Вот как это описывается в современной версии истории.
Ф. Грегоровиус: «Обеспечив себя миром с султаном, греческий император (Мануил — Авт.)… заботился также с чрезвычайным усердием о постройке Гексамилиона, стены через Истм, которую начал строить при помощи венецианцев. Греки воображали, что и теперь, точно во времена персов, такая преграда сделает Пелопоннес недоступным для неприятеля. Тысячи рабочих трудились над этим гигантским сооружением… между двумя морями выросла громадная стена со рвами, двумя крепостями и 153 укрепленными башнями… Современники были поражены этим сооружением, точно оно было подобно знаменитым валам Адриана, но им вскоре предстояло убедиться, что для янычар оно вовсе не было недоступно».
Западноевропейские современники были в восторге от этого сооружения, воздвигнутого Мануилом. Гемист Плетон и Мазарис считали «стену замечательным сооружением и непреоборимой твердыней. Франца сочинил также послание к Мануилу об этой Истмийской стене» (Ф. Грегоровиус).
Однако через несколько лет — в 1423 году — отоманские (то есть Атаманские) войска приступом взяли эту стену.
Вот и «вырвались на свободу» страшные народы Гог и Магог. «В мае 1423 года он (султан Мурад II — Авт.) отправил из Фессалии пашу Тура-хана (то есть попросту „турецкого хана“ — Авт.) с сильным войском, чтобы изгнать Феодора II и венецианцев из их владений в Морее… Великое сооружение Мануила, Истмийская стена, была взята янычарами приступом и затем разрушена» (Ф. Грегоровиус).
Но возникает вопрос: почему же тогда средневековые авторы указывают на побережье Каспия или Кавказ как якобы место постройки «Великой стены против Гога и Магога»? Наша реконструкция объясняет это.
Поскольку Турция и Россия составляли в ту эпоху единую Империю, то «земля Гога и Магога», естественно, находилась севернее Каспийского моря, то есть в России. Поэтому хронисты-компиляторы XVI–XVII веков, разбирая уцелевшие старые тексты, путаясь в географии и пытаясь понять, где же была построена стена против Гога и Магога, естественно, отодвинули ее на берега Каспия. То есть на один из старых известных путей, по которому действительно совершались военные вторжения из Древней Руси на юг. Вспомним хотя бы междоусобные войны между Золотой Ордой и Персидским улусом «Монгольской» империи. Они происходили именно в тех местах.
В заключение отметим, что Великих стен в истории Европы было немного. Прямо скажем, мало. Одна или две.
1) «Стену против Гога и Магога», вероятно, можно отождествить с Истмийской стеной. Подчеркнем, что построили эту единственную Великую стену в Европе именно в XV веке, то есть как раз тогда, когда согласно нашей реконструкции и жил Александр Македонский (или один из его основных прообразов).
2) Но имеется и еще одна возможность локализовать Стену Гога и Магога. Это — знаменитый тройной пояс стен вокруг Константинополя-Стамбула — так называемая Стена Феодосия, возведенная якобы в начале V века н. э. и приписываемая ромейскому императору Феодосию. Считается, что ее постройка была завершена лишь в XII веке н. э., когда император Мануил II возвел последний участок стены вдоль залива Золотой Рог.
Эта стена действительно производила грандиозное впечатление. Общая ее протяженность составляла около 20 километров; она окружала Константинополь и защищала его с берега и с моря. Участок стены, защищавший Константинополь с берега, был устроен так: снаружи шел ров шириной 18 и глубиной 7 метров; за рвом тянулся первый пояс невысоких стен; затем — второй пояс стен высотой 8 и толщиной около 2 метров; за ним — третий пояс стен высотой 13 и толщиной 3–4 метра; второй и третий пояса стен были оборудованы 96 башнями высотой 15–20 метров.
Со стороны Мраморного моря Константинополь был защищен одним поясом стен высотой 12–15 метров. Здесь насчитывалось 150 башен и 8 ворот.
Со стороны залива Золотой Рог был сооружен также один пояс стен высотой 10 метров; здесь имелось 100 башен и 14 ворот.
Стена Константинополя возведена из тесаного камня и имела прослойки из красного кирпича.
Сегодня сохранились остатки этой гигантской стены, дающие достаточное представление о том, насколько мощным было это оборонительное сооружение в прошлом.
Эти стены в определенном смысле «запирали Гога и Магога». Сначала — когда турки-османы, вышедшие из России, осаждали Новый Рим. А потом, в XV–XVI веках, когда Константинополь был уже захвачен турками, стена как бы «запирала» сидящих за ней турок, то есть того же Гога и Магога. Как мы покажем далее, турки-отоманы (османы) вышли из той же Великой Орды.
Какими красками изображали поздние западноевропейские летописцы «Монгольское» нашествие?
Дж. Райт пишет: «Сухопутные путешествия (западноевропейцев — Авт.) были обусловлены возникновением самой огромной военной империи, когда-либо существовавшей в мире». «Монгольской» = Великой империи.
Приведем теперь красноречивые фрагменты из средневековых европейских хроник, повествующих о вторжении татаро-монголов как о варварском вторжении Гога и Магога.
Первое подробное описание татар встречается в «Великой хронике» Матфея Парижского под 1240 годом; в действительности же события происходили, по-видимому, в эпоху не ранее XIV–XV веков. Вот его свидетельство: «Дабы не была вечной радость смертных, дабы не пребывали долго в мирном веселии без стенаний, в тот год люд сатанинский проклятый, а именно бесчисленные полчища татар, внезапно появился из местности своей, окруженной горами; и, пробившись сквозь монолитность недвижных камней, выйдя наподобие демонов, освобожденных из Тартара (почему и названы тартарами, будто „[выходцы] из Тартара“), словно саранча, кишели они, покрывая поверхность земли». Говоря о татарах как о народе, вырвавшемся из-за «монолита недвижных камней», хронист недвусмысленно отождествляет татар с Гогом и Магогом, которые прорвались сквозь «стену Александра».
Матфей продолжает: «Оконечности восточных пределов подвергли они плачевному разорению, опустошая огнем и мечом… Они люди бесчеловечные и диким животным подобные. Чудовищами надлежит называть их, а не людьми, ибо они жадно пьют кровь, разрывают на части мясо собачье и человечье и пожирают его». Для убедительности Матфей Парижский иллюстрирует сказанное выразительным рисунком, на котором изображен варвар-«монгол», отрубающий голову несчастной жертве; другой «монгол», держа в каждой руке по отрубленной человеческой ноге, с аппетитом пьет хлещущую из них кровь; третий, проглатывая слюнки в предвкушении вкусного обеда, не спеша поджаривает на вертеле свежий человеческий труп.
Так изображали наших предков западные европейцы уже в XV–XVI веках.
Матфей Парижский продолжает: «Одеты в бычьи шкуры, защищены железными пластинами». Но ведь не в диких же степях ковались эти латы. Значит, было и развитое металлургическое и оружейное производство.
Далее: «Роста они невысокого и толстые, сложения коренастого, сил беспримерных. В войне они непобедимы, в сражениях неутомимы. Со спины они не имеют доспехов, спереди, однако, доспехами защищены… Они не знают человеческих законов, не ведают жалости, свирепее львов и медведей. Они сообща, по десять или двенадцать человек, владеют судами, сделанными из бычьей кожи, умеют плавать и ходить на судах. Вот почему широчайшие и самые быстрые реки они переплывают без промедления и труда.
Когда нет крови, они жадно пьют мутную и даже грязную воду… (а обычно пьют только свежую кровь? — Авт.). Никто из них не знает иных языков, кроме своего, которого не ведают все остальные народы, ибо вплоть до сего времени не открывался к ним доступ и сами они не выходили… Они ведут с собой стада свои и жен своих, которые обучены военному искусству, как и мужчины…
Полагают, — вдохновенно рассуждает Матфей, — что эти тартары, одно упоминание которых омерзительно, происходят от десяти племен, которые последовали, отвергнув закон Моисеев, за золотыми тельцами и которых сначала Александр Македонский пытался заточить среди крутых Каспийских гор смоляными камнями. Когда же он увидел, что это дело свыше человеческих сил, то призвал на помощь бога Израиля, и сошлись вершины гор друг с другом, и образовалось место, неприступное и непроходимое…
Однако, как написано в „Ученой истории“, они выйдут на краю мира, чтобы принести людям великие бедствия. Возникает все же сомнение, являются ли ими ныне вышедшие тартары, ибо они не говорят на европейском языке, не знают закона Моисеева, не пользуются и не управляются правовыми учреждениями».
Царство пресвитера Иоанна, или Русско-Турецкая Орда как главная сила XIV–XV вековПресвитер Иоанн — повелитель западных государей
Дж. Райт пишет: «Эта легенда представляла собой романтический рассказ о том, что в этих дальних краях находилось огромное и сильное христианское царство, управлявшееся могущественным монархом, пресвитером Иоанном… Несмотря на всю ее ошибочность (уверяет нас традиционалист Дж. Райт — Авт.), это убеждение сохранялось долго и стало неотъемлемой частью географической теории позднего Средневековья и в последующие века сильно повлияло на направление исследований».
