– Хм… а действительно… Где ты таких страшных нашел? – обратился князь к управляющему.
– Эээ… ваша светлость… – растерянно проблеял управляющий. Далее начался разговор князя с управляющим, в котором всплыли подробности, объясняющие столь непритязательный вид претенденток. Оказалось, что насобирали их по соседним деревням и все они сироты.
Понятно, в деревнях нашли, кого не жалко отдать на заклание в замок, и выпихнули – нате вам!
– Не, так дело не пойдет, – решительно сказал я. – Да надо мной все гости на свадьбе смеяться будут, если я появлюсь с такими служанками!
Слово «свадьба» попало князю в нужное место. Если до этого он воспринимал все как шутку и блажь своего сына, то после произнесения мною магического для него слова все предстало для него в совсем другом свете.
– Ты что, опозорить меня решил? – изумленно спросил управляющего князь, вздернув правую бровь.
– Эээ… виноват, ваша светлость! Ошибочка вышла! Исправлюсь обязательно, обязательно… – забормотал, кланяясь, управляющий. – Через неделю… все будет… испр…
– Три дня! – жестко сказал, сурово сдвинув брови, князь.
– Ваша светлость… – просительно заныл управляющий.
– Через три дня! – повторил князь. – Ты понял?
– Будет исполнено, ваша светлость!
– Ох, смотри у меня! – сказал князь, погрозив ему указательным пальцем. – А этих, – князь мотнул головой в сторону девушек, – гони обратно по деревням, пусть там сидят!
– Все будет исполнено, ваша светлость… Все будет исполнено… – лебезя зачастил управляющий.
Князь еще раз кинул на него взгляд, потом кивнул мне и пошел к себе, а я остался стоять вместе с сестрой во дворе. Как оказалось, совершенно напрасно, лучше бы я пошел с князем.
– Эри, я хочу с тобой поговорить! – ледяным голосом сказала сестра, едва только князь удалился от нас на десяток шагов.
– Я весь внимание… – рассеянно ответил я, наблюдая за тем, как управляющий принялся командовать крестьянками, организовывая их вышибание из замка.
– Эри, ты ведешь себя недостойно звания дворянина! – решительно заявила сестра.
– Чего? – удивился я, переключая свое внимание на Эду. – С чего это ты так решила?
– Эти девушки! Их оторвали от родных, близких и привезли к тебе, потому что тебе захотелось иметь молоденьких служанок! Это мерзко! – запальчиво произнесла Эда.
– У них нет семей, – спокойно сказал я, – они сироты. Ты же сама слышала!
– Но ты же отправил их назад! – немного осеклась сестра. – Значит, привезут других, и, может, уже не сирот!
– Ну и что? – спросил я.
– Как что? Их ведь разлучат с их близкими! Как ты не понимаешь? – возмутилась Эда.
– Но послушай, в этом возрасте девушки обычно выходят замуж. Они все равно через год или два уйдут из семьи. Какая разница? – удивленно пожал я плечами.
– Ну… они же будут жить рядом со своими… – сказала сестра.
– Они и так будут жить рядом, – ответил я. – Или ты думаешь, что наш управляющий сумеет за три дня смотаться на другой конец мира и вернуться? Опять же по ближайшим деревням пройдется… Потом, в клетках я служанок держать не собираюсь. Пусть близкие приезжают сюда или они к ним… Я разве против? И вообще, я не понимаю, чего ты от меня хочешь?
– Это нехорошо, это по отношению к ним – насилие! – сказала сестра.
– Если тебя это волнует, – сказал я, – тогда посмотри на это с другой стороны. Как ты думаешь, какая судьба ждет их в деревне? Выйдут замуж, нарожают детей, всю жизнь в поле, да за скотиной ходить… Красоты, здоровья и долголетия от такой жизни немного. Видела, как крестьянки выглядят? Видела? – настойчиво спросил я сестру.
Эда нехотя медленно кивнула.
– Ну, так вот, – продолжил я, – что они там в своей деревне за всю свою жизнь увидят? Да ничего! Думаю, что никто из девушек особо не желает себе судьбы крестьянки. И близкие их тоже наверняка не хотят этого. Поэтому тем, кто попадет ко мне в служанки, можно сказать, повезет. Жить в замке гораздо безопаснее и сытнее, чем в деревне, не правда ли? Потом тут есть город, в котором водятся не только крестьяне. Если судьба улыбнется, можно найти в женихи какогонибудь сына лавочника или торговца и не торчать потом всю жизнь в поле задом кверху.
– И за это свое везенье они должны расплатиться тем, что будут проводить ночи в твоей постели? – глядя мне прямо в глаза, спросила сестра.
Ах, вот что тебя волнует, моралистка! Я посмотрел на Эду. Ну какое ей дело вообще до крестьянских девок, которых она даже еще не знает? Чувствую, что взаимопонимания мы не найдем. Ладно, будем шутить…
– Ну, Эда, ты меня ставишь в неловкое положение. У меня скоро свадьба, должен же я гдето потренироваться! Представь, как будет разочарована Фелия, когда узнает, что я полный профан! – выдал я подколку сестре.
– Потренироваться! – взвилась Эдария. – Вот, значит, как это называется! И еще прикрывается именем невесты! Да как у тебя язык поворачивается такое говорить!
– Нормально поворачивается. Вот, смотри! – Я открыл рот и, высунув язык как можно дальше, повертел им. – Видишь? – спросил я Эду.
– Эри, не смей паясничать! – сердито закричала на меня сестра, махнув кулачком сверху вниз.
– Хорошо, не буду, – вздохнул я. – Скажи, чего ты от меня хочешь?
– Поклянись, что ты пальцем не прикоснешься к ним! – грозно потребовала от меня сестра.
– Хорошо, – кивнул я, – поклянусь. Но только при одном условии!
– Каком? – спросила Эда.
– Тогда ты все объяснишь мне сама!
– Что объяснишь? – не понимая, спросила сестра.
– Что с невестой делать! Ну, вот уложил я ее на брачное ложе. Дальшето что? – Я протянул к ней в вопрошающем жесте руки. – Че делатьто с ней? – не дождавшись ответа, опять спросил я Эду и для выразительности покачал руками вверхвниз.
– А то ты не знаешь! – огрызнулась покрасневшая сестра.
– Представь себе – нет! Я весь такой целомудренный, что просто дальше некуда! Все с книжками да с книжками… сама знаешь. Вот, хотел узнать подробности, а ты мне запрещаешь… – смеясь про себя, сказал я.
– Иди вон к отцу. Пусть он тебе расскажет! – перевела стрелки красная и сердитая Эда.
– Сестренка, ты когданибудь пробовала учиться ездить на лошади вприглядку? – сказал я, обнимая ее рукой за талию и прижимаясь к ней правым боком.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
