Глава 5 Эльфы, в их натуральной среде обитания.
— Женщина, которая на угрозы отвечает агрессией — дура.
А женщина, которая остается спокойной и рассудительной…
— …Мертвая дура.
Из диалога Лелены и Иллии.
Я уже пять минут смотрела на объект, разложенный по кровати, но серебристо-голубое платье и не думало исчезать, сгорать или деформироваться в более «приличную» вещь.
Нет, вы ничего такого не думайте, платья я люблю: простые, но изящные, красивые, но комфортные, но это… Само платье нареканий не вызывало, пока было отдельно от меня, изящное — да, красивое — бесспорно, но комфорт…
Вы когда-нибудь носили платья, сшитые по веяньям эльфийской моды?
Нет?!…
Я вам завидую. Значит, вы не носили эльфиийские корсеты, юбки в три слоя, шлейф длинной в два локтя и эти gjkay" пареа. И еще одна пакость, эльфы не признают никаких застежек кроме шнуровки, поэтому все это держится на семи-восьми шнурках.
Как назло, эта мода стала очень популярна в столице, Старьгороде, и во всех крупных городах. Человеческие женщины старались походить на идеал, как им казалось, красоты — эльфиек.
За всю эту прелесть, я должна благодарить бабулю. После того как на стажировку я попала в королевский дворец, в нее как бес вселился.
Для кого-то королевский замок, Лоно Драгоценностей (Церищь — в переводе с древнетакорийского — драгоценность), и был предел мечтаний, но только не для меня, хотя бы потому, что у меня свой почти такой же, разве что дармоедов и интриг поменьше. Но выбора-то не было: на стажировку меня должен брать только «внушитель», а Учителям же не разрешалось стажировать своих учеников. Поэтому оставался только магистр Юниан (магистр Тимьян не в счет, так как он, не смотря на все свои заслуги перед Академией, так и не получил статус учителя).
Конечно, лестно быть рядом с легендарным магом, можно сказать, что мы сработались (что, впрочем, не мешало ему регулярно находить огрехи в моей работе), именно он научил меня составлять формулы для новых заклинаний, и я очень хочу продолжать наши занятия. Но дуры — фрейлины, возглавляемые моей кузиной Леленой, меня достали, да еще всякие непрошеные доброжелатели, которые стремились убедить меня, что в Академии приличной девушке не место. Я крепилась, так как дала слово Великому никого не калечить, хотя бы явственно, но на практику решила не оставаться.
У Академии своеобразное понятие практики: после семи лет обучения, в котором есть практические занятия, потом два года стажировки (помощь определенному магу в его работе), а потом три года практики, то есть работаешь сам, но рядом, на подхвате, всегда есть старший. Все для того, что бы сохранить молодняк. До введения надзора на пять погибших магов приходилось четыре новичка. Это заставило Магический Конвент забеспокоиться о своем будущем.
Я хочу, что бы на практике со мной был магистр Керль, так как вторым после ментальной магии у меня стоит работа с пространством, и это я тоже хочу развивать (правда, на третьем — демонология, но вмешиваться в дела Бездны мне тоже как-то не хочется). А еще хочу, наконец, увидеть вблизи противника, иначе всем моим знаниям грош цена, если я не смогу применить их на практике.
Но моя бабуля решила, что я должна остаться при дворе. Раз уж мне "приспичило стать магом", то, как Лацская, я просто обязана быть около престола и должна выглядеть соответственно. Поэтому раз в месяц, когда я приезжала в Рог единорога, меня уже ждала дюжина портних, которые за четыре дня моего пребывания шили мне новое платье, "по последней моде". Бабуля собственноручно его упаковывала в мою дорожную сумку со словами: "Оно тебе пригодится". Все время платье оставалось там, что бы через месяц не распакованным, тайно, перекочевать в гардеробную, а его место занимало новое, но такое же ненужное. Отшивать дворцовых хлыщей лучше в штанах (пинка давать удобней), Великий, тоже не больно-то печется о моде, а каменным горгульям, в зале для медитации, вообще по бесу, в чем я.
На этот раз бабуля оказалась права, платье похоже пригодится. Я посмотрела на бархатистый корсет, который должен был «заковать» тело от груди до бедер, взять бы это и zacuf-na se truk"тому, кто придумал. А еще есть три составляющих платья: первое голубая юбка из тонкого бархата, второе платье из серебристого шифона. А поверх одевался кружевной ансамбль, расшитый жемчугом и состоящий из короткой ассиметричной кофточки соединяющейся жемчужными нитями с такими же ассиметричными кусочками юбки и весящий больше чем все предыдущее вместе взятое. И, конечно, пареа, тончайшая газовая ткань, в данном случае голубого цвета, накидывающаяся поверх платья на плечи, но фактически, носимая на сгибах локтей.
Я подумала, а не засунуть ли эту «красоту» обратно в сумку и надеть форму. Правда после стрельбищ она немного потеряла товарный вид, но если подчистить и погладить, то будет хорошо.
Этим я и занималась, когда вернувшийся магистр Рэмм посоветовал мне: "И дальше не позорить Академию, а найти, что-нибудь поприличнее". На мой возмущенный вопль: "Когда это я успела опозориться?"- мне ехиднейшим тоном посоветовали оглядеть комнату.
Магистр исчез, и его место заняла Кариль, несшая подмышкой какой-то сверток, а в руках нечто поросячье — розового цвета.
Я с подозрением нахмурилась, а Кариль счастливым тоном сообщила:
— Госпожа Зельфиль сказала, что с радостью одолжит вам одно из своих платьев и пришлет портниху, если что-то не так сидит.
После чего она развернула свою ношу. Я до последнего надеялась, что это чехол, но это было само платье, по дизайну напоминавшее мое, но кошмарного цвета. Теперь понятно, почему неизвестная госпожа Зельфиль с радостью его отдала, я бы тоже радовалась, особенно если б мне его еще и не вернули. После того как в детстве, практически, весь мой гардероб был розового цвета (бабуля считала его идеальным для блондинок), у меня на него аллергия.
— Спасибо, конечно, — сказала, наконец, я, — но у меня уже есть одно.
После чего достала его из сумки.
— О-о-о, откуда у вас эта красота?!- восхитилась эльфийка.
— Бабушкин подарок.
— А можно потрогать?
Я пожала плечами и протянула Кариль платье.
В следующее несколько минут я выслушивала ее охи и ахи по поводу моего наряда.
— Ой, совсем забыла, папа сказал, что придет через полчаса.
— А, зачем мне твой папа?
— Как зачем? Он же придворный парикмахер.
Мне вспомнились причудливые плетения на головах эльфиек.
— Кариль, мне бы не хотелось обижать твоего папу, но…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
