Читаем без скачивания Дело дрянь - Марина Серова

Никитин вскочил, Лариса ахнула, Санек подхватил студентку и поднял ее с пола.

Через несколько секунд она пришла в себя. Лицо ее опять сделалось кротким и спокойным. Девушка обвела всех присутствующих взглядом и тихо попросила:

— Извините, я опять ВЕЩАЛА. Это со мной бывает. Простите. — Она легко отстранила руки Санька и быстро вышла за дверь.

Никитин, Лариса и Санек переглянулись, пожали плечами и замолчали, стараясь осознать, что же за странное ощущение замедляет, сковывает и путает их мысли.

— Машина готова! — секунду спустя вспомнил Санек.

— Ну, поехали, — как-то неуверенно кивнул Грузный…

…Я безо всяких приключений и неожиданностей дошла по ночным улицам до гостиницы, встретив на своем пути лишь пару патрулирующих ментов, торопящегося куда-то мужика да спортивного вида женщину, с кем-то разговаривающую по радиотелефону.

Когда я проходила мимо, она подняла глаза, посмотрела на меня оценивающе-безразлично и буркнула в трубку что-то вроде «мимо проходит», затем отвернулась и продолжала слушать своего собеседника.

А вот ночь в гостинице началась с приятного сюрприза. Едва я успела смыть макияж после возвращения из ночного клуба, как кто-то постучал в дверь, а когда я спросила, в чем дело, меня недовольным тоном попросили не выпускать в коридор кошку, раз уж я привезла ее с собой и раз уж ее допустили к проживанию в гостинице.

— У меня нет кошки, — недовольно буркнула я через дверь, с грустью вспоминая Заморыша, однако ответом мне был шквал претензий, сводившихся к одному: животное, расположившееся на коврике у моей двери, здесь прежде не наблюдалось, а значит, оно мое.

Я уже открыла было рот, чтобы ответить, однако с той стороны двери послышалось одновременно жалобное и требовательное «Мяу!», не узнать которое было невозможно. Я пожала плечами и раскрыла дверь. Между ног у меня сразу же, спасаясь от сердитой горничной, проскользнул в комнату мокрый рыжий комочек.

— Заморыш! — воскликнула я, от полной неожиданности довольно глупо улыбаясь. — Вернулся! Где же ты был, чудовище?!.

— Значит, кошка все-таки ваша! — тотчас пошла в наступление горничная.

— Моя, моя. Вы извините, он у меня пропал вчера, даже не думала, что найдет меня в чужом городе! — Ссориться с персоналом гостиницы у меня не было ни времени, ни настроения.

— Надо же, а говорят, к месту привыкают, — смилостивилась моя собеседница. — Ладно уж, только чтобы не было никакой грязи, иначе — штраф.

— Никакой! — клятвенно заверила я, закрывая дверь, чтобы она не увидела, как Заморыш пристраивается в углу с характерно задумчивым видом.

— Заморыш, чудо мокрое мое! — Убрав за ним и собираясь отнести в ванную, чтобы вымыть в теплой воде, я провела по шерстке котенка рукой.

Под пальцами скользнул тонкий кожаный ободок ошейника. Стоп, откуда у Заморыша ошейник? Я взяла котенка на руки и рассмотрела повнимательнее. Несомненно — мой Заморыш. Осторожно, чтобы не повредить котенку, я стянула кожаную полоску с его шеи. Заморыш упирался, явно не желая расставаться с невесть кем сделанным подарком.

— Тихо, тихо. Ну-ка, что это у нас там…

Так и есть. К внутренней стороне ошейника степлером прикреплен целлофановый пакетик, в который запакован листок бумаги.

Я развернула записку и сразу же узнала почерк. Мой неведомый ангел-хранитель, невидимыми чернилами написавший на приглашении на шабаш предупреждение, вновь давал о себе знать.

«Тебе снова грозит опасность. Будь начеку, помни: нельзя доверять Ей. Рядом с тобой неузнанный друг, на которого можешь положиться. Встретимся на симпозиуме. Твой друг» — гласила записка.

Так, здесь опять упоминание о женщине, «которая не…» (я ведь тогда опоздала с продымлением записи и не смогла прочесть конец предложения!). Наверное, речь идет о Янне Кертц, потому что больше не о ком. Информации в записке, конечно, немного, но спасибо и на том.

Что ж, по крайней мере, возможно, эта особа (почерк, кстати, точно женский, причем писавшая явно нерусского происхождения и довольно молода) соизволит познакомиться поближе. Мне, как частному детективу, весьма любопытно, кто меня предупреждает о новых неприятностях задолго до того, как они постучатся в дверь.

И вообще, серьезно ли все это? Хотя насчет серьезности происходящего после крушения самолета, хитрого Старика и последнего подслушанного разговора я уже не сомневаюсь.

Я быстро привела котенка и себя в порядок. Теплый душ окончательно развеял сон. Когда я вернулась в комнату с накрученным на волосы, словно тюрбан, полотенцем, Заморыш развалился на моей постели, старательно вылизывая свою чистую шерстку.

Я принялась быстро наводить новый марафет, так как знала, что, несмотря на сонливость, идти на симпозиум необходимо. И теперь отнюдь не благодаря своим желаниям, а только потому, что у Властной имелись на меня какие-то определенные планы. Нужно получить от нее намек или прямое указание на действия, которых она хочет от меня добиться, и начать действовать по-своему, располагая этой информацией.

Кроме того, сегодня ночью, по словам второй из собеседниц, должен объявиться Алекс, на которого также не мешает взглянуть.

Окидывая мысленным взором услышанное и увиденное, я постепенно начинала хорошо представлять себе, что здесь происходит.

Властная организует симпозиум, который станет прикрытием для операции с привозом и продажей статуэтки богини Чэн, которая крайне необходима некоему Алексу — человеку опасному до крайности, имеющему двух телохранителей и, по мнению Властной, подложившему пресс-секретарю МИДа бомбу в самолет. Кстати, нужно узнать об этом подробнее. Навряд ли катастрофы двух самолетов, этого и моего, никак между собой не связаны. Быть может, тот, кто устроил взрыв в моем рейсовом самолете, хотел убить именно меня?..

Н-да, это уже ярко выраженная мания величия.

Но идем дальше: Властная, опасаясь предательства, нарушения договора и подставы со стороны Алекса, не доверяя ему, нанимает либо просит Старика, который, скорее всего, местный преступный авторитет, проследить за Алексом и найти на него управу.

Тот, скорее всего, в процессе слежки установил, что Алекс имеет двух телохранителей, но никак не может их вычислить. Поэтому, узнав обо мне, решает использовать меня для этого дела, шантажируя безопасностью ни в чем не повинной Су.

Параллельно с этим над проблемой нахождения телохранителей работают некие Ирина и Алексей, они подозревают крепкого невысокого мужчину с усиками.

Ну и что все это мне дает?.. Ничего. Абсолютно непонятно, кто такой Алекс и, главное, для чего ему нужна статуэтка Чэн. Это непременно нужно выяснить. И действовать, исходя из этого.

Я вздохнула, оделась в практичные джинсы и свитер, распределила весь свой арсенал, включая иглу, пистолет и кастет, по местам, сунула разрешение на ношение оружия и магический документ в футляр и убрала во внутренний карман свитера, пришитый изнутри около года назад и не раз выручавший меня. Телефон приспособила к ремню, благо его можно пристегивать тремя способами, не вынимая из футляра.

До симпозиума оставалось еще некоторое количество времени, хотя я не была осведомлена, во сколько конкретно начнется первое заседание.

Следуя логике и своему имиджу, я бы его назначила на полночь. Сейчас же по моим небьющимся и вообще трудно уничтожимым часам не дотикало еще и до половины.

Я хотела было спуститься в холл и переброситься с кем-нибудь парой слов, как вдруг в дверь робко постучали.

— Кто там? — спросила я, находясь сбоку от нее на случай, если сквозь тонкое дерево, обитое искусственной кожей, немедленно грянет пара выстрелов через глушитель.

— Это милиция, откройте, пожалуйста.

Я открыла и сразу же отошла в сторону, приготовившись в случае чего прыгнуть назад и откатиться за кровать, откуда можно открывать огонь по врагу.

На пороге стояли двое: пожилой мужчина с красным одутловатым лицом, лет пятидесяти или чуть меньше, очень полный, страдающий одышкой и, судя по мешкам под глазами, сердечной недостаточностью; вторым был молодой человек приятной наружности, в котором все выдавало младшего сержанта (уж я-то их знаю, поверьте мне).

— Лейтенант Татьяна Иванова? — осведомился пожилой и, не дожидаясь моего очевидного ответа, добавил: — Никитин Семен Георгиевич, — протянул мне развернутый документ.

ФСБ я уважаю. Не то что обычные менты, хотя и среди ментов полно хороших людей, равно как среди спецов полно всякой шушеры. Имидж ничто!..

— Проходите, — кивнула я, закрывая за ними дверь.

— Мы оставляли вам послание через здешнего шерифа, Сергея Петрова, вы получили? — спросил молодой человек.

Я кивнула:

— Получила, но не было времени туда пойти, я только что приехала, и нужно было сначала уладить некоторые срочные дела.