить. Могло быть вполне возможным, и даже тактически оправданным, что, оценив очень полезную связь Пембана с Землей, они сделали его своим агентом.

Или даже подменили его кем-то из своих?

Конечно, мысль была фантастической. Картина, где Пембан играет роль убийцы ритианина, принося таким образом в жертву своего союзника, чтобы укрепить собственные позиции, скорее смахивала на сцену из этих диких романов двадцатого столетия, в которых детектив оказывается убийцей, а глава секретной полиции является также лидером мафии, а их раскрывает герой-подчиненный, который оказывается красивой девушкой, обрезавшей волосы ради того, чтобы хитро замаскироваться под юношу.

Но это был именно тот мир, из которого появился Пембан, был ли он человеком или ритианином; это была неизменившаяся сущность древней Неразумности, вытесненной на Земле, но не исчезнувшей в космосе. Это был враг.

- 10:01, - пропищали часы.

Через несколько минут одна часть вопроса будет решена.

Спенглер посмотрел на четырех мужчин в рабочих комбинезонах, которые стояли у открытой секции стены. Один из них держал что-то, выглядевшее как ножницы для резки проволоки, у остальных в руках были всякие штуки, напоминающие инструменты для тестирования. Под камуфляжной оболочкой ножниц было не что иное, как парализующий полевой излучатель, у остальных в руках находились энергетические ружья.

Мужчины стояли спокойно, не разговаривая, пока не загорелась сигнальная лампочка на столе у Спенглера. Он кивнул и они подошли ближе к вынутой стене, переговариваясь тихими голосами. Через секунду на пороге появился Пембан.

Спенглер посмотрел на него из-за экрана, насупившись.

- А, Пембан, - произнес он, - присядьте на минутку.

Он указал на один из стульев у дальней стены. Пембан сел, мягко скрестив руки на коленях, лениво наблюдая за рабочими.

Спенглер приоткрыл переднюю панель стола и нажал кнопку; далеко вперед выдвинулась игла измерительного прибора и устойчиво зависла в воздухе. Теперь комната была разделена на две части плоским экраном, который завис прямо перед столом Спенглера. Он приблизил к себе микрофон, который давал ему возможность вести переговоры через барьер.

Загорелась лампочка многосторонней связи. Спенглер снял трубку.

- Да?

Человек сказал так, как его проинструктировали:

- Господин уполномоченный, мистер Пембан в вашей комнате?

- Да, а что?

- Обычный тест, сэр. Вы приказали нам проделать его над каждым, кто находится на Холме менее шести месяцев, и мистер Пембан в списке. Если вы не слишком заняты...

- Конечно, он должен быть в списке, - подтвердил Спенглер, - совсем забыл. Хорошо, входите. Он повернулся к Пембану. - Вы не возражаете?

- А что это такое? - спросил Пембан.

- У нас есть новый противоритианский тест, - просто пояснил Спенглер. - Мы хотим иметь абсолютную уверенность, что на Холме больше нет Вэев. В вашем случае, это, конечно, формальность.

Выражение лица Пембана было трудно ухватить, но Спенглеру показалось, что он видит следы тревоги на нем. Он стал наблюдать внимательно, как молодой человек в белом халате, несущий чемоданчик с медицинскими принадлежностями, вошел в двери справа от Пембана.

Рабочие внезапно отделились от стены и двинулись к двери. Когда они прошли несколько шагов, один из них обернулся и спросил оставшихся двоих:

- Вы уверены, что два RBX подействуют?

- А почему ты спрашиваешь об этом?

- Это, конечно, ваше дело, но... - Мужчины продолжали разговаривать, когда медик подошел к Пембану и открыл чемоданчик. - Мистер Пембан?

- Да.

- Прошу вас встать и отвернуть правый рукав.

Пембан сделал так, как ему сказали. Верхняя часть его руки была бесформенной, покрытой жиром и мускулами, как у борца. Медик поместил одну часть хромированного цилиндра на оголенную часть плеча и нажал на головку. Пембан яростно отдернул руку и похлопал по ней другой рукой. Когда он отвел вторую руку, на ладони осталась крошечная капля крови.

Медик вытряхнул узкое острие из цилиндра и показал его Спенглеру.

- Реакция отрицательная, господин уполномоченный.

- Естественно, - сухо сказал Спенглер. Медик достал из сумки помазок и осушил рану Пембана, затем наложил крошечный бандаж, закрыл сумку и вышел.