— Обалдеть… — пробормотала я. — Лекции? Семинары? Я не справлюсь! — запаниковала я. — Я же вообще не профессионал! Чему я буду учить?
— Лис, успокойся. — тихо проговорила Маша. — Ты за год стала признанным художником. У тебя куча поклонников в мире искусства, критики от тебя без ума…
— Не все. — педантично уточнила я.
— О, не начинай, ты же знаешь, что Арваков ненавидит всех. — отмахнулась подруга. — Факт в том, что ты — художница. Модная, признанная всеми. Профессиональная или нет — мало кого интересует. Твои картины висят в домах миллионеров рядом с картинами эпохи Возрождения…
— Ни один человек в своём уме не смещает такие разные стили. — вставила я.
— Прекрати буквоедствовать! — вскипела Маша. — Заставить тебя мы не можем, но ты должна обдумать всё на холодную голову. Если бы я могла за тебя провести лекции — я бы это сделала. Но наше лицо — ты. Я могу проводить переговоры, решать деловые вопросы, но люди хотят видеть тебя, как главное действующее лицо. И Мина они тоже видеть не хотят.
— Вот уж спасибо! — ворчливо вставил друг.
— А ты молчи! — запальчиво прикрикнула Маша, и Мин Су изобразил расхожий жест с закрыванием рта на замок.
— Всю организацию мы с Мином возьмём на себя. А ты сможешь провести потрясные лекции. Ты не замечаешь, как интересно говоришь о своиъ картинах, технике. Ты думаешь откуда я понахваталась таких высказываний, чтобы писать крутые описания к твоим картинам?
Я задумалась. Смогу ли я? А с другой стороны — могу ли я подвести ребят? Они очень много сил вкладывают в наш бизнес. Если я упрусь, то они тоже потеряют в деньгах. Получается, что если я откажусь, то поведу двух своих самых лучших друзей. Они, конечно, простят меня, я знаю. Но хочу ли я этого?..
— Ребят, дайте мне, пожалуйста, ещё немного времени, чтобы подумать. Я не могу так сразу. Мне страшно… — призналась я.
— Не волнуйся, Лис. — мягко проговорил Мин. — На самом деле я тоже боюсь. Это другой уровень. Но мне кажется, что мы справимся. Решение за тобой. Если ты откажешься, то мы продолжим развиваться в том же направлении, что и сейчас.
— И я боюсь. — согласилась с нами Маша. — Но мне хочется бросить вызов самой себе. Я уверена в своих силах. В наших силах. Правда, Алис, думай. Мы примем любое твоё решение.
Эпизод 16
Этот разговор крутился в моей голове весь день. Потом весь вечер. Я еле дождалась родителей со дня рождения маминой сестры.
— Мам, пап. — я встречала их буквально на пороге. — Хочу поговорить с вами. Посоветоваться.
— Что-то случилось? — взволнованно спросила мама.
— Ничего плохого.
Сидя за столом с традиционными чаем, я рассказывала родителям всё, что знала о проекте. Мин Су по моей просьбе скинул мне ссылку на сам проект и письмо-приглашение.
— … вот так. И я не знаю что мне делать. — закончила я свой рассказ.
— Доченька… Ты в любом случае должна принять решение сама. — начала мама. — Но если тебе интересно моё мнение, то нужно попробовать. Деньги — очень важно, но не главное. А знаешь что главное? — спросила она и я вопросительно пожала плечами. — Главное — личностный рост, дочь. Ты только представь сколько неоценимого опыта, знаний, навыков ты получишь. Ты закалишь свой характер. Ты — умничка, и у тебя всё получится!
— А если нет? Если не получится? — спросила я.
— А чего конкретно ты боишься? — уточнил мой обычно молчаливый папа. — Что кто-то скажет, что ты — не профессионал и твои картины — шлак?
— Ну… Да, наверное. — неуверенно ответила.
— Ну и пусть! У тебя столько поклонников, что замечать каких-то единичных недоброжелателей было бы глупо. Ты думаешь, что у твоего любимого Ван Гога не было… как это сейчас можно говорить? — он пощелкал пальцами в воздухе, вспоминая, — Хейтеров?
— Ван Гог вообще был оценён только после смерти. При жизни его картины вовсе не продавались… — пробормотала я.
Действительно, почему я боюсь чьей-то критики? Кто из нас идеален? Да никто! Даже… Ли. Он рассказывал, как в начале карьеры у него ломался голос, и ему было сложно его контролировать. А также у них по сей день внушительный «штат» антифанов. Должна ли я отказаться от возможности ради того, чтобы угодить чьему-то мнению? Да и возможно ли угодить всем?
— Вы правы. Вы оба правы. Я попробую! И у меня получится. Я обещаю. Спасибо вам! — с этими словами я кинулась обнимать своих самых родных людей.
И снова меня подхватило бурное течение череды событий. Следующие две недели мы с друзьями провели в Москве, подписывая контракты, улаживая дела. Знакомились с будущими коллегами. Вечерами я составляла лекции, готовилась к разным интервью.
За эти две недели я, кажется, вовсе забыла следить за новостями из жизни KPS. Чем закончилась та ситуация с контрактом? Мысль изредка мелькала, но меня тут же подхватывали потоком встреч, созвонов, документов и прочих дел.
Вернувшись домой в среду, двадцать пятого, мы с друзьями, наконец-то добрались до универа.
— Алис, Маш, давайте сходим куда-нибудь в ресторанчик, отметим событие? — предложил Мин Су.
— Согласна! — поддержала Маша.
— А может не сегодня? Давайте в выходные? Я совсем никакая, вчера перелёт, сегодня уже на парах с утра. — стоит отметить, что я действительно чувствовала себя разбитым корытом. Довольно потрёпанным с виду, что немаловажно. Нужно привести себя в порядок, отоспаться, а то мои мешки под глазами напоминают макияж панды.
— Нет, давайте сегодня! — настойчиво продолжала Маша, чем немало меня изумила. Все две недели ныла, что нет времени заняться собой, после приезда сразу к косметологу и в СПА…
— Да, действительно, Алис, мы де не мешки тягать будем. Посидим, выпьем кофе, сожрем пиццу, мороженое, твой любимый шоколадный торт!
Кстати, нужно отметить, что за этого год, наполненный суетой, нервами, беготней, я похудела до состояния, которое сама для себя считала идеальным. Конечно, мне бы стоило походить в зал, чтобы укрепить общий тонус мышц, но с моим графиком я пока не могла себе это позволить. Зато могла позволить почти без зазрения совести есть шоколадный торт, пиццу и мороженое за один день.
— Ладно, уговорили. Хотя вы странные, — подозрительно взглянула я на них. — Сами же говорили, что нужно бы хотя бы пару дней полежать тюленями после этого дурдома…
После этого замечания мои друзья дружно постарались принять самый невинный вид. Ну, прямо ангелочки! Этим самым, однако, они только больше меня насторожили и утвердили в мысли, что не всё тут чисто.
Может они хотят устроить сюрприз и позвать всех друзей? Вовку, Андрюху, Тому и других? А, черт с ним, ничего плохого они не задумали и ладно.
— Во сколько и где? — просто спросила я.
— В 19.00 в «Мадам Туру». — друг назвал один из самых атмосферных и уютных ресторанчиков в городе.
— Хорошо, я буду. — покорно кивнула я, и заметила торжествующие улыбки, которыми обменялись Маша и Мин.
Заметила, но не стала придавать значение…
Ровно в семь я выходила из такси у здания ресторана. Странно, так безлюдно… Может, Мин что-то перепутал? Пожав плечами, я толкнула дверь и вошла.
В помещении был полумрак, только мягкий свет лился из-за декоративной стены, увитой живым плющом. Там точно кто-то был, но я не могла разобрать ни кто именно, ни сколько человек. Шагая вперёд, я оглядывалась по сторонам. Пусто, играет тихая инструментальная музыка. Подойдя к источнику света, я заглянула за живую стену и обомлела…
Стол, накрытый белоснежной скатертью, свечи в изящных подсвечниках, по центру стола стояла прозрачная ваза с огромным букетом нежно-розовых ранункулюсов. Белоснежная посуда и сверкающие столовые приборы выглядели как украшения. А за столом сидел… Ли Сон…
В первый момент я не поверила глазам и с усилием потерла их. Но мираж не развеялся, он сидел, продолжая взирать на меня с мягкой, доброй улыбкой. Вот это меня смутило больше всего. Не мог Ли смотреть на меня так же, как смотрел тогда, год назад. До того, как я порвала между нами всякую связь…
