Читаем без скачивания Звёздный «Кентавр». Первая ступень - Геннадий Ангелов

Тан с Юнитой не стали ждать, когда Алексей расправиться с Симашкиным и вернулись в лагерь. Громкий выстрел заставил содрогнуться Юниту и тяжело вздохнуть. Тан обнял её за плечи и сказал:

— У нас тоже хватает предателей. Не стоит из-за них переживать. Алексей поступил правильно, как настоящий солдат.

Глава 26

Ночью я много чего передумал и не сомкнул глаз до утра. Предательство Симашкина ударило под дых, и я был растерян. Что делать дальше? Куда идти? Эти вопросы как назойливые мухи не давали покоя. Я смотрел на небо и не мог дождаться утра. В лесу стояла тишина, и казалось, что я на Земле, где-то в Подмосковье. Как давно это было. Я вспоминал отца, его наставления и в глубине души соглашался с ним. Но это сейчас, когда прошло полгода и до Земли миллионы миль. Что делать без модуля? Найдём корабль, а если его захватили фарги? И такой вариант не исключался. Надежды таяли, как бумажные кораблики, на дне глубокой реки. Юнита во сне улыбалась и прижималась как можно крепче ко мне. Тан стонал от ранений, и ворочался с боку на бок. Небо и сиявшие звёзды расплывались, я медленно засыпал.

— Встать, — услышал я злобный голос, режущий слух, как лезвие бритвы.

Я открыл глаза и увидел, что нас окружили фарги. Их было четверо, они стояли как исполины в чёрных комбинезонах и шлемах. Эти твари застали нас врасплох, и даже успели одеть электронные браслеты. Я попытался шевельнуть пальцами, и дотянуться до бластера, но не смог. Резкий удар тока заставил содрогнуться от боли. Обезьяны смеялись над моими мучениями, а одна из них раздавила сапогом бластер. Мои спутники сидели на песке с такими же браслетами. Я хотел зацепить гориллу ногой и свалить, но он опередил меня и ударил в живот.

— Пойдёте с нами и быстро, — скомандовала горилла грубым басом. На шлеме у него торчали рога, по всей видимости, он был старшим среди них.

Я, ковыляя, пошёл первым. За мной следом Юнита, она пыталась меня поддержать, но фарги не давали этого сделать. Тан замыкал нашу процессию, с трудом передвигаясь на костылях. Гориллы издевались над ним, периодически давая пинки под зад. Тан мужественно терпел унижения и был готов к смерти. Юнита смотрела на меня с такой болью в глазах, что я не выдержал её взгляда и отвернулся. Участь наша была решена, оставалось только дождаться последней минуты. И всё. Никто на Земле не узнает, как и где сложил свою голову «Кентавр» Алексей Суворов. Обидно было умирать, но такова участь солдата. Мы шли, пробираясь сквозь заросли, уже около двух часов. Я не выдержал и спросил:

— Куда вы нас ведёте? Хотите пристрелить, так зачем далеко идти? Сделайте это прямо здесь, и не мучайте.

— Дальше я не пойду. Точка. Стреляйте.

Я сел на песок и закрыл глаза. Мне всё уже осточертело настолько, что было совершенно плевать на страх и прочую хрень. Горилла подошла ко мне и презрительно толкнула сапогом.

— Убить тебя, робота и старика я всегда успею. За этим дело не станет. Но пока мне надо вас доставить на корабль. Там решат, что с вами делать. Убивать людей не в наших правилах. Мы используем ваш клеточный материал для научных целей. И ты представляешь хороший образец для опытов.

Он захрюкал, как свинья от радости, и остальные гориллы тоже. Получился поросячий хор, пугающий своей наглостью и беспринципностью.

— Встань, и не заставляй меня парализовать тебя вот этой штуковиной.

И он показал не большой предмет похожий на теннисный мячик. Луч синего света, который излучал этот шар, больно резанул по глазам. Я зажмурился и поднялся, подчиняясь силе.

— Вот и наш корабль.

Горилла подняла руку и показала на свернувший в небе диск. Он приближался, и рёв двигателей переворачивал внутри кишки. Корабль завис над нами и включил прожектор. Мы все оказались в плену синего света. Пошли волновые вибрации и нас, словно магнитом, затягивало вверх. Невозможно было пошевелиться или неповиноваться. Воля сломалась как спичка. Свет начал меркнуть, и по мере этого, закрывался люк корабля. Нам землянам такие технологии были не под силу. Фарги явно нас опережали в научных разработках. Оказавшись внутри, с нас сняли браслеты, и повели в сопровождении двух охранников вниз по лестнице. Меня поразил корабль фаргов своим устройством. Полная шумовая изоляция создавала впечатление, что мы не на космическом корабле, а где-то в саду. Красивые цветы от ярко красных, жёлтых, розовых, до чёрных, с необыкновенным ароматом. Они оплетали корабль корнями и стеблями и казались живыми организмами. На каждое движение отвечали лёгким вздрагиванием, как будто приветствовали незнакомца. Внутреннее убранство корабля представляло оранжерею, загадочную и таинственную. Спустившись вниз, мы оказались в пустой комнате. Она хорошо освещалась, но никого вокруг не было. Стража ушла, и мы остались втроём.

— Что всё это значит Тан? — спросил я у старика.

— Я не знаю, — ответил он, сдавленным голосом. — Мы совершенно разные, хоть и внешне похожи. У нас нет ничего общего. Ты видел, как живём мы, просто и мирно. Фарги другие, и что они хотят мне неизвестно. Я слышал, что они используют энергию растений для своих кораблей, но как это работает нам неведомо.

— А, правда, что они используют клеточный материал людей?

— Да, правда. Я знал об этом, но не хотел тебе командир говорить. Надеялся, что нам удастся уйти и скрыться. Но как видишь, не получилось.

— Подробней расскажи об этом, — попросил я.

— Я знаю только то, что мне говорили, кто смог бежать из плена. Когда-то очень давно фарги захватили в плен корабль землян. Практически весь экипаж был убит, но осталось несколько человек, которые смогли выжить. С этого всё и началось. Учёные взяли людей для опытов, с целью создать новое оружие. Больше, увы, я ничего не знаю.

— Эй, солдат, — услышал я хриплый незнакомый голос и повернулся. На меня сверху смотрела наглая рожа фарга и скалилась.

— Идём, тебя ждёт командир корабля.

Я посмотрел на Юниту и Тана, мысленно прощаясь с ними. Юнита подбежала ко мне и обняла.

— Успокойся, — я гладил её по мокрым от слёз щёкам. — Я вернусь, обязательно вернусь.

Поднимаясь по металлическим ступенькам, я старался запомнить расположение кают корабля. Хотя непонятные иероглифы и таблички с красными стрелками могли запутать даже члена экипажа. Память меня никогда не подводила, и я надеялся, что это в будущем пригодиться. Открылась бесшумно чёрная дверь с эмблемой фаргов, как я догадался, на капитанский мостик. Помещение было узким и слабо освещённым. Горел тусклый свет и мне пришлось прищуриться, чтобы рассмотреть, куда я попал. Сотни разноцветных датчиков светились и моргали по всем стенам и углам. Впереди располагалось высокое кресло, стёкла кабины не пропускали лучей света и имели защитную плёнку. Дверь закрылась, и я оказался один на один с капитаном. Он не торопился поворачиваться ко мне, и был занят работой с доской приборов.

— Ваше имя и должность, — услышал я, резкий голос с металлическим хрипом. — Отвечайте, как вы здесь оказались и где корабль.

Скрывать мне особо было нечего, и я рассказал фаргу всё о себе, единственно промолчал о корабле.

— Так вы говорите, что корабль взорвался? И где это произошло? На карте можете показать?

И он включил голографическое изображение планеты Нэкс. Я ткнул пальцем в первую точку, не особо задумываясь над последствиями. Капитан увеличил изображение и встал с кресла. Эта горилла была выше своих соплеменников на целую голову. Широкие плечи гиганта и торс, могли служить в качестве дополнительных дверей., по сравнению с ним, был мелкой козявкой, которую он мог бы раздавить одним ударом.

— Это гиблое место, куда мы не можем проникнуть. Но я проверю эту информацию, и если ты солдат обманул меня…

— Я как военнопленный требую к себе и своим друзьям соответствующего отношения. Так гласят законы Галактики. И пугать меня не нужно. Смерти я не боюсь.

— Мы не подчиняемся законам Галактики. Фарги самостоятельны, и полностью независимы. Законы в скором времени мы все перепишем. И тогда Галактика будет подчиняться только нам.

— Что с нами будет?

— С вами я пока ещё не решил, как поступить. А вот, что случилось с твоей планетой, я могу тебе показать.

Картинка, которую я увидел на мониторе, заставила содрогнуться. Землетрясения, разрушенные города, тысячи, миллионы погибших, после ядерной войны. Камеры показывали пустыни укрытые белым саваном осадков. И ни одной живой души. Моря и океаны вышли из берегов и затопили большую часть суши. Растительности не осталось, как животных и птиц. Планета умирала от жуткой радиации.

— У тебя солдат больше нет дома…

Эти слова стучали в висках ударом молота. Я шёл и не видел ничего перед собой.

У тебя солдат больше нет дома, у тебя солдат больше нет дома… Ледяной холод сковал сознание тисками и не отпускал. Я не мог выговорить ни одного слова, и на все вопросы Юниты мрачно качал головой.