Читаем без скачивания Приключение на миллион - Питер Мейл

Возникший около столика официант вернул их к реальности.

— Monsieur Bennett? Téléphone.[49]

Беннетт с неохотой вернулся в реальность. Он в раздражении последовал за официантом и взял лежащую на стойке бара трубку.

— Алло?

— Прошу меня простить за то, что нарушаю ваш романтический ужин на двоих, — произнес По совсем не извиняющимся тоном. — Вы договорились обо всем с людьми Туззи?

— Да. Мы приезжаем в порт завтра вечером.

— Великолепно. Мне так приятно, что вы и мисс Херш, похоже, прекрасно спелись. Походы по магазинам сближают, правда?

— А откуда вы узнали, что мы здесь?

— Я же говорил вам, что вы будете постоянно находиться под дружеским наблюдением моих людей. Будем надеяться, что, когда я позвоню в следующий раз, вы сможете меня по-настоящему порадовать. Воп appétite.[50]

Беннетт помедлил, вернул трубку на рычаг и нарочито небрежно осмотрелся по сторонам. На причале и на набережной народу заметно прибавилось. Толпы загорелых, разгоряченных людей бродили между столиками, кричали, болтали, смеялись. Где-то посреди этой веселой расслабленной толпы бродят двуногие доберманы По. И сейчас они наблюдают за ним. Они будут смотреть, как он ест, как беседует с Анной. Потом они поедут следом за ним в Монако. Интересно, а в квартире тоже установлены «жучки»?

Анна сразу же заметила перемену в настроении Беннетта и насторожилась.

— Постараюсь угадать, что случилось. С вами только что говорил наш обожаемый, несравненный вождь и заверил вас, что мы находимся у него на прицеле. Так?

Беннетт кивнул и налил им еще вина.

— Наверное, они целый день за нами следили. Неприятно даже думать об этом, правда? Я вас предупреждала. По вообще неприятный человек.

Несколько минут они ели в молчании, иногда поглядывая по сторонам на соседние столики. Сейчас все они были заняты, и оттуда доносились то обрывки оживленного разговора, то взрывы смеха, то мелодичный звон бокалов, поднятых в праздничном тосте. Еще один беззаботный вечер на Ривьере. Но аппетит у Беннетта пропал, и он отодвинул тарелку.

— Ну, — спросил он, — а у вас есть идеи по поводу завтрашнего дня?

Анна наклонилась вперед и поддела на вилку кусочек pommes frites[51] которую Беннетт не доел.

— Это зависит от того, где Туззи прячет кейс. Участники аукциона непременно захотят его увидеть, может быть, тогда мы найдем случай подменить его на наш. Но пока рано что-то предполагать. — Она старательно прожевала картошку, проглотила и передернула плечами. — Мне почему-то кажется, что с Туззи нам не справиться. Наверное, разумнее будет подождать до окончания аукциона. Проследим за покупателем, атакуем его, как только он сойдет на берег.

Беннетт с невольным испугом взглянул на решительное лицо Анны.

— А что, у вас было много случаев, когда приходилось вот так атаковать людей?

Анна глядела на него с легкой улыбкой.

— Больше, чем у вас, это точно.

— Ну ладно, решено. Атаковать будете вы, а я подержу ваше пальто.

Но настроение уже было испорчено, и Анна не улыбнулась его шутке. Беннетт расплатился по счету, и они пошли наверх по крутой улочке, ведущей к месту их парковки. Проходя мимо bar-tabac.[52] Беннетт решил купить газету и сигару. Анна с неудовольствием взглянула на толпу туристов у входа в лавку, облепившую со всех сторон стенды с открытками и яростно обсуждающую, каким из видов Ниццы им лучше украсить свои дома.

— Я подожду вас у машины, хорошо?

Беннетт вынырнул из магазинчика через пару минут и помедлил у фонаря, рассматривая заголовки первой полосы. Предвыборная кампания, обещания, обвинения. Все как обычно. Он засунул газету под мышку и свернул на крохотную площадь, где ему ранее посчастливилось запарковать свой «мерседес». Анна стояла около машины и, похоже, о чем-то оживленно разговаривала с незнакомым мужчиной. Господи, наверное, еще один посланник господина По с очередными инструкциями. Беннетт прибавил шагу.

Все кончилось, прежде чем он успел открыть рот. Он увидел, как мужчина замахнулся на Анну тяжелым предметом, как взметнулась вверх рука Анны и ее открытая ладонь с громким хлопком ударила его по лицу. Голова мужчины резко дернулась назад, и в этот момент Анна одной рукой обхватила его за шею, а тыльной стороной другой руки резанула по горлу. Колени мужчины подогнулись, и он, как куль с мукой, повалился на мостовую.

Беннетт пришел в себя.

— Анна! С вами все в порядке?

Она отвела глаза от бесформенной массы у ее ног и, чуть запыхавшись, пробормотала:

— Я в порядке. Вот, посмотрите, что он пытался сделать.

Она взяла двумя пальцами тонкий ломик, засунутый в щель водительской дверцы, и с трудом вытащила его.

— Маленький ублюдок. Еще минута, и он был бы уже внутри.

Беннетт наклонился над телом.

— Что вы с ним сделали, черт побери?

— Обычный удушающий захват. Не бойтесь, он придет в себя через пару минут. — Она зевнула и, обойдя машину, открыла пассажирскую дверцу. — Поехали, что ли? День был довольно тяжелый.

Беннетт вел машину медленно. Анна спала, прислонившись головой к его плечу, а его захлестывали смешанные чувства. Уже второй раз за последние несколько дней он стал свидетелем жесткой демонстрации силы. Сначала Симо с его ритуальными прыжками и взглядом убийцы — тогда он был просто в ужасе, но все же в той битве пострадала лишь невинная бамбуковая палка. А минуту назад нежная девушка Анна одним движением вырубила взрослого мужчину. Он вдруг с беспокойством осознал, что она могла бы спокойно убить этого горе-воришку, если бы захотела, причем эмоций у нее это вызвало бы не больше, чем у Симо. Беннетт смущенно повертел головой. Ведь он готов был уже влюбиться в нее. Нет, нельзя уходить от реальности. Он попал в мир, где слова «мораль» и «этика» совсем не в ходу, и он не должен забывать об этом ни на минуту.

Когда они прибыли в Монако, звезды уже зажглись над Плас дю Казино, освещая путь ранним неудачникам, сумевшим просадить все наличные средства еще до полуночи. Вот они, бедняги, понурившись, выходят из «адской кухни», сегодня удача им изменила, и теперь вместо ужина с икрой и шампанским их ждет скромная трапеза из сэндвичей и дешевого пива. А на их место уже спешит пополнение. К парадному входу «Отель де Пари» один за другим подъезжали лимузины и высаживали свою драгоценную ношу у широких ступеней. Воздух был пронизан звуками воздушных поцелуев и тихим позвякиванием дорогих ожерелий — это стукались друг о друга «ривьерские девушки», совершая обряд лобызания, прежде чем подхватить своих нынешних «папочек» под руку и поплыть навстречу ужину. Ах, как хочется забыть о предстоящих завтра событиях и выпить с Анной еще по бокалу шампанского перед сном, подумал Беннетт. Но нет, нельзя! Он посмотрел на нее — девушка свернулась на сиденье калачиком и тихо посапывала, измученная перелетом и тяжелым днем. Беннетт легонько потряс ее за плечо.

— Анна! Мы уже дома.

Он провел ее в квартиру, помог спуститься в спальню и бросил пакеты с покупками около кровати.

— Спасибо, — сказала Анна, открывая окно, чтобы впустить свежий ночной воздух. — А где ваша комната?

— В общем-то это единственная комната.

— Прости, дорогой, тебе сегодня не повезло, — устало сказала Анна, падая на постель. — Спи на диване.

— Ничего, если я приму душ?

— Делай что хочешь…

К тому моменту, как Беннетт вышел из ванной, Анна спала сном младенца. Она даже не сняла сапоги, подумал Беннетт с оттенком умиления. Ее лицо, раскрасневшееся от сна, казалось юным и беззащитным, одной рукой она обняла подушку. От внимания Беннетта не ускользнуло, что она назвала его на «ты» — то ли от усталости, то ли потому, что этот день действительно сблизил их. Беннетт мельком подумал, что, наверное, стоит снять с нее сапоги, но быстро отказался от этой мысли. Она, чего доброго, спросонья решит, что он собирается их украсть, и немедленно применит к нему какой-нибудь смертельный ножной пинок, от которого он вылетит в окно, и поминай как звали. Он вздохнул, выключил свет и пошел наверх в гостиную коротать ночь на коротком и неудобном диване.

Но сон как рукой сняло. Беннетт плеснул себе виски и, не включая свет, долго сидел в темноте, размышляя о превратностях судьбы. Сен-Мартин казался теперь таким далеким, спокойным и милым местом, но он остался в прошлом, а сам Беннетт в компании бандитов и бандиток ходит по лезвию ножа. Кто бы мог подумать, что все так сложится! Перед глазами его опять возникла рука Анны, оттягивающая голову мужчины назад, удар — и бесчувственное тело валится на землю. Боже праведный! Он залпом выпил виски и потянулся за бутылкой.

10

Беннетт проснулся под звуки французского шансона, доносящегося снизу. Из кухни отчетливо пахло свежим кофе. На одно мгновение ему показалось, что он опять в Сен-Мартине, что сейчас Жоржет принесет ему завтрак и начнется очередной день, полный приятных, хоть и пустячных дел. Какая замечательная была у него жизнь — без проблем, без подстерегающих на каждом шагу опасностей, без странных знакомых. Но потом он почувствовал боль в затекшей шее, открыл глаза и осторожно поднял голову с подушки, наспех сделанной из свернутых брюк. Голова раскалывалась. Видимо, кто-то ночью вставил в его череп отвертку и поворачивал ее каждый раз, когда он пробовал вертеть головой. Глаза слезились и болели. Он перевел взгляд на пол — вот его туфли, рядом валяются носки, рубашка, пустая бутылка из-под виски и перевернутый стакан. Пустой. Он застонал, с трудом встал с дивана и на ощупь проследовал на кухню.