Социокультурная энергетика «коллективного импульса», воспроизводимая солидарностью и сотворчеством общностей, имеет более масштабные ориентации и возможности в отличие от импульса энергетики «живого вещества» как источника развития конкретного этноса, этнонации, который для него как бы по природе индивидуален. Кроме того, по своей сути социокультурная энергетика «коллективного импульса» солидарности и сотворчества ориентирована на «закон возрастания масштабов общности» людей за счет постоянного поиска людьми широты и самобытности духовного пространства в своей социокультурной деятельности. Человек – это мир. Следовательно, на весь мир распространяются его духовные потребности и интересы – от родовых, этнических, этнонациональных, государственных и до межгосударственных отношений всего человеческого сообщества. В этом плане масштабы личности шире масштабов всех этих общностей. Более того, это путь познания и постижения общности людей, человечества, исходя из его человеческой природы сотрудничества и сотворчества. Тут нет в конечном итоге преград для проявлений энергетики «живого вещества» как на индивидуальном, так и на этническом, этнонациональном уровнях. Энергия «живого вещества» – это энергия становления, солидарности не только данных этнических и этнонациональных, но и иных общностей людей в сотворчестве и взаимодействии. Если этносы, этнонации не воспроизводят энергию «коллективного импульса» солидарности и сотворчества или если она недостаточна и ограничена этнонациональными рамками, или в нем накапливается чрезмерно много пассионарной этнической, этнонациональной энергетики, такие общности, как правило, не способны к формированию новых, более масштабных общностей и обречены остаться на уровне мелких этнических групп, не доходя до масштабного воспроизводства своей общности, участия в энергии «коллективного импульса» солидарности, способности самостоятельного воспроизводства масштабов общности, этнонации, нации-государства и далее. Генератором такого воспроизводства в общностях также выступают пассионарные индивиды, но объединенные энергией не только пассионарности, но и солидарности. Таковыми индивидами для русского этноса являются князь Игорь, князь Владимир, князь Ярослав Мудрый, Александр Невский, царь Иван Грозный, император Петр Первый, Иосиф Сталин, Владимир Путан… Для аварцев это – Умахан Аварский, имам Шамиль, Абдурахман Даниилов, Расул Гамзатов, Фазу Алиева. Для арабов – это пророк Мухаммед, для евреев – это Моисей и т. д. Именно пассионарное воспроизводство энергии «живого вещества» и его преобразование в «коллективный импульс» солидарности осуществляется активностью, «пассионарностью» отдельных индивидов, самоутверждающих не только себя, но и свои общности. Невозможно замыкать индивидов и их общности какими-то рамками[91].
Зачастую противоречия, напряженность возникают и внутри одной этнонации как проявление той изначально родовой природной энергетики, которая не всегда оказывается управляема социокультурной энергетикой, ибо в ней ощущается дефицит энергетики «коллективного импульса» солидарности. Пассионарность энергетики «живого вещества» без энергетики «коллективного импульса» солидарности на уровне общности людей начинает производить и воспроизводить этнонациональную (внутринациональную) и межнациональную напряженность, кризисы, революции, конфликты, что ведет к ослаблению общей этнической, этнонациональной (общностной) энергетики.
«Энергия пассионарного толчка» (Л.Н. Гумилев) – это первичный толчок от энергии, который исходит от энергии «живого вещества», откуда начинается движение людей – пассионариев к этнической, этнонациональной общности через деятельность пассионарно заряженных и активных родоплеменных и иных уровней общностей. А далее многое зависит уже от энергии и инерции социального и духовного обогащения «коллективного импульса» солидарности. От силы этого толчка, не оторванного от толчка «живого вещества», видимо, исходит и способность этнонациональных общностей людей воспроизводить свою изначальную и солидарную энергетику, характер его эволюций, масштабов жизнедеятельности. Скифы, сарматы, гунны, хазары, тюрки, авары, аланы, венеды, славяне – это многообразие вспышек «живого вещества». А способность русских, китайцев, арабов не только самоутвердиться, сохраниться, но и объединиться в крупные этнонациональные и межнациональные общности, воспроизводить природную энергетику в солидарности и тем самым обеспечивать действие «коллективного импульса» приводит к воспроизводству социокультурной энергетики, общности людей, их жизнеспособности в более масштабных формах обеспечить свое объединение и солидарность. Древляне, поляне, кривичи, вятичи и другие могли самостоятельно развиваться от «энергии живого вещества». Но они одновременно оказались охвачены и «коллективным импульсом» своей солидарности. Отсюда и постоянное формирование русского этноса как крупного объединения. Чрезмерные же затраты их пассионарной энергии впоследствии привели к тому, что русский этнос, этнонация стали расщепляться на русских, белорусов и украинцев, хотя тут энергия «живого вещества» и «коллективный импульс» солидарности достаточно совпадают.
Зачастую энергетика «коллективного импульса» солидарности римской, персидской, германской, российской и иных империй давала замыкание из-за возврата к однобокой пассионарности отдельной этнонациональной энергетики «живого вещества», ее растрачиванию, забвению, после чего случались взрывы и вспышки, которые разбрасывали на отдельные части уже сформировавшиеся общности. Один автор пишет, что «феномен имперского государства, с его православной духовной основой, есть перл мирового человеческого общежития»[92]. Именно такое гипертрофирование роли одного этнонационального или религиозного начала уже есть и начало к разложению таких общностей, хотя на каком-то этапе они действуют и сплачивающе. Но при этом важно понимать, что общности великих масштабов в конечном итоге невозможны на основе одной природной или духовной энергетики одного «живого вещества», а возможны лишь на основе их солидарности и сотворчества. Таковы особенности превращения этнического, этнонационального в межнациональное «суперэтническое» образование.
«Во всех исторических процессах – от микрокосмоса (жизнь одной особи) до макрокосмоса (развитие человечества в целом) – общественные и природные формы движения соприсутствуют подчас столь причудливо, что иногда трудно «уловить характер их связи»[93]. Так что рождение этноса, а от него и этнонации – это явление, в определенной, в преобладающей степени, может быть природное в своем изначальном состоянии возникновения. А его исчезновение «или переход в состояние гомеостаза» (Л.Н. Гумилев) в большей степени есть, видимо, результат ослабления энергии «коллективного импульса» солидарности и сотворчества из-за отсутствия индивидов, способных воспроизводить именно эти качества жизнедеятельности общности на более масштабном уровне, а не только свою пассионарность. Для зарождения этнического, этнонационального и, тем более, крупных межнациональных (суперэтнонациональных) коллективов необходима не только активность «групп пассионарных особ» (Л.Н. Гумилев), но и «коллективный импульс» их солидарности по всему пространству взаимодействия. Весь человеческий социум в различных измерениях и перспективе зависит от способности воспроизводить именно «коллективный импульс», т. е. способности объединяться и действовать, воспроизводя социокультурную энергетику человеческой общности, общности людей, способных действовать и жить в режиме сотрудничества и сотворчества. Такова природа человека как «коллективного животного» (Аристотель). Поэтому от силы и масштабов влияния «коллективного импульса» солидарности зависят масштабы самоутверждения этнонации, ее способности сохраняться в сообществе новых общностей. Ведь хазары имели прекрасный ландшафт, смогли оформить свою социокультурную энергетическую общность (каганат), стали активно воспроизводить себя, свою энергетику, но в дальнейшем потеряли способность оказывать социокультурное энергетическое влияние на сохранение общей энергетики, а значит и своей этничности. Таким образом хазары исчезли, растворились как самостоятельное объединение, общность. То же самое можно сказать и в отношении аваров. Ведь ни одно великое и жизнеспособное государство в истории не было продуктом жизнедеятельности одного этноса как «живого вещества», энергетики одного рода или этноса, этнонации. Если бы хазары были способны еще сохранить и воспроизводить и «коллективный импульс» солидарности, вполне возможно, что сегодня огромную территорию, во всяком случае Северный Кавказ, контролировала бы суперэтническая общность хазарских племен, народов, этнонаций. Так и авары, проявив огромную пассионарность, все же не сумели проявить до конца энергетику «коллективного импульса» солидарности, который был им тоже дан природой, хотя благодаря именно ему они смогли в свое время создать межэтнонациональный (полиэтнический) каганат. Энергия была бы растрачена. Отсутствие или потеря способности к солидарности с другими на основе сотворчества приводит к потере способности этнических, этнонациональных общностей и к новым масштабным суперэтническим общностям. В этом случае общностные качества отступают, разлагая этнос, этнонации как общность. Этнос, этнонация как элемент макрокосмоса, природы не исчезают полностью. «Вспышка энергии» «живого вещества» как заряд, движение сохраняется в каждом индивидууме и веками может проявляться на генетическом уровне, но уже без «коллективного импульса» солидарности и сотворчества, а в среде другой общности. Следовательно, отдельный этнос, этнонация оказываются не способными объединяться и объединять в сотворчестве и сотрудничестве, то есть формировать и сохранять свою общность, расширяя свои масштабы. Социокультурная энергетика этноса, этнонации может потерять таким образом «источник питания», особенно когда поколение индивидов попадает в иную природную и культурную среду, в иной ландшафт. Именно противоречия между энергией «живого вещества» и социокультурной энергетикой «коллективного импульса» солидарности и создают этот дисбаланс. Отсюда и многие социальные, экологические и даже природные катаклизмы из-за деструктивного взаимодействия природы, ландшафта и этноса, этнонации. Связь природы, ландшафта, географии и характера людей, этносов усматривалась учеными исторически.
