Если ребенок в силу своих отклонений угнетен и настроен пассивно-агрессивно, вдобавок ведет себя негативно по другим, внешним причинам, то его депрессия будет вдвойне глубока, а поведение — особенно пассивно-агрессивным.
Прежде чем обращать таких детей на путь духовности, нужно помочь им справиться с депрессией и гневом. Мы должны понять, что является причиной их проблем, и дать им почувствовать нашу безусловную любовь. Только после этого мы сможем помочь им понять их собственные нужды, необходимость установления личных отношений с Иисусом Христом.
Благодаря современной системе образования выявить учащихся с отклонениями сейчас намного легче. Положение с оказанием помощи таким детям сейчас гораздо лучше, хотя многие до сих пор так и не осознают серьезности этой проблемы. К сожалению, некоторые считают, что дети с подобными отклонениями просто ленивы, упрямы или, откровенно говоря, тупы. Такие люди не понимают, что информация, поступающая через органы чувств в мозг, в сознании детей с отклонениями предстает не в таком виде, как у здоровых детей. Искаженное представление, которое они получают об окружающем мире, обусловлено нарушениями нервной системы, которые, как правило, есть у ребенка с рождения.
Представьте себе, насколько трудно такому ребенку. У него проблемы с учебой, отчего он всегда сердит и постоянно раздражается. Причин его гнева две: во-первых, ребенок сердится оттого, что не может понять материал, и, во-вторых, на него давят родители, которые думают, что он не в состоянии справиться с уроками из-за лени или чего-то еще в этом роде. Поэтому у него возникает чувство, что его никто не любит и не понимает; оно вызывает в нем еще больший гнев и более глубокое депрессивное состояние. Он отстает от своих сверстников и, в конце концов, впадает в состояние крайней угнетенности. К подростковому возрасту его депрессия может превратиться в тяжелую форму поведенческого и эмоционального расстройства.
Решающую роль здесь играет позиция родителей. Чрезвычайно важно, чтобы они удовлетворяли эмоциональные потребности своего ребенка. Но таким детям часто бывает трудно понять даже позитивное отношение. Поэтому им необходимо, чтобы близкие люди особенно явно проявляли свою любовь, чтобы они чаще поддерживали с ними физический контакт и обращали на них больше внимания.
Свою любовь мы выражаем взглядом (визуальное общение), физическим контактом (это невероятно сложный комплекс ощущений) и вниманием (подразумевается зрительное и слуховое восприятие, а также включение мыслительных процессов). Если отклонения касаются какой-то из этих областей, то понимание ребенка будет искажено, и это не только принесет огорчение, но и создаст определенные ограничения в общении.
Разделяя страданиеСтрадают не только дети, имеющие отклонения, но и их родители, которые обычно проходят через всю гамму переживаний, прежде чем осознают, что их ребенок не способен справиться с требованиями школьной программы.
Сначала они не признают существования проблемы, что приводит к еще большему расстройству их ребенка. Они водят ребенка по врачам, сами отдаляются от всех, думая, что никто не может понять их боли.
Но затем они начинают испытывать чувство вины. Им кажется, что именно они являются причиной проблем их ребенка. Они сомневаются в том, что воспитывают ребенка правильно и спрашивают сами себя: «В чем мы слишком строги? К чему относимся слишком беспечно?» Все это приводит к тому, что родители начинают сердиться. «Мы, конечно, не виноваты в том, что сложилась такая ситуация. Мы делали все, что было в наших силах. Должно быть, это просто врач не знает сам, что говорит. И соседи, и эти учителя — никто не знает, что происходит!»
Под конец родители начинают обвинять друг друга. Ребенок, видя все это, испытывает страх, и его депрессивное состояние усугубляется.
И тогда родители, которые по-настоящему хотят помочь своему ребенку, обращаются за консультацией к соответствующему врачу. Они узнают, что надежда все еще есть. Узнают, как справиться с проблемой их ребенка и куда и к кому обращаться за помощью. И вскоре они устраняют некоторые причины, способствовавшие развитию раздражительности и депрессии ребенка.
Рик, красивый темноглазый мальчик лет десяти, появился в моем кабинете, идя впереди своей матери.
— Очень надеюсь, что вы сможете понять, что со мной, — сказал он. — А то мама так волнуется, намного больше, чем я. Иногда она даже плачет. Я просто не могу смотреть на это. Может, вы сможете сегодня сказать ей что-нибудь такое, чтобы она не волновалась.
Джойс — мать-одиночка. Муж оставил ее всего год назад, и именно тогда у Рика начались проблемы со школой. Джойс относится к тем матерям, которые искренне желают своим детям самого лучшего и делают для этого все, что могут. Школьная учительница сказала ей, что с самим Риком все, в принципе, в порядке. Единственная проблема — это то, что Рику уделяется слишком много материнского внимания.
— Вы слишком усердно пытаетесь компенсировать отсутствие отца, Джойс, и из-за этого очень балуете его. Рик умеет читать. Но он очень упрям и не желает сосредоточивать свое внимание, хотя и может, — твердо заключила учительница.
Вооружившись этой информацией, Джойс стала уделять Рику меньше внимания и не занималась с ним каждый вечер после школы. Но никаких положительных изменений не произошло. Он стал вести себя хуже и провалился на экзаменах в школе. И тогда Джойс привела Рика ко мне.
После того как мы обследовали его, я вызвал Рика и его маму к себе в офис. — Ну, Рик, нам надо посмотреть, что можно сделать, чтобы твоя мама не волновалась.
Он прошел несколько тестов, и выявилось, что у него проблемы с визуальным восприятием. Именно поэтому ему было трудно сосредоточить свое внимание.
— Не волнуйся, Рик, ты смышленый мальчик. Я очень сомневаюсь, что ты плохо читаешь из-за упрямства. Думаю, все наладится. Я постараюсь помочь тебе.
Глаза Рика вспыхнули.
— Вот, послушай, мам. Я совсем не тупой. Ты не должна так сильно волноваться из-за меня.
Рик считал себя виноватым, что его мама чувствовала себя несчастной. А сама она оказалась достаточно мудрой, чтобы привести его на консультацию. В результате Джойс поняла, в чем проблема сына, а Рик до некоторой степени избавился от чувства вины, которое его угнетало.
Джойс пережила все, что испытывают родители, если у их детей выявляются подобные отклонения. И все эти переживания вполне естественны. Проблема состоит в том, что некоторые родители переживают чересчур сильно и долго, в результате чего ребенок долго носит в себе ощущение вины.
Сама же проблема в принципе решаема, но только в случае, если отклонения будут обнаружены достаточно рано. Джеймсу и Рику повезло, потому что их родители вовремя заметили отклонения и осознали это. «Вовремя» означает, что такие отклонения должны лечиться до того, как ребенок станет подростком.
Если на них не обратить должного внимания, то, когда ребенку исполнится 13, 14, 15 лет, он будет испытывать трудности, связанные не только с одной учебой. Почти всегда такой подросток начинает употреблять наркотики, вести беспорядочную половую жизнь, красть, убегать из дома и даже предпринимать попытки самоубийства.
Рассказав о Джеймсе и Рике, я постарался донести до вас сложность проблемы. Когда же на нее накладываются естественные промахи и неудачи, она превращается в реальную угрозу самому существованию ребенка, включая и духовную сторону. Чтобы помочь такому ребенку стать цельной личностью, нужно много времени, терпения и понимания. Но цель эта достижима.
Дети с хроническими заболеваниямиТрудности восприятия — не единственное, что может оказывать влияние на поведение ребенка. Хронические заболевания также могут создавать определенные эмоциональные и поведенческие проблемы. Родители хронически больного ребенка настолько поглощены ежедневными заботами (например, надо следить за тем, чтобы ребенок ежедневно получал требуемую дозу инсулина), что перестают обращать внимание на его эмоциональные потребности.
Подрастая, физически слабые дети все больше и больше огорчаются из-за своей болезни или отклонения, сердятся на своих заботливых родителей, которые по неведению заменили естественное проявление любви исключительно медицинским уходом. Такие дети начинают вести себя вызывающе не только со своими родителями, но и вообще со всеми взрослыми.
Линду Уолкер ее мама представила мне как «ребенка, нервного с рождения».
— Мы старались делать все, что только можно было придумать, но, похоже, сделать ее счастливой нам так и не удалось. Когда ей было три года, педиатры обнаружили у нее порок сердца. С тех пор мы только тем и занимаемся, что ходим по разным специалистам.
