— Поехали, — потянула за руку Минори. — Тут в нескольких километрах есть горный водопад, мы как-то сюда приезжали на пикник. Там можешь умыться, а то ты весь грязный и пыльный. И я… тоже умоюсь вместе с тобой.
Она произнесла последнее предложение таким глубоким грудным голосом, что у меня невольно участилось дыхание.
Глава 13
Ласки я начал получать ещё в процессе движения. Словно невзначай Минори касалась моего плеча подбородком, то её руки опускались с талии ниже. А уж как она прижималась ко мне…
Даже кожа чужой куртки не помогала защититься от чувства обжигающего тела. Мягкие груди упирались мне в спину, а дыхание прорывалось через шум мотора. Волей-неволей я тоже начал возбуждаться. Да, сначала я хотел направиться прямо в Токио, но потом всё-таки решил заехать на водопад. Умыться.
Мотор рычал, создавая вибрации. Изумрудные ветки хлестали по шлему, стараясь если не сбить на ходу, то хотя бы навернуть как следует. Руки Минори уже вовсю шарили по моему телу, сжимая и разжимая пальцы на коже куртки.
Подруга Кимико… Можно ли заниматься с ней сексом? А почему бы и нет? В конце концов, если она сама хочет… У меня найдется лишний часок для этого. А что? Война войной, а мужское естество тоже иногда требует выхода. Тем более, что мужское естество затвердело и по твердости стало похоже на хромированный руль.
И не надо на меня смотреть с укоризной — ничуть не сомневаюсь, что в молодости вы тоже думали только об одном. Ну, иногда мысли переключались на еду…
— Через пять километров будет поворот! — крикнула на ухо Минори. — Останови ненадолго!
— А потерпеть не можешь? — расценил я её вопрос не совсем так, как она задумывала.
— Я-то могу, а вот ты…
Её шаловливые пальчики пробежали вверх-вниз по ширинке.
Такой намек сложно не понять. Я притормозил, ожидая, что будет дальше? А дальше произошло вот что — Минори соскользнула с сиденья и вжикнула молнией на моих брюках. Наружу вырвался каменный член. Одноклассница улыбнулась ему, как старому другу.
— Ого, какой он у тебя… Я думала, что у хининов татуировка и на члене тоже есть…
— А она и есть, надо только приглядеться, — ответил я.
— Где?
— Так вот, возле основания, — показал я на место, где заканчивается лобок и начинается вздыбленная плоть. — Чуть стерто, но разглядеть можно.
— Да где? — ещё ниже наклонилась Минори.
— Ну неужели не видишь? Вот же она, — ткнул я пальцем в первую попавшуюся точку.
— Не вижу, — покачала она головой.
— Значит, надо лупу… Или приглядеться чуть лучше.
От старания Минори даже приоткрыла рот, стараясь разглядеть мифическую татуировку. Мне оставалось только двинуть тазом чтобы загнать окаменевшую головку в плен мягких губ. Что я и сделал…
— Упф! — выдохнула девушка, когда так и не смогла разглядеть рисунок, зато получила мясную затычку в рот.
— Ой-ё! — выдохнул уже я, когда ласковый язычок пробежался по головке и лизнул уздечку.
— Приятно? — спросила Минори.
Она с чпоканьем освободила мой налившийся орган и начала легко водить по нему пальцами. Вверх и вниз. Вверх и вниз…
— Невероятно… А как ты будешь смотреть в глаза Кимико, когда с ней встретитесь?
— А что с её глазами? С её глазами всё в порядке — она видела твоего малыша, не ослепла… Правда, не видела татуировки, но сдается мне, что тату стерлась от очень частого использования…
И всё это время она говорила, глядя на меня снизу вверх, держа член как микрофон. Осталось только музыку поставить, чтобы она исполнила какую-нибудь зажигательную песню.
— Да ну, ты наговариваешь… ох… — вырвалось у меня, когда она чуть сжала напрягшийся орган и снова взяла его в ротик. Черноволосая макушка ритмично задвигалась над моей ширинкой. — Я же почти ни с кем… Ой… Да как же ты это делаешь?
Легкий чпок и на меня снова взглянули хитрые глаза. К паху подкатило блаженство и сосредоточилось в агрегате, который она держала в руках. А ведь над головкой ещё работал и язык. Мало того — это был очень ловкий и умелый язычок. Обрабатывала так, что волны блаженства пробегали по телу и заставляли выгибаться.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Похоже, что ты активно тренировалась, — я положил руки на макушку и чуть надавил на голову девушки.
Почувствовал, как головка потерлась о нёбо. Минори закашлялась. Я тут же отпустил её на волю.
— Ух-ух, Изаму-кун, не надо так резко… — Минори утерла губы тыльной стороной ладони.
За нами наблюдали две яркоголовые амадины. Похоже, что они учились, как нужно делать друг другу приятно. Мне почему-то от этих взглядов стало неловко.
— Слушай, мы же не так далеко отъехали… Может, двинемся в сторону водопадов?
— Конечно двинемся! Только чур я буду рулить! — вскрикнула Минори.
— Как это? — не понял я.
А надо бы напомнить, что член у меня всё ещё был в неге ласковых поглаживаний. И она хочет рулить? Да это же будет выше моих сил… Или она что-то другое имела в виду?
И в это время, пока я разрывался между тем, чтобы схватить Минори в охапку, приставить к мотоциклу и как следует соединиться, она хитро улыбнулась и подняла края юбочки. На свет показались белые кружевные трусики, которые, впрочем, медленно поползли вниз под напором двух пальцев. Взгляд Минори следил за мной, а я завороженно, как удав за кроликом, следил за передвижением кружевной материи.
Заметил, что небольшой островок материи поблескивал от выступившей у Минори влаги. Эх, как же она возбудилась…
— А я могу вот так, — Минори перешагнула через кружева и одним быстрым движением нацепила трусики на приборную панель.
— Нашла чем гордиться, — хмыкнул я в ответ.
— А ещё вот так, — хитрюга легко перекинула ногу через бензобак, чуть подпрыгнула и…
Опустилась она точно на мой дрожащий от напряжения каменный отросток.
— О-о-о! — вырвался из её горла крик, когда полностью опустилась на торчащий член.
— Ого-го, — ответил я в том же тоне. — А ты полна сюпризов.
— То ли ещё-о, будет, — полупростонала-полупропела Минори.
Она дернула рукоять газа и мотоцикл прыгнул вперед. От неожиданности я схватился за её талию и подался по направлению движения. Девушка ещё раз вскрикнула, и снова крутанула рукоятку. Дальше началось безумство…
Мотоцикл прыгал вперед, меня бросало следом, и я входил так глубоко, что чувствовал влагу на яичках. Потом отбрасывало чуть назад и снова вперед.
Ветви хлестали по нам, мотоцикл вихляло из стороны в сторону, но Минори в последний момент выравнивала его и снова подавала вперед. Юбка задралась на талию и продемонстрировала две аппетитные булочки, которые покраснели от шлепания и трения.
Я рванул блузку на груди Минори, лифчик застегивался спереди и, вскоре, две груди оказались в моих руках. Минори с улыбкой оглянулась, когда я начал мять их, как антистрессовые мячики. Мять мягкие груди и резко входить в мягкое нутро — что может быть лучше на свежем воздухе?
Мы ехали мимо скал, мимо вековых сосен, а белки взирали на нас удивленными глазами. Одна даже запустила шишкой, правда, попала в шлем, но всё равно обидно. Я её запомнил и при случае обязательно запущу шишкой в ответ. Еловой шишкой, а не той, на которой сейчас подпрыгивала Минори.
— Да-а-а, о да-а-а! Как же хорошо! Как же хорошо-о-о! — стонала Минори, задавая ритм странному сексу.
Я крепился, сдерживался, чтобы не кончить раньше времени и проконтролировать тот момент, когда Минори выпустит руль из рук. Хлюпанье, рев моторов, шлепки голой попки по паху — всё это создавало дикую какофонию для аккомпанемента бурной страсти.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Какой же твердый! Изаму-кун! Изаму-кун! Я больше не могу сдерживаться! Я больше не могу-у-у-у! — провыла Минори и упала на бензобак, подняв к небу аппетитную попку.
Не зря всё-таки я сдерживался — в этот миг успел перехватить руль, и удержал колесо от въезда в поросший желтоватой травой бурый камень. Если бы не моя реакция, то бурный секс мог бы закончиться переломами или ещё чем похуже.
