Читаем без скачивания Среда обитания - Михаил Ахманов

Эри и Мадейра одновременно кивнули. Потом блюбразер сказал:

– Такова официальная версия.

– Есть основания в ней сомневаться?

– Ну-у… Нет оснований, есть подозрения. Такие, как это. – Мадейра вытянул руку к голограмме с орлом. – Кто-то ведь отчеканил этот барельеф? Если бы не встреча с вами, мы отнесли бы его к Эпохе Взлета и думали бы, что такая тварь водится наверху. Восемь столетий назад туда, разумеется, поднимались – для строительства воздухозаборных станций, заводов по переработке сырья и экспериментов над растениями. А раз поднимались, могли увидеть подобного монстра и запечатлеть его в металле.

Он тоже покосился на голограмму.

– Я объяснил вам, что это такое. Могу добавить кое-что еще… Основания колонн – стволов в центральной части города – оформлены под древние сооружения. То есть древние для вас, а я их помню как вчера, я видел их своими собственными глазами – Кремль, Эрмитаж, здание Смольного института, Казанский собор, музеи, храмы и дворцы Москвы, Петербурга, Смоленска… – Горло у него перехватило, и он с трудом закончил: – Еще названия площадей… Красная, Дворцовая… тоже оттуда, из моей эпохи… Как вы забыли об этом? Как ухитрились все растерять? Или это сделано с какой-то целью?

Эри придвинулась к нему, обняла за плечи; трубочки у ее висков прозвенели что-то утешительное. Мадейра нерешительно пробежался от голопроектора до стеллажа, хмыкнул и сел за стол. Лицо у него было мрачное.

– Если растеряли, то не мы, а предки, – проворчал он. – Мы больше ищем и собираем… я имею в виду наше братство. А остальным прошлое неинтересно. Где там предки жили, в пещерах или на Поверхности… Не рухнул бы купол на голову, и хорошо! Еда есть, и оттопыровка, и клипы, и Колонны Развлечений!

– Так вот, о еде и остальном… В Мобурге – сто восемнадцать миллионов, и рядом с куполом – тысяча промзон. Не знаю, велики ль они, но это все же не поля Кубани и Канзаса и не аргентинские пастбища. А этих пастбищ и полей нам не хватало, чтоб прокормить земное население! Намного меньшее, дем Мадейра! Как это удалось теперь? За счет чего?

– Не могу объяснить, но могу показать, – сказал блюбразер, коснувшись пульта на столе. – Смотрите!

Голопроекторы вспыхнули, и стена за ними исчезла. Открылось пространство, залитое светом, полное раскидистых ветвей, тянувшихся у самой почвы, зеленых листьев и плодов, свисавших с веток. Яблоневый сад? Похоже… Но он не сразу понял, что в саду одно-единственное дерево с мощным, но невысоким центральным стволом и змеями-ветвями, опирающимися на другие, более тонкие стволы. У этого дерева-сада не было вершин, оно стелилось над землей, словно изумрудный ковер, и, вероятно, занимало солидную площадь.

Яблоки были золотистыми, сочными, чудовищно огромными… Он осознал их величину, когда в поле зрения возникли мужчина и два гигантских существа с тележкой – длиннорукие, плоскомордые, покрытые шерстью. Мужчина что-то говорил, шерстистые гиганты собирали яблоки, каждое – в три человеческих роста, и складывали их в самоходную тележку. Она тоже была огромной, размером с трехэтажный дом.

– Что это? – Потрясенный, он повернулся к Эри.

– Плантация «Хика-Фруктов», «Зелени» или компании «Плоды и соя», – пояснила она и вдруг хихикнула. – Там, у Африки… Ты собирался съесть целое яблоко, да? Хочешь попробовать?

– Сотня таких латифундий обеспечивает купол плодами, – раздался голос Мадейры. – Растения взяты с Поверхности, но в Эпоху Взлета их изменили. Радикальная генетическая перестройка, и в результате – рост продуктивности. Время созревания плодов – сорок-пятьдесят дней.

Он глядел и глядел, чувствуя, как покрывается потом. Затем пробормотал:

– Они… они не опасны?

– Плоды?

– Нет, эти великаны… Откуда они и какова их природа? Это механизмы или живые существа?

– Живые и даже отчасти разумные. Джайнты, продукция ГенКома. Предназначены для тяжелого физического труда. Их чипируют, дем Дакар.

– Чипируют?

– Вживляют чипы. Их поведение и реакции запрограммированы и контролируются оператором. Тем человеком, который отдает им приказы.

Видение сада и длинноруких чудовищ растаяло в воздухе, вновь появились стеллажи и тумбы голопроекторов, но он по-прежнему чувствовал дрожь. Она сотрясала тело, каждый мускул вибрировал и трепетал, а сердце то сжималось от ужаса, то билось лихорадочными толчками. Как мало он еще знает про этот мир!

– Что с вами? – Мадейра с удивлением уставился на него, пальцы Эри стиснули локоть, и он почувствовал, что дрожь уходит.

– Ничего… ничего страшного… я просто изумлен… Я видел одалисок – они совсем как люди… Но эти монстры… эти… эти… – Глубокий вдох, чтоб окончательно успокоиться. Он прикрыл глаза, снова вздохнул, наслаждаясь ароматом Эри, и промолвил: – Кроме пищи, требуется множество других вещей. Металлы, нефть, вода, сырье для химической промышленности… Вы разрабатываете какие-то новые месторождения? В мою эпоху отыскали запасы минералов, нефти, руд под дном Ледовитого океана – огромные, но недоступные ресурсы. Вы добрались до них?

– Возможно. Сейчас никто не знает, дем Дакар, где и как предки добыли сырье, но это было сделано. Запасы сосредоточены в Хранилищах и поступают оттуда в промышленные зоны. Железо, цветные металлы, стекло, различные полуфабрикаты…

– Надолго их хватит?

– По самым скромным подсчетам – на миллионы лет.

Он ощутил пульсацию крови в висках. Экономика этого мира казалась непостижимой!

– Кто владеет этими запасами?

– Они – общественное достояние, контроль за которым возложен на ОБР. Одна из Служб отпускает сырье производителям, доходы идут на поддержание минимального жизненного уровня, охрану среды, ремонт городских коммуникаций. Кроме того, производители – фирмы, компании, лиги, промышленные союзы – выплачивают налог. Он состоит из ряда разделов: за право торговли и пользования раздаточными автоматами, за транспортные перевозки, за аренду зданий в куполе, за воду, воздух и энергию. Ну, и штрафы наконец – за ущерб, причиненный во время военных действий.

– Военные действия… – протянул он. – В чем их причина? Ведь государств с их экономическими интересами и территориальными претензиями больше не существует?

Усмехнувшись, Мадейра поглядел на свои руки, покрытые сеткой шрамов и рубцов.

– Того, что вы называете государствами, больше нет, но что касается экономических интересов… Интересы, разумеется, остались, как же без них? Конкуренция, борьба за потребителя, за сырьевые квоты, плюс соображения престижа, тяга к власти, финансовой мощи, благополучию и личной безопасности… Природа человека не меняется! – Он прикоснулся к шраму под глазом. – Наверное, я не сказал ничего нового для вас?

– Не сказали. Если я правильно понял, государства сменились транснациональными корпорациями, и борьба перешла в другую область – точнее, полностью в нее переместилась. Нет народов и стран, нет вражды между куполами, нет религиозных противоречий, нет политических партий, но есть конфликты в стане производителей. Их нельзя урегулировать мирным путем?

Слушая его, Мадейра в какой-то момент встрепенулся и открыл рот, будто собираясь о чем-то спросить. Кажется, не все слова были понятны блюбразеру, или, быть может, они означали теперь нечто иное – ведь смысл слов не остается постоянным и изменяется с течением времени.

Однако Мадейра, не прерывая, дослушал до конца. Потом произнес:

– Считается, что есть два способа урегулировать проблемы. Один – распределение богатств и власти среди различных институтов, и в результате – конкуренция со всеми ее издержками, спорами, ссорами и конфликтами. Издержки, однако, невелики, если конфликты локальны, не ведут к большому кровопролитию и управляются системой строгих правил и соглашений. Другой способ – концентрация собственности и власти в руках одной общественной структуры, создание тотального союза, которому принадлежит все, все абсолютно… Вас не пугает такая перспектива?

– Пугает. В отличие от вас я ознакомился с ней на практике – там, в мою эпоху и в моей стране. – Он нахмурил брови, пожевал губами – эти воспоминания не относились к самым светлым. Затем произнес: – Кажется, вы собирались что-то спросить?

– Если позволите, дем Дакар. В вашей речи есть много понятий, встречающихся в древних книгах, но смысл этих слов утерян. Мы можем лишь предполагать, что за ними кроются таинственные сферы жизни, исчезнувшие полностью к нашим временам. Сферы столь обширные и важные, что им посвящены огромные трактаты, которые не поддаются расшифровке. Вот, например… это нашли в Отвалах Кива пару столетий назад…

Блюбразер поднялся, шагнул к стеллажу и вытащил тяжелый, запрессованный в пластик том. Потемневшая обложка, рваный корешок, бурый обрез страниц, жалкие остатки позолоты на месте вытисненных букв… От книги веяло невероятной древностью; чудилось, что еще мгновение, и она рассыплется прахом в руках Мадейры.