соображала, какого конца? Женское естество требовало этого давно проникшего в мою душу мужика, ноги развелись сами собой, майка Мишки под моей пятой точкой промокла насквозь, моё лоно истекало женским соком… Я, как похотливая кошка, подставляла ему свою грудь, тёрлась о хорошо осязаемое мужское достоинство, отвечающее на мои действия увеличивающейся эрекцией. Исаев явно, еле сдерживался, звуки «м-м-м» из его уст заводили и так жаждущее тело, пронизывали «сладким» током при малейшем прикосновении к нему.
— Мишка, ты хочешь получить вместо меня горочку пепла? Ми-ша…
Он впился губами в мою грудь, рукой обхватив вторую, целиком поместившуюся в его ладони, вознеся меня на вершину блаженства, распадающегося сладкими нотами наслаждения по всему телу. А другой рукой, вычерчивая ажуры на внутренней стороне бедра, поймал комочек удовольствия между ног. Нет, не хочу так! Желаю ощутить его в себе прямо сейчас, терпению пришёл конец. Я, изо всех женских сил, дёрнула измучившего меня боксёра на себя, сразу же почувствовав пристроившийся, как будто тут и был, стальной агрегат моего любимого-прелюбимого мужчины. Но он осторожничал, внимательно смотрел мне в глаза, шептал всякие нежности… Пока я сама не заставила его взять уже меня всю, сильно вцепившись в его бёдра, не давая выйти, извиваясь и двигаясь в унисон. Господи, кого ты там выгнал из рая? Лавина блаженства накрыла нас, фейерверк невиданного наслаждения расцветил все чувства и ощущения, собрав в одно целое, мужчину и женщину, любящих и любимых!
— Лиза, всё хорошо? — Первый отмер Исаев.
Я только глупо улыбалась и смотрела на него, не могла насмотреться. Как я была счастлива, как никогда в жизни! В моей душе расплавилось всё негативное, газовым облачком вылетело в трубу, впустив веру, надежду и любовь!
Мишка притянул меня, положил себе на плечо, одной рукой стал играться с моей грудью, а второй накрыл моё лоно. Что он там искал? И тут до меня дошло: Мишка понял, что я уже не девочка. Значит… А ничего это не значит. Я люблю только его, а он, очень надеюсь на это, только меня. И всё! И никаких гвоздей!
— Лиза, я могу спросить?
Кусок льда мгновенно образовался в моей груди на месте души, прямо в центре, куда поступают все внутренние и внешние эмоции. Я превращалась в одну сплошную муку страха, животного страха, перед вероятностью потерять только что полученные запредельные эмоции. А с ними и Мишку!
— Да, — очень тихо разрешила я. — Но мне кажется, я знаю, что ты хочешь узнать…
Голос предательски дрогнул, во рту пересохло…
— И кто он?
— Ты хочешь поговорить об этом? Считаешь, что сейчас самое время и место это обсудить? — Какая-то безнадёга подступала прямо к воротам моего замка. — Какие именно параметры неизвестного объекта тебя интересуют? Рост, вес, возраст? Но имей в виду, имени его ты не узнаешь никогда! — Я вывернулась, схватила шорты и маечку и была поймана одной только боксёрской грабалкой, он даже не приподнялся, вся ситуация была у него под рукой.
— Солнце моё, куда это ты собралась? Только со мной, ты, теперь, моя пленница. Лиза, иди ко мне. И не придумывай ничего лишнего. Извини, я не имел права… Просто, ревность… Всё, забыли. — Он обнял меня всю сразу, притянув к себе максимально близко, дышать, видимо, я уже не смогу никогда. — Я люблю тебя, девочка моя, бунтарка и сама нежность в одном флаконе. И с сегодняшнего дня ты принадлежишь мне и только мне. Это понятно?
— Да! А воздух мне полагается?
— Ой, прости, птичка-невеличка, Лизонька моя.
Когда человек переживает за короткий промежуток времени целую гамму противоположных чувств, ему обязательно требуется разрядка, возможность расслабиться. У нас не получилось…. Мишка только прикоснулся к моим губам, и ток под напряжением в миллион любовных вольт очень быстро совершил работу в миллион желанных джоулей. Какая уж там расслабуха, мы только в начале пути, не успели даже сделать полглотка счастья с Мишкой Исаевым! Как бы не сойти с ума от прибывающих моментов любовной эйфории!
Рано утром я проснулась уже в номере, куда была доставлена чемпионом на ручках, в связи с травмой, о которой и забыть успела. Дорогой дрых, уткнувшись носом в мою грудь. Волна блаженства накрыла меня своим пуховым одеялом, я приподнялась на локте, нежно водя кончиками пальцев по лицу моего любимого, по волосам, лбу, щекам, по шрамам, так «украшающим» боксёра. Добравшись до губ, вспомнив всяческие геометрические фигуры, вычерчивала их, нежно касаясь и ласково целуя.
— Гулька, ну перестань. Дай поспать. — А сам потянулся к моим губам, то бишь к её, восточной красавицы.
Чёрт побери, Бога, Христа, Колумба!!! Я подскочила, выпятив свою немаленькую грудь, как подтверждение серьёзных намерений, и со всего маха врезала Мишке в уже открывшийся глаз!
— Простите, что не пяткой! Посмеёмся? — Из моего драконьего рта вылетал огонь пополам с порциями яда и мелкодисперсной урановой пылью. — Ну, что же ты? Забыл, как это делается? Гуленька напомнит, жена твоя законная. Как же ты на её место меня уложил, изменник коварный? Боюсь, что стала жертвой вашей поганой игры в шпионов, где у меня самая позорная роль. Обхохочешься, ей богу!
— Лиза, да что случилось? — Мишка уже встал и своим видом, Аполлона неглиже, ещё больше раззадорил меня.
— Ну да, мы и не помним, кого звали, кого целовали. Удобная позиция! Но на подсознательном уровне человек выдаёт правду. Это, как говорят, что у бодрствующего на уме, то у сонного — на языке. Исаев, оставь меня в покое! Я никогда не буду делить тебя с бабами, даже, если они — твои боевые подруги! Сгинь из моей жизни, пока я не откинулась где-нибудь под забором! Отойди от меня! — Я уже орала в полный голос, параллельно напяливая одежду, хранящую следы нашей, такой упоительной, близости.
Как не взорвалась моя бедная головушка, как не разорвалось сердце, почему я ещё дышала и говорила? Мой бедный щенок забился в угол и поскуливал, тоненько и жалобно. Это немного отрезвило меня. Я схватила Герду, зачмокала её, заласкала. А сзади меня попытался обнять Мишка, но ему не удалось: я лягнула его здоровой ногой и выскочила в коридор, а потом на улицу. Куда теперь? Если бы не плохо двигающаяся конечность, пошла бы пешком, а так… Западня. Ещё эта стрельба. Или не было ничего? Как плохо быть бестолковой дурой, мои мозги отказывались думать и анализировать, они хотели холодный душ и кофе…
Из клуба вылетели Исаев с Русланом.
— Лиза, я отвезу тебя, жди! — Крикнул Мишка, помчавшийся в сторону стоянки.
Машина же Руслана
