— Но это не означает, что он не хочет, чтобы его нашли, — сказала Аманда.
Грэм бросил на нее понимающий взгляд. Тропинка начала подниматься в гору. Подъем был не крутым, но ощутимым. Чтобы поспевать за Грэмом, Аманде пришлось перейти на рысцу.
— Это напоминает мне гору Джефферсона, — сказала она. — Помнишь? Тогда пошел снег, и нам пришлось возвращаться в хижину.
— Тропинка была скользкой. Ты часто падала.
— Но мы добрались до цели. — Воспоминания растрогали ее. — Я скучаю по тебе, Грэм.
Одним движением он привлек ее к себе и крепко поцеловал в губы. У Аманды закружилась голова, но через секунду она вспомнила, зачем они сюда пришли. Нужно торопиться, пока не стемнело.
— Джорди! — снова крикнул Грэм. — Джорди!
— Мы давно не ходили в походы. Почему, Грэм?
— Слишком много дел. Слишком много забот. — Он бросил на нее взгляд: — Порядок?
— Порядок.
Этой фразой они обменивались в походах.
Аманде на нос упала капля.
— О господи.
— Да, начинается дождь, — вздохнул Грэм. — Джорди! — крикнул он, потом огорченно пробормотал: — Куда он подевался?
— А вот и башня, — сказала Аманда, указывая на многотонную серую глыбу, видневшуюся сквозь ветви.
Башня совсем обветшала. Ее наклонные стены, сужающиеся кверху, были испещрены трещинами и выбоинами.
Аманда споткнулась о корень дерева.
— Осторожно, — предупредил Грэм, крепче сжав ей руку.
Они вышли на поляну. Башня возвышалась в десяти шагах от них. У основания ее ширина равнялась четырем метрам, наверху же не было и двух. Вокруг башни возвели временную ограду из тонких планок, перелезть через которую не составляло труда.
— Джорди! — позвал Грэм и вдруг остановился как вкопанный.
Стоявшая рядом Аманда подняла голову. Она тоже увидела Джорди. Облегчение, которое она испытала, увидев мальчика живым, тут же сменилось страхом. Джорди сидел, свесив ноги, на самом верху башни, едва видимый в сгущавшихся сумерках. Обеими руками он держался за камни. Когда они намокнут от дождя, он может сорваться вниз.
— Джорди, — позвал Грэм, тяжело дыша. — Ты до смерти всех напугал! Твои родители сбились с ног. — Потом сказал Аманде шепотом: — Позвони им.
Вытащив из кармана телефон, она дрожащими пальцами набрала номер. Потом, не услышав гудка, посмотрела на экран:
— Нет сигнала. Невероятно.
Грэм хмыкнул.
— Погода портится, Джорди, — крикнул он. — Ты можешь спуститься вниз?
Это будет нелегко. Одно дело — хотеть спуститься, совсем другое — это сделать.
— Как ты туда залез? — продолжал Грэм. — Поднялся по задней стене? Может, подсказать тебе, как лучше спуститься?
Аманда едва заметно покачала головой.
— Спускайся! — позвал Грэм. — Сидя наверху, ты ничего не добьешься.
Джорди кивнул.
Держась одной рукой за камни, другую запустил под футболку, и у Аманды с Грэмом вмиг перехватило дыхание. Когда он вытащил оттуда маленький пистолет, оба замерли на месте.
— Где ты его взял, черт побери? — крикнул Грэм.
Джорди не ответил. Он молча держал пистолет, словно желая показать, что сила на его стороне.
— Ты же не будешь стрелять, Джорди? Это худшее из того, что ты можешь сейчас сделать.
Джорди не спорил. Он просто смотрел на лес.
Аманда подошла поближе к Грэму:
— Как нам спустить его оттуда?
— Нам не справиться. Слишком темно и скользко. Его спустят спасатели.
— Я побегу за помощью.
— Лучше я. Я бегаю быстрее. Ты оставайся здесь и постарайся его разговорить.
Их глаза встретились. Грэм коснулся пальцами ее губ, на секунду задержал на ней свой взгляд и помчался назад.
Аманда подняла глаза на Джорди, фигура которого почти сливалась с камнями. Шел настоящий весенний дождь, сильный, но теплый. Отведя назад мокрые пряди волос, она подошла ближе.
— Я хотела поговорить с тобой сегодня, — крикнула она. — Даже отправила тебе письмо.
— Куда побежал Грэм? — недоверчиво спросил Джорди.
— Сказать твоим родителя, где ты. Они места себе не находят.
— Еще бы, — пробормотал он.
— Они любят тебя, — крикнула Аманда, но дождь припустил сильнее, заглушая ее слова. Она крикнула что было сил: — Зачем ты залез на башню? Ты что, в самом деле хочешь провести там ночь?
Он ничего не ответил.
— Давай поговорим, — предложила она.
Сделав несколько шагов вперед, она пролезла через дыру в ограде и подошла к той стороне башни, где находились полуразвалившиеся каменные ступени.
— Не поднимайтесь, — предупредил ее Джорди.
— Я не могу разговаривать с тобой снизу, — ответила Аманда, пробуя камни ногой и рукой.
Гранит оказался скользким, но на ее туристских ботинках была отличная подошва. Очистив ее от мокрых листьев, Аманда поднялась на первую ступеньку. Затем ухватилась обеими руками за камень и преодолела еще две. Одна нога заскользила. С трудом удержав равновесие, Аманда минуту стояла неподвижно, чтобы дать колотившемуся сердцу успокоиться.
— Я спрыгну, если вы влезете, — предупредил Джорди.
Он ничего не сказал о пистолете. Это было хорошо.
Сейчас Аманда не могла его видеть. В темноте, под дождем она едва различала камни вверху. Она поднималась почти вслепую, нащупывая выступы руками.
Поставив левую ногу на следующий камень, она нащупала выступ, за который могла уцепиться, и поднялась на следующую ступеньку. С каждым шагом ее сердце колотилось все быстрее.
— Аманда! — крикнул Джорди, пытаясь понять, где она. По его голосу трудно было решить, испуган он или сердит.
— Если ты спрыгнешь, — ответила она, — то я могу упасть, и тогда моя смерть будет на твоей совести.
— Если я сам буду мертв, — отпарировал он, — это будет не важно.
— Ты не хочешь умереть. — Она сама должна в это поверить. — В жизни слишком много такого, что ты любишь.
Джорди не ответил.
Часто дыша, Аманда поднималась все выше, не обращая внимания на страх. Она снова поскользнулась, вскрикнула, напряглась, ожидая падения, но чудом нащупала опору. Она услышала, как стукнулся о землю сорвавшийся камень. Этот звук не обнадеживал.
Преодолев половину пути, Аманда достигла точки, откуда не было пути назад. Сжавшись от ужаса, она сказала себе, что поступила глупо, не дождавшись спасателей. Теперь у нее не было выбора — оставалось только двигаться вперед.
— Джорди! — хрипло крикнула она, сообразив, что почти добралась до верха. — Ты здесь?
Немного выше раздался смешок:
— Куда я денусь?
Она продолжала карабкаться, пока ее руки не нащупали пустоту. Сердце оборвалось. На миг закружилась голова.
