– Думаю, ты просветишь меня по поводу столь необычного наряда. У меня в комнатах ни одного алтаря. – Еще раз окинула взглядом наряд магини, вспоминая, для какого божества надо так наряжаться. – Тем более богини возмездия. Другое дело, если ты решила соблазнить меня. Не трать время, я и так твоя. После выхода в отставку, разумеется. И вообще, когда я увижу женщину прекрасней, обращусь к Шеру, чтобы вылечил мои глаза.
Вместо того чтобы, как обычно, отшутиться, Шаен рухнула на колени и забормотала срывающимся от волнения голосом:
– …на дорогах войны и путях мира, в жизни и смерти…
Твоего гоблина, понятно, почему она так вырядилась. Дара метнулась вперед и в последний момент успела выбить у нее из рук ритуальный нож. Клятвы перед богами, да еще и на крови! Шаен, Шаен, к ее бы уму и красоте добавить толику бессердечности, стала бы властительницей мира. Кто же впутывает богов в такие дела!
Дара опустилась на пол и прижала разрыдавшуюся подругу к груди, нежно погладила по голове. Дождавшись, когда та успокоится, чуть отстранилась и заглянула в ее прекрасные глаза, вытерла слезы:
– Я тоже тебя люблю, но никогда больше так не делай.
– Но ведь… – начала Шаен, и ее глаза вновь наполнились слезами.
– Никаких «но», – перебила Дара. – Никогда и ни при каких обстоятельствах не впутывай богов в свои дела. И тем более – никаких клятв. У богов, что у светлых, что у темных, весьма своеобразное чувство юмора. Нам лучше держаться подальше от их внимания. Это я тебе говорю как признанный знаток теоретической магии. Веришь мне? – Шаен неуверенно кивнула. – Вот и славно. То, что было между нами, это наше с тобой дело, оно в наших сердцах, и этого уже не изменить, наши дела связали нас сильнее любых клятв, так что закончим на этом.
– А как же награда за твою голову?
– Тем хуже для полночников и туманников. В конце концов, я еще жива, в отличие от большинства приходивших за мной.
– То, что ты сделала для меня…
Дара коснулась пальцами ее губ:
– Довольно, что сделано, то сделано, ничего уже не изменить, погибших не вернуть. И вообще, кого ты привела с собой, она уже вся извелась, пытаясь понять, что у нас происходит. Пусть зайдет.
Сержант послала «зов», и раскрывшаяся дверь явила… дохлый гоблин, оно того стоило. Куча дохлых полночников, разгромленный Дом Тумана и неприличное количество золота за ее голову! То-то она ощущала своего сержанта в двух экземплярах. На пороге в ритуальном поклоне склонилась юная Шаен. И тоже в ритуальных одеждах. Все, в казармах бунт и поножовщина. Но почему столь разительное сходство? Дара с интересом посмотрела на своего сержанта, словно пыталась увидеть в ней нечто, ранее не замеченное, перевела взгляд на ее дочь. Невероятно, одно и то же лицо. И магический потенциал примерно как у матери в этом возрасте, очень интересно.
– Шер говорит, это из-за ошейника, точнее, из-за моего противодействия ему.
– И больше никаких отклонений? Кому ты ее показывала?
– Только Шеру, он считает ее абсолютно нормальной.
– Шер – боевой целитель, его задача прикрывать нас в рукопашной и не дать сдохнуть раньше времени. Не знаю, насколько он силен в столь тонких материях. Подойди ко мне, дитя, как твое имя?
– Дара Айша, дочь Шаен, госпожа.
– Хм… – Про дочь Шаен понятно, тут не нужно быть целителем, достаточно иметь глаза, с первой частью имени разберемся несколько позже. – Не беспокойся, сейчас ты почувствуешь легкое головокружение. – Шер боевик и практик, доверять его суждению в столь уникальном случае нельзя. Ну просто не было идиотов, решивших устроить такое с беременной женщиной.
Очень осторожно Дара исследовала энергетические потоки в теле девушки, припоминая и сравнивая их с данными из личного дела ее матери. Есть, конечно, небольшая погрешность, первые данные по ауре и энергетическим потокам у женщины заносятся в дело, когда ей исполняется пять лет. Вторые – после начала регулярного цикла. Двадцать лет назад они попали в заварушку, два года беременности, значит, девочке лет восемнадцать, до первой крови еще лет десять. Что ж, наверное, так и должно происходить, по крайней мере, у нее самой в эти годы было нечто похожее. И если сделать поправку на возраст, перед ней сейчас сидела Шаен номер два. Плохо. Точнее, ненормально.
Понятно, энергетика родственников похожа, но не настолько же. Нечто отдаленно похожее наблюдается у давних любовников, например, у отца с матерью энергетические картины очень похожи. Но они вместе больше трехсот лет, прошли плечом к плечу не одну схватку и сделали трех детей. Это за триста лет брака! Они, похоже, вообще ничем другим не занимались! Родители друг с другом постоянно «зовом» переговариваются – на три лиги. Легко. Вот так, это любовь. У сержанта с дочерью ситуация совсем другая, к тому же девочка растет, у нее сейчас должна быть энергетическая буря с заметным влиянием энергетики отца. Ее папа, надо отдать должное, неплохой маг, ну был неплохой, пока не попытался смыть позор и все такое. В смысле пока не захотел заработать десять тысяч золотых драконов и не нарвался на ее «лезвия ветра». И где, скажите, влияние его энергетики? А если тупо посмотреть на маму с дочкой, кто-нибудь там вообще видит кровь отца? Шаен, конечно, вполне приличный маг, но даже боги пока черенками размножаться не научились. Все это глубоко неправильно.
– Ну что? – взволнованно спросила сержант, когда Дара закончила обследование.
– Как далеко вы можете общаться «зовом», пять лиг?
– Пять с половиной.
– Неплохо. А как у нее с теоретической магией?
– Ну… не так чтобы очень. Есть намеки на способности к воде и воздуху. – Понятно, если дочь копия матери, то можно было не спрашивать. Шаен неплоха как боевой маг, а сидеть за расчетами – это не для нее, простейшие выкладки по воде и воздуху она вполне осилит, но не больше. Да, нет в мире совершенства.
– Что ж. – Дара повернулась к девочке. – Могу тебя поздравить, завтра ты сделаешься учеником одного из самых выдающихся магов современности. Если у тебя есть друзья, советую немедленно написать им прощальное письмо, потому что на ближайшие лет пятьдесят твоими друзьями станут пыльные фолианты и парные клинки. Теперь иди, нам с твоей матерью нужно поговорить.
– С ней что-то не так? – накинулась на капитана Шаен, как только за дочерью закрылась дверь.
– Все не так. Шер сказал мне, что надо посмотреть на нее в реальности. Он прав, оно того стоило. Понимаешь, в чем штука, у нее нет отца. Не в том смысле, что этот идиот в упор поймал «лезвия ветра», а в том, что я вообще его не чувствую, словно она твоя копия.
– Ты ошибаешся, я отчетливо чую его кровь.
– Кровь – да, но сила в ней только твоя, с точки зрения магической науки ты родила ее почкованием. В этом возрасте такой энергетики просто не может быть. Нет, не так… подобное нормально у человека, гнома, гоблина, да у кого угодно с нестабильным магическим даром, но не у нас. Очень интересный феномен, многие захотят изучить его поближе, а чем это может кончиться, лучше не думать. Есть второй нюанс, среди рас с нестабильным даром все энергетические отклонения приводят к дефектам в физическом или умственном развитии. Как отклонения у твоей дочери скажутся в будущем, можно только гадать. Короче, это все высокие материи, я могу прочитать тебе краткую лекцию по данному вопросу, думаю, за пару дней управлюсь. Но лучше просто поверь, в ученицах у Длани императора ей будет безопасней, со всех точек зрения.
– Полагаешь, он настолько заинтересуется, чтобы взять ее в обучение?
– Не важно, я буду просить за нее, мне он не откажет.
Утром связалась с учителем «зовом», кратко обрисовала ситуацию, попросила принять ее. Получила добро, связалась с Шаен, проинструктировала, как себя вести, как одеться, и, главное, чтобы не было ничего, напоминающего о богах. Амулеты, обереги, знаки на одежде и все прочее – очень он этого не любит, как и самих богов. Для более предметного разговора побежала в канцелярию за личным делом своего сержанта.
Конец ознакомительного фрагмента.
Сноски
1
Воргин Драм, сын Гарга. «Кровь, магия и сталь. Подлинная история королевства Тысячи островов».
2
Дарион Малин. «Хроники Столкновения». Том 1.
