— Да. — Как тумане произнес Саша, — Вика, я бы хотел вот этот… или этот… или такой… чтобы ты взяла какой-то из них… если можно, — сказал парень, заливаясь краской. Саша указал на анатомические страпоны, без всяких трусиков и ремешков… ему показалось, что если он будет воспринимать это устройство как продолжение Викиного тела, то ему легче будет отдаться так в первый раз…
Анна автоматически отметила и «ты», и «Вику», но ничего не сказала. Вика сама решит как сейчас реагировать. А Вика отреагировала поцелуем.
— Конечно можно. Только этот вот мелковат, а этот великоват. Берем синенький и пойдем. Кстати, тебя как, связать, или не надо?
Вопрос был непрост. С одной стороны связанный парень мог полностью переложить ответственность на Вику. С другой… с другой ему легче было почувствовать себя любимым. Воспринять это как странный акт любви, а не насилия, не запаниковать. Саша никогда не хотел ничего решать, предпочитал, чтобы все решали за него, но еще больше он нуждался в любви. И поэтому, к удивлению Ани он хрипло произнес:
— Не надо связывать…
…И вот Сашина попа густо смазана и аккуратно размята ласковыми, но решительными пальцами, сам он уложен на кровать на спину, а его повелительница ввела в себя свой конецстрапона. Саша закрыл глаза от внезапно проснувшегося страха… но вместо ввода страпона в его святая святых, Вика легла на него сверху и покрыла поцелуями его лицо, шею грудь, ее руки нежно шарили по телу юноши. Саша вновь расслабился, часто с томлением задышал, протянул руки, вслепую касаясь ласкающей его девушки, но глаза не открывал. Сколько раз Аня и Вика развлекалась вместе с парнями вдвоем подобным образом, но сегодня огненноволосой женщине лишь оставалось смотреть и остро завидовать, ощущая тяжесть внизу живота. Наконец Вика отстранилась от парня и ласково сказала:
— Посмотри на меня.
Глава 24. Вика
Такой милый и такой балбес. Практически раздетым добираться до Аниного дома, промокнуть до нитки, замерзнуть как ледышка…и все ради того чтобы быть рядом со мной и Аней… ради того чтобы отдаться мне… и в надежде на то, что намеком обещали. Это надо же таким быть? Хочется и выдрать, и расцеловать одновременно. Так думала Вика. Хорошо, что есть горячая вода и глинтвейн. Очень уж не хотелось бы, чтобы Саша заболел.
Отогревая мальчика в горячей ванной отругали его, объяснили ему какой он балбес и заодно определили наказание — готовка. В принципе наказанием это можно назвать только с натяжкой. Мужчина должен уметь готовить. А дальше…
…А дальше пришла пора готовить Сашу к страпон-сексу. Для начала — морально, вовлекая в приготовления. О, как он смущался, говоря о том, что его лучше трахать голеньким и не связывая. Как он краснел, выбирая страпон! Выбрал, кстати, анатомический. А Вика полностью поняла и одобрила его выбор. Да, управлять им чуть сложнее, зато нет никакой искусственности. Этот искусственный член будто бы продолжение ее, она будет ощущать им Сашу, пока будет иметь его. Сегодня она будет не насиловать, не унижать и даже в первую очередь не доминировать (хотя последнее тоже присутствовало), а просто любить Сашу в попку, обладать им, брать своего мальчика…
Можно было поставить Сашу на четвереньки, уложить лицом в подушку, расположить на кресле… можно было по всякому… Но сегодня Вике хотелось видеть его лицо, ласкать его член и видеть что она делает, смотреть в его глаза, чтобы юноша видел ее и наблюдал за ее действиями. Решено! Будет лежать на спине.
Нежно-нежно смазать попку мальчика, ласково ввести туда пальчики, размять, подготовить для проникновения… Это только звучит долго, а на самом деле дело нескольких минут. Вот уже страпон в боевой готовности закреплен меж бедер девушки… Все идет хорошо. Хорошо да не очень. Этот маленький трусишка закрыл от испуга глаза, чтобы не видеть что происходит, напрягся, зажался… Как трогательно… Но не устраивает совершенно! Придется переломить ситуацию.
Девушка склонилась над Сашей, провела ладонью по его щеке, прочертила пальцами по груди, бокам, после чего легла сверху. Пришел черед поцелуев. Вика покрыла ими губы, закрытые глаза, щеки, спустилась к шее, груди, а руки ласкали тело парня, который постепенно расслабился и несмело протянул руки к девушке. Наконец почувствовав, что она сама начинает возбуждаться от тела парня, Вика отстранилась от него и ласково сказала:
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Посмотри на меня. Пожалуйста.
При этих словах Саша осмелился робко взглянуть на Вику. Она сидела меж его ног невыносимо прекрасная, манящая и властная, и смотрела на него так! С такой добротой и нежностью, что опасения юноши стали развеиваться. Ему самому захотелось, чтобы это наконец совершилось.
— Не бойся, Сашенька, я буду очень, очень нежна и осторожна. Но я хочу видеть твои глаза. Не закрывай их… — с этими словами Вика, чуть приподняла ноги парня, придвинулась к нему и аккуратно подвела страпон к колечку мышц, выдавила на ствол смазку, распределив ее рукой по всей длине страпона и медленно, плавно ввела его на половину длины.
Сделать небольшое движение назад и дальше вперед, медленно, но неукротимо, ввести его на всю длину. Прижаться, придвинуться теснее, продвинуть ноги на себе повыше, придержать их руками, а потом медленно выйти из своего мальчика почти полностью и снова медленно прижаться бедрами, плавно введя страпон на всю длину, услышать тихий стон. Вот где наслаждение — подумала Вика. Вот где власть.
— Чу-чу-чу… совсем не больно… разве лишь чуть-чуть…
Она повторила свои движения, совершая их по прежнему неспешно, но чуть быстрее. Снова вжалась… Ее правая рука скользнула к члену юноши, обхватила ствол и медленно прошлась по нему, постепенно приводя орган в рабочее состояние. После чего девушка, не переставая ласкать член юноши, возобновила плавное движение бедер, исторгающее стоны из парня. Внизу девушки зародилась теплая волна, ее конец страпона дарил ей сладостные ощущения.
Чуть быстрее… резче… текучие, плавные движения переросли в легкие толчки… В Сашинах глазах металась растерянность, легкая боль, наслаждение, стыд и радость, стоны его становились все громче, ему хотелось отвести взгляд, но Викин взор приковал его… Он притягивал, поглощал, сообщал о принадлежности Саши его Повелительнице.
— Да… так мой хороший… — ты мой мальчик… теперь совсем мой мальчик… — теплые волны внизу живота превращались в огненный шторм. В иное время Сашина Повелительница с радостью качалась бы на волнах удовольствия, но сейчас ей был важнее Саша… его ощущения. — Тебе хорошо, мой маленький? Все нормально? Мне продолжать?
— Да, пожалуйста… — ответил юноша сквозь прерывистое дыхание, руки его комкали простыню.
И Вика, сдерживая из последних сил подступающее наслаждение, усилила движение своих бедер, стараясь направить страпон под нужным углом, чтобы он посильнее ласкал самую важную точку внутри парня… И одновременно ускорила ласки члена юноши, крепче сжав его.
Парень стал подвывать, биться головой о подушку, наконец Саша издал крик:
— Вииииииика! — и с этими словами выгнувшись оросил живот и руки девушки своим семенем и тогда Вика отпустила себя, через несколько мгновений растворившись во взрыве наслаждения.
Чуть позже, выйдя из своего, теперь уже действительного своего мальчика, девушка легла на него и, прижавшись к юноше всем телом, нашла его губы. Липкие животы соприкоснулись, груди терлись о грудь. Желая крепче обнять Сашу, Вика перевернула его на бок и произнесла:
— Вот теперь полностью мой. Ну что, теперь больше не боишься? Ведь было приятно же?
— Да… было очень хорошо. Спасибо… Спасибо, моя божественная Вика…
— Вот видишь… так-то играть можно конечно очень по-разному, но это когда уже привыкнешь и полюбишь такие игры…
— Вика, ну что же, поздравляю тебя и тебя, Сашенька, и себя тоже кстати! — произнесла Аня, которая почувствовав себя немного одиноко на этом празднике жизни, прилегла рядом и, прижавшись своей роскошной грудью к спине юноши, обняла его вместе с подругой. Чуть позже, не удержавшись она ехидно добавила.
