Вцепившись в борта, матросы переговаривались между собой.
– Смотрите, у них носы, как у драккаров, высокие, изогнутые. Наверняка морские разбойники, – говорил один из матросов.
– А сколько раз мы видели купечески суда, которые были похожи на боевые? – возражал другой.
– Хорошо бы купеческие! Пожива что надо! – весело проговорил третий матрос.
– Разве будет торговец идти на сближение с неизвестными судами? Наоборот, постарается удрать куда-нибудь подальше! – возражал первый.
– Хорошенько присмотритесь, – приказал Стрижак, – много ли людей на судах и во что одеты?
– Могут попрятаться, известная хитрость, – тотчас проговорил второй матрос.
– Нам бы тоже не мешало ввести их в заблуждение, – медленно проговорил Стрижак и приказал: – Всем скрыться за бортами, остаться только наблюдателям! И поднять на мачту знак нашего острова!
Вскоре над кораблем взвился флажок с изображением белого священного коня. Через некоторое время наблюдатель прокричал:
– Над неизвестными кораблями взвились знаки Дании!
К Гостомыслу обратил напряженное лицо Стрижак, проговорил, кривя обветренные толстые губы:
– Все ясно, военные корабли датского короля. Датчане – наши вековые враги. Так что схватка неизбежна!
Прошло некоторое время, как вдруг наблюдатель громко и испуганно закричал:
– Справа по борту еще два датских корабля. Также идут наперерез нашему курсу!
Теперь уже не таясь, все высунулись из-за борта. Действительно, с другой стороны еще два военных корабля шли на сближение. Стрижак зло выкрикнул:
– Наблюдатель! Как проморгал? Тебя поставили следить за морем или в гляделки играть?
– Виноват, увлекся... Думал, только эти, – бормотал испуганно моряк...
– Я тоже хорош, – проговорил больше для себя Стрижак. – Позволил себя обмануть... Ну да ладно! У врага преимущество, он хочет взять нас в клещи, ускользнуть не удастся. Значит, дадим бой!
Он помолчал, оглядывая суда той и другой групп противника. Все внимательно следили за ним, понимая, что в этом опасном положении многое зависит от правильного решения кормчего.
– Слушайте меня все! – наконец выкрикнул Стрижак. – У врага больше сил, это его преимущество. Но он разобщен, в этом его слабость. Поэтому действуем так: сначала нападаем вон на эти корабли и постараемся их разгромить до подхода дополнительных сил. А потом обрушиваемся на остальных и завершаем их уничтожение. Всем за весла и грести изо всех сил!
Гостомысл прыгнул на скамейку, уселся поудобнее, взялся обеими руками за тяжелое весло. В этот момент ударил барабан, задавая темп работы гребцов. Все старались из последних сил, потому что речь шла о жизни и смерти каждого человека. Гостомысл взмок, пот тек по всему телу, мышцы, казалось, вот-вот разорвутся, гребцы стали выкрикивать проклятия, а барабан все учащал и учащал удары...
Сколько продолжалась сумасшедшая гонка, Гостомысл не знал, в этой дьявольской по напряжению работе он потерял счет времени. И вдруг раздался сильный грохот. Моряков бросило вперед. Гостомысл оглянулся и увидел, как нос их судна высоко взмыл в небо. Все схватили оружие и кинулись наверх. Их корабль взломал борта вражеского судна и покачивался рядом с ним на невысоких волнах.
– Не дать ему отойти! – перекрывая шум, кричал Стрижак. – Режьте канаты, бросайте крюки, цепляйте баграми!
Двое матросов схватили длинные шесты с привязанными к ним серпами и ловкими движениями срезали веревки на мачте; паруса упали, и корабль противника, потеряв возможность двигаться по ветру, стал недвижим. Другие матросы быстро действовали баграми и крюками, подтягивая оба судна борт к борту, и вот уже самые проворные перескакивают на вражеский корабль; некоторые приладились на носу, поражая противника стрелами. Началась ожесточенная схватка.
Гостомысл бросился на врага вместе со всеми. На него, высоко подняв меч, кинулся какой-то датчанин. С детства приучали княжича биться на мечах, но не столько рубить, сколько наносить колющие удары: и движение короче, и поразить можно точнее. Гостомысл сделал стремительный выпад и ткнул датчанина в пах. Тот сразу остановился, будто налетел на какую-то преграду, чуточку помедлил, продолжая держать меч над собой, а потом рухнул, изогнувшись в неестественной позе. Гостомысл это заметил мимоходом, он кинулся на нового противника...
Корабли датчан были захвачены, тела выброшены в море, оставшиеся в живых пытались спастись вплавь, но их безжалостно добивали стрелами; некоторые утонули, не успев снять с себя тяжелого вооружения. В бою был потерян шнек, его тонкие борта были протаранены мощным датским судном, обломки колыхались на волнах, расплываясь в разные стороны. Гостомысл и Раннви с грустью следили за ними: все-таки на какое-то время это был их дом; легкий, скорый в плавании шнек спас от жестокой расправы, которая ожидала обоих в Скандинавии.
Стрижак между тем подавал уже новые команды:
– Развернуться навстречу врагам! Приготовиться к бою! Окружаем оставшиеся два судна и уничтожаем!
Но датчане не стали искушать судьбу, развернулись и пустились наутек. Преследовать их не стали. Оно и понятно: пришлось бы бросить захваченные суда, а в них должны были находиться и награбленные богатства, и оружие, и различное корабельное имущество. Все это надо было распределить среди победителей. Ради добычи и вышли в море славянские викинги.
Чтобы снять напряжение от боя, сразу выкатили бочки с пивом и вином, вытащили съестные припасы, начался веселый пир. Перебивая друга, горячась, выкрикивая и смеясь, стали моряки рассказывать друг другу об отдельных моментах боя.
– Он на меня, вот-вот приколет. А я ему под ноги. Он опешил, а я его снизу кончиком меча достал!..
– А мне здоровенный такой попался. Ну, думаю, задавит, прихлопнет! И как удалось одолеть, не знаю, не помню!
– Нет, братцы, не сидеть мне рядом с вами, коли не друг мой верный, вот он со мной. Ка-а-ак кинется, ка-а-ак врежет этому датчанину!
Гостомысл сидел рядом со Стрижаком. Спросил:
– Почему вашим знаком выбрана белая лошадь?
Довольный, расслабленный, со снисходительной улыбкой, Стрижак отвечал неторопливо:
– Есть в Арконе, в нашем стольном городе, храм Святовита, нашего главного бога. Но он не только бог, но и великий воин и славный наездник. Для него в отдельном помещении храма содержится белый конь с длинными волнистыми гривой и хвостом, которые никто не осмеливается стричь. Только главный жрец храма имеет право кормить его отборным ячменем и поить ключевой водой. На ночь конь выпускается на волю, а утром возвращается на свое место. Если после прогулки он бывает покрыт потом и забрызган грязью, значит, бог скакал на нем и благословил воинов на новые подвиги, предвозвещая новые победы. Перед военным походом мы обязательно проходим священный ритуал: главный жрец втыкает три пары копий, а поперек каждой пары помещает третье копье в виде перекладины. Потом проводит коня. Если конь через поперечное копье переступит левой ногой, значит, военное предприятие ждет неудача, если правой – успех. Мы берем изображение белого коня с собой в море, поднимаем его высоко на мачте, и оно приносит нам победы!
Город Аркон взволновал Гостомысла до глубины души. Он будто попал в родной Новгород. Как ему надоело во время рабства глядеть на несуразно длинные дома скандинавов, забросанные сверху землей и поросшие травой и бурьяном, издали похожие на холмики. То ли дело славянские избы! Стоят небольшие, высокие, маленькими окошечками весело поглядывая на мир! А какие красивые резные наличники на окнах и дверях! И терема с такими же, как на родине, крылечками с покатыми крышами, покоящимися на фигурных столбах. Глядел на все это великолепие Гостомысл и не мог наглядеться!
На пристани выяснилось, что в Новгород совсем недавно ушли два судна, новых скоро не ожидается, а если и придут, то возвращения скорого на родину ожидать нечего. Пока расторгуются, пока новый товар закупят, пройдет немало времени.
– Ничего, не расстраивайся, – успокоил его Стрижак. – Я тебе дам корабль, он отвезет тебя с невестой до торгового города Рерик, столицы княжества бодричей. У них бывает больше купцов, чем у нас, а новгородцы там постоянные гости.
И верно: через два дня Гостомысл и Раннви уже поднимались по высокой лестнице с пристани к сторожевой башне Рерика. Стрижак дал им сопровождающего – сотского Бусела, который повел их во дворец. Князь Велигор вышел встречать гостей на крыльцо.
– Здравствуй, славный воин Бусел, – с широкой улыбкой говорил князь, обнимая сотского.
– Рад видеть тебя, новгородский княжич, – направился он к Гостомыслу, взял обе руки в свои и крепко сжал. – А это твоя супруга?
– Нет, пока невеста.
– Рад, очень рад познакомиться. Мы ведь с вами братские племена, вышли из единого государства Русиния и прошлое свое, корни свои никогда не забываем. Прошу во дворец!
