Читаем без скачивания Тайна опаловой шкатулки - Хильберто Ортис

Повалил дым. Это загорелась башня. Люди; на площади заметались в панике. И тогда на весь город зазвенел мальчишеский голос:

— Граждане свободного Города Цветущих Садов! Посмотрите наверх, посмотрите на этого паразита, который решил! испортить нам праздник. Это он поджигает дома, потому что хочет сделать вас своими рабами. Думает, вы сдрейфите и сдадитесь. Не бойтесь его, ничего у него не выйдет! А теперь самые срочные сообщения. На крыше Городского Совета пожар. В здании находятся люди. С крыши упал мальчик по имени Тигр. Скорее помогите ему! Дальше: необходимо срочно отправить пожарные команды в Западный квартал, на улицу Груш; в Северный квартал, на улицу Клубничного варенья...

Изобретатели — народ сообразительный и энергичный. Паника быстро прекратилась. Появились лестницы, огнетушители, из шлангов забила вода. Несколько смельчаков карабкалось наверх, разыскивая беднягу Тигpa, среди них — коренастый старик в домашнем халате. Другие бежали по этажам. На самом верхнем выломали дубовую дверь. И вовремя: Исхудалес, Рыжундо и Пер едва не задохнулись от дыма. Со второго этажа какой-то спасатель тащил сразу двух машинисток, в спешке не разобрав, что это просто куклы.

Когда добровольные пожарные добрались до крыши, то ни Дракити, ни Барнабаса там не обнаружили. Они исчезли вместе со своей машиной. Тигра на площадке второй ступени нашел старый Фламман — мальчик был без сознания, с переломами обеих ног.

Небесный Лучник совсем озверел. Он носился над городом и бил куда попало, стараясь разрушить побольше. Громоотводы мешали ему, и все же многие дома горели.

Отряды по борьбе с огнем работали без устали. Юных бойцов, дежуривших на крышах, сняли оттуда чуть ли не силком. Их место заняли взрослые. Конечно, ребят узнавали. И конечно, теперь никому и в голову не приходило их ловить.

Дон Фадрике в тревоге смотрел на экран. Небесный потерял рассудок от ярости. Значит, уже понял, что просчитался: запугать горожан ему не удалось. Ему грозили кулаками, проклинали его. Бумажные змеи, на которых он без конца натыкался, кривлялись, строили ему рожи. И в довершение всех издевательств мальчишки выволокли на площадь двухметровое чучело, закутанное в простыни, с дико вытаращенными глазами и длинными, закрученными штопором усами. Куклу подожгли, из нее брызнули фонтаны фейерверка, и вместе со снопами искр, как пробка из бутылки, вверх взлетела голова.

«Теперь ему остается только мстить, — думал Почтенный. — Еще немного, и негодяй начнет палить не по крышам, а прямо по безоружным людям...»

В дверь постучали.

— Дон Фадрике, откройте. Это я, это мы...

— Пер?!

Пер едва стоял на ногах. Руки у него были наспех перевязаны носовыми платками. Дядя Исхудалес и дон Рыжундо чуть ли не на себе пронесли его всю дорогу.

— Проходите скорее. Ой-ой-ой! Давайте его сюда, в кресло... Сейчас перевяжем... Педро, следи за экраном.

— Дон Фадрике, мы пришли к вам потому что... Нужно что-то делать!

— Совершенно верно. Присаживайтесь, сеньоры. Подумаем вместе... Снова стук. Влетел запыхавшийся, с горящими глазами Руй.

— Дон Фадрике!.. Пер, ты тут! Ну как ты?.. Здравствуйте... Дон Фадрике, есть новость! Есть идея!

Оказывается, один из изобретателей приладил к своему громоотводу устройство, благодаря которому самые мощные шаровые молнии скатывались, словно капли воды с промасленной поверхности. Но пока оно не до конца отлажено. Два раза Лучнику все же удалось послать огненные шары на крышу этого дома. Приходилось гасить.

— Вот если бы усовершенствовать! Сделать что-то вроде отражателя... Как даст рикошетом!..

— Так-так, интересно... Погоди, кто-то еще пришел.

Вскоре в доме старого учителя собрались самые известные изобретатели города. Они пришли, не сговариваясь, с одной мыслью: обезоружить обнаглевшего бандита.

Последним появился бывший дедушка Фламман.

— Я понимаю, вы, наверно, не пустите меня на порог... Что ж, заслужил, заслужил... Прошу об одном: скажите, чем я могу быть полезен...

— Проходите. Проходите, пожалуйста.

Тем временем Педро и Дамиан заметили на своих экранах одно и то же: с Небесным Лучником что-то случилось. Он стал реже стрелять. Самокат нырял и кувыркался.

А произошло вот что. Небесный хотел спикировать на какой-то приглянувшийся ему домик и запутался, просто-напросто запутался в бечеве от трехглавого змея, который смастерили мальчики-тройняшки из Северного квартала. Бечева оказалась прочной. Лучник рванулся вверх, вниз и со злости пальнул по дому в нескольких метрах от крыши. И сам себя наказал. Его так шарахнуло взрывной волной, что в самокате что-то разладилось.

— Гляди, сейчас свалится! — орал в микрофон Дамиан.

— Ага, получил! У-у, гад, так тебе и надо! Изобретатели бросились к экрану.

— Педро, немедленно передавай! Его необходимо поймать.

— Внимание! Всем постам в Северном квартале! У Небесного Лучника авария! Скорее на Дынную улицу! Ловите его! Скорее! Он вот-вот свалится!.. Не давайте ему удрать!

Лучник действительно упал. Самокат с размаху врезался в метровой толщины живую изгородь и застрял в ней, а бандит скатился на землю. В конце улицы он услышал топот, вскочил, выбежал в переулок и, ударом кулака сбив с ног налетевшего на него парня, нырнул в темноту.

Обшарили все улицы, сады, чердаки. Небесный будто испарился.

Передышка. Впрочем, передышкой это трудно было назвать. Тут и там еще горели дома, перевязывали раненых и получивших ожоги, расставляли посты. В доме дона Фадрике шла напряженная работа. Каждый понимал: Лучник перестал быть Небесным, но ничто не мешает ему заделаться уличным бандитом. Где и когда он нанесет свой следующий удар?

Об этом думал и Дамиан. Он уже сменился на посту, оставив у экрана дона Алифанфарона, и теперь шагал по улице, ведя за руку маленького Сандро. Он нашел мальчика возле разрушенного, обгоревшего дома. Малыш копался в золе, разыскивая маленькую шахматную доску из слоновой кости — приз за первое место на шахматном турнире.

— Не горюй... Вот победим, и будет у тебя другая доска, еще лучше...

— А мы разве еще не победили? Он больше не стреляет.

— Нет, — вздохнул Дамиан. — Его еще нужно поймать.

— Жалко, Ферзь куда-то подевался. Он бы его вмиг нашел. Дамиан покосился на Сандро и снова вздохнул. Не говорить же малышу...

— Как ты думаешь, кого он решит атаковать первым?

— Не знаю.

— Вот ты на его месте на кого бы напал?

— Я?

— Ну к примеру! Представь себе шахматы. У противника — целое войско, а у тебя всего три фигуры: король — скажем, Дракити, пешка — Барнабас и ферзь — Небесный Лучник. Как ты будешь действовать?..

— Так не бывает! — засмеялся Сандро. — Ты ничего не понимаешь в шахматах. И вообще, чтобы сделать мат королю...

— Мат королю? — Дамиан остановился. — Королю?.. Ну конечно же...

Пошел дождь. Сначала посыпались редкие капли, потом полило сильнее. Ребята побежали и чуть не сшибли насквозь промокшего Комарика, выскочившего из-за угла.

— Ты откуда?

— Дом тушили, — отфыркиваясь, ответил Комарик. — А тут, как по заказу, дождь пошел! А вы?

— Мы к дону Фадрике. Да, видно, придется где-нибудь переждать... Вот это ливень! Давай сюда, под навес! Заодно и поговорим...

Читателю, наверно, показалось, что за весь этот день, полный страшных и необычайных событий, никто так ни разу и не вспомнил о самоотверженной донье Леоноре. Это неправда. И ребята, и дон Фадрике не переставали думать о прекрасной велосипедистке. Только говорить об этом боялись. Никто из них уже не надеялся увидеть ее живой...

...Однако красный велосипед, прежде чем развалиться на куски, оказал последнюю услугу своей хозяйке. В двух метрах от земли он вздрогнул, выровнялся и замедлил падение.

Когда Леонора открыла глаза и приподнялась, первое, что она увидела, был раздавленный Аккумулятор. Она чуть было снова не лишилась чувств. Потом взяла себя в руки. Страшно болела голова. Леонора потрогала лоб. По руке потекла кровь. Она встала и медленно, поминутно оступаясь, побрела в Лабиринт. Сколько раз она возвращалась к одним и тем же его поворотам, сколько раз падала, теряя сознание... Она плутала до утра, потом весь день и еще ночь... Наконец ей показалось, что она почти у цели, что выход близок. И тут она услышала чьи-то шаги. Она вгляделась в темноту и увидела перед собой ненавистное лицо с черными завитыми усищами.

«Лучник!» — И донья Леонора как подкошенная упала на камни.

Незадолго до рассвета, когда работа в доме Фадрике уже подошла к концу и новый мощный отражатель электрических разрядов был установлен, старый учитель получил по радио такое послание:

«Донья Леонора в моих руках. Она моя заложница. Сдавайте город, иначе я пойду на крайние меры».

Это известие потрясло всех. Но отчаиваться не было времени. После недолгих колебаний Лучнику передали следующее: