выдыхает.
— Ромка, что там у тебя? — Из второй секции выходит высокий светловолосый парень, старше нахального лет на пять.
— Ох, Дмитрий Алексеевич здравствуйте — широко улыбнулся блондин — а мы вас на следующий год ждали.
— Я уже понял — коротко говорит Дима.
— Ой, вы Ромку простите, вторую неделю тут работает, никого не знает.
Пыл у Ромки то поубавился тут же.
— Простите — пробормотал Ромка виновато.
— Смотрю у вас перемены тут? — говорит Дима.
— Да Марина Алексеевна много чего поменяла — говорит без энтузиазма.
— Покажешь перемены?
— Я? Да, конечно — немного засомневался — идёмте.
— А ты если так будешь обращаться с клиентами, здесь надолго не задержишься — сказал Дима, проезжая мимо Ромы.
Тот молча кивнул в ответ.
Блондин ведёт нас в небольшой закуток за залом. Похоже перемены то не очень радужные, раз сами работники им не рады.
Глава 35
Лина.
Мы проходим в небольшую комнатку. В которой, уместился небольшой диван, журнальный стол и у стены стоял рабочий стол с бумагами, чертежами.
К нему то нас и подвёл блондин.
— Ну, рассказывай Марат, что тут у вас происходит — говорит Дима, когда тот присаживается за стол.
— Честно? — парень глядит в глаза Диме.
— Ты по-другому не умеешь, я же знаю — Дима усмехается.
Наконец-то вижу, что Дима в своей стезе. Здесь его мир, который он создавал сам.
— Не смотря на то, что Марина Алексеевна ваша мать, простите, но перемены наши очень печальны. Половину состава уволили, а парни вкалывали, вы же сами знаете. Матвей заступился за нас и тут же вылетел сам.
— А, что случилось? Почему уволили остальных?
— Понимаете, поставки деталей прекратились. Мы все запасы наши истратили.
— Как? — удивляется Дима — Должны же были привозить каждую неделю.
— До нас не доводили, но парни говорили, что контракт с Мирницким расторгнут, а другие поставщики не соглашаются на поставленные условия.
Дима аж осел в кресле. Он настолько потрясён.
— Вот поэтому парней уволили, слишком большой штат, а мы вкалываем в две смены, чтобы успеть хоть старые заказы закрыть, и не факт, что нам оплатят нашу работу. Вы конечно можете меня сейчас уволить за мои слова, мне уже всё равно, но ваша мать нас просто разорила, это моё мнение — Марат опустил взгляд.
— Никто тебя не уволит — говорит Дима — Лин, пошли в офис, хочу с бумагами разобраться.
— Я так рад Вас видеть — Марат просиял в улыбке.
Стало так приятно, что Диму любят его сотрудники.
— Взаимно — Дима улыбнулся в ответ.
Мы пошли узким коридором к лестнице. Слава богу на ней был пандус и Дима мог заехать. Надеюсь, его мать позаботилась, чтобы сыну было проще подниматься.
— Тебе помочь заехать — опомнилась перед лестницей.
Мы всю дорогу шли молча, и я понимала, что Дима пытается сдержаться.
— Я сам попробую — говорит и заезжает на лесенку.
Поднимаюсь рядом с ним. Он спокойно заехал на второй этаж.
У него был серьезный вид.
— Как твоя спина? — решила немного отвлечь его.
— А? — Дима повернул голову и наконец-то посмотрел на меня.
Он словно не здесь не со мною. Я присела перед ним и взяла за руку.
— Как твоя спина? Не болит? — повторила вопрос.
Он сначала удивился, а потом улыбнулся.
— Нет — сказал хрипло, но его глаза заблестели, словно его тронули мои слова.
— Хорошо тогда идем — начала подниматься на ноги.
Дима потянул на себя за руку, пришлось облокотиться о подлокотник его кресла, чтобы не завалиться на него.
— Я так тебя люблю — прошептал он в самые губы.
Он быстро, но так чувственно прижался к моим губам своими.
— Я тебя тоже — коснулась его щеки и легко погладила, от чего он спокойно выдохнул и улыбнулся.
Ему так тяжело воспринимать всё, что натворила его мать с ЕГО бизнесом.
— Идем — сжимаю его руку.
— Угу — кивает и отпускает.
Открываю дверь на второй этаж и пропускаю Диму. Следом захожу сама. Надеюсь, его матери сейчас нет на его рабочем месте, и он спокойно сможет во всём разобраться. Очередной Армагеддон как утром его психика не выдержит просто, моя уж точно.
Мы проходим по коридору, здесь много разных офисов, все со стеклянными перегородками. Дима останавливается у одной из дверей.
Она открыта, и он проезжает в офис.
— Это твой кабинет? — решаюсь спросить.
Он просто огромный, обставленный современной мебелью, мягкими диванами.
— Ага — отвечает Дима и подъезжает к большому столу в углу.
Включает ноутбук и рассматривает документы.
— Если хочешь кофе, там — он показывает на небольшую ширму — есть кофе и чай, может из печенья, что осталось, посмотри, пока я с документами разбираюсь.
— Хорошо — соглашаюсь.
Я вообще-то не успела проголодаться, но понимаю, что кофе хочет Дима, ему надо успокоиться. И, слава Богу, пока его матери здесь нет. Но это пока…
Глава 36
Лина.
Пока Дима изучает бумаги, готовлю ему кофе. За ширмой очень уютно. Стоит небольшой диван и журнальный стол. Вдоль стены небольшой гарнитур с кофе машиной, холодильником и разделочным столом. В холодильнике на удивление имеется сыр, батон колбаса и конфеты. Готовлю Диме бутерброды. Ещё неизвестно, сколько времени мы тут пробудем.
— Марина Алексеевна я думала, вы не вернётесь — осекается женский голос — Дима?
— Добрый день Жанна.
— Господи как ты? Я так переживала когда узнала, что случилось — говорит так заискивающе.
У них, что неформальные отношения? Мне очень интересно посмотреть на неё, но боюсь себя выдать, поэтому пока просто прислушиваюсь. Но почему-то складывается ощущение, что Жанна не просто сотрудница для Димы. Взгляд непроизвольно скользит на диван. Перед глазами возникают неприличные сцены, от чего тошнота подкатывает к горлу. Надеюсь, это было не так!
— Лучше расскажи мне, что здесь происходит.
— Димочка, может тебе немного отдохнуть. Хочешь кофе, сделаю, как ты любишь?
А я ведь даже не спросила его о кофе… И это её Димочка аж бесить начинает.
— Я задал тебе вопрос — Дима говорит резче — что с Мирницким?
— А, ну Мария Алексеевна расторгла контракт, так как он поднял цены на двадцать процентов.
— Всего двадцать? — отчего-то хрипло говорит Дима.
— Димочка не переживай так, может тебе массаж сделать, давай разомну тебе плечи, ты весь напряжёт.
Похоже, пора выходить.
— Руки убрала! — рявкает Дима, аж вздрагиваю от неожиданности.
— Ну, что ты, раньше же тебе нравилось…
Моё терпение лопнуло.
Беру кофе и бутерброды ставлю на поднос.
— Ваш
