— Давай пока медленно. Хочу расслабиться.
— И не собирался сразу быстро.
— Это хорошо.
Я продолжил медленно, с чувством выходить из безупречной попки кошечки. Потом снова так же входил. Самое интересное, что именно от такого неторопливого процесса, оказывается, я получал даже больше наслаждения, нежели от быстрой, прямо говоря, долбёжки с целью только кончить.
Я бы мог, наверное, ещё долго так продолжать, но Гентла попросила чуть ускориться, ведь она начала возбуждаться сильнее. Когда же член начал входить в неё активнее и быстрее, она и вовсе стала чаще дышать и громче постанывать. Это сработало как сигнал для меня: тоже возбудился пуще прежнего. Но едва я набрал приличную скорость, кошечка пожелала сменить позу, поэтому я вышел из неё. Она соскочила с капота и теперь взобралась на него, расположившись спиной ко мне. Раскинула ноги широко, подняла хвостики, предоставляя мне уже разработанную попку, в которую можно входить, не опасаясь причинить боль. Это и сделал. В такой позиции даже удобнее, поскольку я мог не держать таз Гентлы. Напротив, ухватился за ягодицы, раздвинул их и проник сразу до упора. Кошка выгнулась, издавая громкий стон и царапая капот машины. Раззадорила как надо. И я начал уже быстрее входить-выходить, держась за круглые и безумно приятные на ощупь ягодицы. Мне было так удобно в этой позе, что смог развить небывалую для себя скорость, что приблизило оргазм мгновенно. Член то и дело сновал туда-сюда, пылая диким жаром и неимоверным желанием не прекращать это удовольствие. Кошечка тоже перестала себя сдерживать, громко постанывая и лаская себя между ног. Ещё несколько движений — и всё вырвется наружу. Я не останавливался ни на секунду. Гентла начала ещё громче стонать. И я неожиданно быстро испытал оргазм. Почти сразу же и она закричала, не зная за что ухватиться, изгибаясь всем телом, виляя попкой и стараясь свести ноги вместе. Её тоже накрыл бурный оргазм. Но я не перестал проникать, пока прибор ещё был в боевой готовности, получая уже не то, но всё же удовольствие. Лишь через минуту остановился, когда кошечка полностью расслабилась и свела ноги вместе. Обессиленная, она сползла с капота и улеглась рядом с машиной. Благо, здесь идеальная чистота, поэтому и я решил полежать в обнимку с той, которая доставляла сегодня столько блаженства, что я позабыл вообще обо всём на этом свете…
Глава 28
— Ну что, я думаю, нам пора вставать и возвращаться домой, — заговорила Гентла.
— А мне и здесь хорошо. К тому же очень тепло. — Обнял кошечку плотнее, обхватив руками. Она в ответ воспользовалась хвостами, которыми обвилась вокруг моего торса. Мне это мгновенно напомнило Мионну. Ещё в самый первый день, когда я защищал её от Керры. Разница лишь в том, что у этой два хвоста. Ощущения приятнее, но воспоминания — не очень. И снова меня взяло чувство вины, что все Благородные страдают в рабстве, пока я здесь развлекаюсь. Из-за этого, чуть погодя, согласился с Гентлой, что нам действительно пора собираться домой.
Перед тем, как одеться, мы тщательно вытерлись специальными полотенцами. Они для этого и предназначались, а любая игра в прятки всегда заканчивалась сексом. Собственно, в этом весь смысл.
Когда мы покинули развлекательный центр, на улице уже стало прохладнее и темнее. Постепенно зажигались фонари, вывески, витрины магазинов. Город окутывала ночь, накрывая всё чёрным полотном, усыпанным миллионами ярких звёзд. Красивее всего по-прежнему выглядела планета, на которой я был ещё сегодня утром. Мне даже как-то не верилось. События слишком быстро происходили. Удивительно, что получилось обо всём забыть и заниматься сексом. Хотя, если быть честным, во многом это заслуга Гентлы. Если бы не её искренность и умение правильно соблазнять, вероятно, из-за нервов ничего бы и не получилось. В этом есть плюс. По крайней мере, теперь я расслабился, удовлетворив свои естественные потребности полностью.
— Фортис, а зачем ты так крепко сжимаешь мою руку? — полюбопытствовала кошечка.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Больно? Просто задумался. Наверное, из-за этого, — постарался я ответить непринуждённо. На самом деле не задумался, а глубоко ушёл в размышления, ведь до этого даже не замечал, что шёл с ней под руку. Наверное, со стороны мы выглядели как влюблённая парочка, причём единственная в этом городе.
— Нет, наоборот, мне очень приятно. Так меня за руку только один раз держали. И для меня это очень многое значит.
Ну вот, началось. Теперь, наверное, решила, что и я с ней захотел всё всерьёз. До чего нелепо происходящее. И ведь трудно сказать ей правду. Впрочем, и обещаний никаких не давал, так что можно быть спокойным — угрызения совести вообще не должны мучить. К тому же она сама себе придумала какое-то будущее наперёд, даже не зная, что будет завтра. Или её просто не беспокоила политическая и военная ситуация.
— Ну если приятно, могу сильнее сжать, — улыбнулся я и взглянул на Гентлу.
Она нахмурилась и как-то жалобно, но в то же время возмущённо произнесла:
— Сильнее не надо.
— Да я же шутя, ты чего.
— Тогда ладно.
Недалеко от Резиденции Гентла предложила зайти в магазин за фруктами и расслабляющим напитком. У них это питьё действительно не считалось алкогольным, но эффект почти не отличался от обычного вина. После покупок и с пакетами в руках мы отправились к кошечке на этаж.
Специальная машинка очистила фрукты, порезала и подвезла к столу. Гентла приняла поднос и поставила на стол, в то время как я открывал бутылку.
— Угощайся, — мило сказала кошка.
— Сейчас налью, — проговорил я под звук наполняющихся бокалов, — и обязательно угощусь.
— Чудесно-то как, — расплылась она в улыбке, поднимая бокал.
— Это ты о чём? — поинтересовался я, когда поставил бутылку и поднял фужер.
— Ну, как же. Мы провели хороший день. И фильм посмотрели, и в прятки поиграли, и секс потом. А теперь расслабляемся наедине. Только ты и я. — Гентла потянулась ко мне и на ухо прошептала: — После этого я не хочу тебя делить даже с Дочендой. Только ты ей не говори. — Затем отстранилась, не переставая улыбаться. — Хорошо?
— Конечно. Я — могила.
Кошечка склонила на бок голову и вопросительно посмотрела на меня.
— Как это «ты — могила»? Мне не нравится такое слышать.
— Ты ж не знаешь это выражение, — усмехнулся я. — Это означает, что никто не узнает то, что ты мне сказала. Так говорят в моём мире.
— Не знаю, всё равно не нравится. Могила… — задумчиво протянула она, нюхая край бокала. — Не хочу я представлять тебя и могилу. Плохо это.
— Ты такая смешная сейчас, — не сдержал я эмоций и потрепал её за ушки.
— Это не смешно, Фортис. Никаких могил. Давай выпьем лучше и поболтаем.
— Давай.
Мы выпили примерно по половине содержимого фужеров, после закусили сочными и сладкими фруктами. По всему телу растеклось тепло и ощущение полного умиротворения. Пусть Гентла и предложила поболтать, но на неё что-то нашло: она внезапно крепко обняла меня и прильнула к губам нежнейшим, но коротким поцелуем. Потом оторвалась и взглянула прямо в глаза как никогда серьёзно.
— Никаких могил больше. Понял? Мы вместе, и это уже хорошо. Надо радоваться каждому дню.
По взгляду не сложно было заметить, что ей действительно очень неприятно слышать слово «могила». Вроде обычное выражение, а сколько эмоций вызвало у Гентлы. С другой стороны, если она влюбилась по уши, то понять её можно. Мне б тоже было крайне неприятно представлять любимую в могиле. От этой мысли аж дрожь пробежала по телу. Теперь-то я точно не стану говорить эту фразу.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Понял-понял. Больше не буду.
— Вот, это мне нравится. Больше о хорошем говорить надо, хотя есть тема, которая не очень хороша, но беспокоит меня в последнее время.
— Можешь поделиться, если хочешь.
Она вздохнула и начала:
— Знаешь, мне кажется, что всё это как-то неправильно. Я много думала и пришла к выводу, что можно и без всего этого обойтись.
