Читаем без скачивания Империя Русь - Виктор Карлович Старицын

Через переводчика он вызвал к себе троих главных лиц из местных. Трое встали, прошли между морпехами и снова бухнулись в ноги.

Макаров разрешил им встать и представиться. Это оказались советник погибшего при Баку бея Хиялы Абдул-бек с начальником стражи селения и судьей. Все беи входили в свиту шаха и погибли вместе с ним на холме при артобстреле.

Переводчик представил самого Макарова, как царского визиря, нового бея Хиялы Фролова и нового командира гарнизона Яцук-бека.

Дальнейший переговорный процесс пошел без осложнений. Все переместились в дом бея. Морпехи и солдаты взяли под контроль городские ворота, дворец, арсенал, казну и склады.

В Хиялы отряд задержался на 8 дней. Первым делом привели к присяге стражу, чиновников бейлика, а затем и всех горожан. Затем вызвали из поместий всех войтов и беков. Тех, кому повезло выжить в битве и сбежать с поля боя.Таковых оказалось всего семеро из тридцати девяти. На них наложили виру, привели к присяге и разъяснили законы царства. Присягать и отказываться от службы никто из них не стал.

Из 32-х другихпоместий прибыли лишившиеся своих владельцев управляющие поместьями. Им представили новых войтов и беков, выбранных из местных бакинских воинов и стражников, показавшихся Макарову и Фролову наиболее толковыми.

Всем местным должностным лицам зачитали новые законы царства. Экземпляр свода законов вручили мулле мечети, разрешив ему снимать копии и продавать их всем желающим. Однако, каждому войту и каждому беку он обязался предоставить копии бесплатно. Мулла был весьма доволен новым источником дохода. Он был уверен, что все состоятельные горожане и селяне захотят иметь копии. Он намеревался загрузить перепиской свода всех писцов в городке. Кроме того, весь свод законов был зачитан жителям на торговой площади городка на всех основных языках: фарси, турецком и армянском.

Возник вопрос, что делать с гаремом бея, в котором содержалось два десятка девушек. Впрочем, этот вопрос уже был решен в Совете. Решено было, для начала, обеспечить походными женами — конкубинами, а проще говоря, наложницами, всех пришельцев. Этот весьма полезный обычай, заимствованный из Японии, благодаря ставшей популярной среди образованного российского общества, книге Гончарова «Фрегат Паллада», был взят пришельцами на вооружение. Длительное воздержание уже изрядно утомило мужчин. Особенно в теплом климате. Тем более, что по местным обычаям все жительницы гаремов доставались победителю. Постоянных жен решено было заводить в будущем на Руси, из славянских племен, чтобы не портитькровь законных наследников.

Макаров, как и некоторые другие визири Дивана, уже присмотрели себе конкубину — персиянку из гарема бея Баку. Крутов, Климов, Фролов и Яцук выбрали себе жен в оставшемся без хозяина гареме бея Хиялы, из тех, кто был помоложе и посимпатичней. В гаремах убитых войтов и беков тоже оказалось немалое количество бесхозных женщин. Морпехам тоже разрешили выбирать конкубин. Воины, назнченные беками и войтами, унаследовали гаремы погибших владельцев. Последними выбирали жен холостые местные солдаты. Никто этому не удивлялся. Все состоятельные мусульмане в Баку имели нескольких жен. Только голытьба имела по одной жене. А принятые пришельцами на службу местные жители, по местным понятиям, сразу перешли в категорию состоятельных. Тех жен старого бея, которые никому не понравились, перевели в дворцовые прислуги.

Пока отряд стоял в Хиялы, на правом берегу постоянно маячили конные разъезды. Там лежали земли персидского эмирата Мукан. Эмир Мукана явно интересовался пришельцами. Но, враждебных намерений разъезды не проявляли.

Назначив новых землевладельцев и разъяснив чиновникам новые порядки, отряд двинулся дальше. Теперь пароходы буксировали по две ладьи. Сотня воинов с пятой ладьи осталась в бейлике Хиялы в качестве гарнизона. Новый бей был озадачен сбором налогов в денежном и натуральном виде, которые отряд должен был забрать на обратном пути.

До следующего городка Карачалы добирались четыре дня. Река выписывала умопомрачительные петли. Караван, почти дойдя до приметного ориентира, например мечети с высоким минаретом,поворачивал на 180 градусов и километра три шел назад к морю, хотя и против течения, затем выписывал петлю и снова двигался к минарету. Миновав минарет и проплыв по реке пару километров, караван, повинуясь очередной излучине реки, снова разворачивался и возвращался к надоевшему минарету, напротив него опять разворачивался и плыл дальше на запад. Так что, мимо минарета проходили три раза. Многочисленные отмели вынуждали караван останавливаться и вымерять глубины, чтобы их обойти.

Коки на камбузах пароходов работали непрерывно. Моряки и морпехи получали полноценное трехразовое горячее питание. А солдаты в ладьях — одноразовое горячее и фруктовый компотдва раза в день, чтобы запить получаемый сухой паек.

В Карачалы задержались на 12 дней. На 14-й ходовой день миновали крупный правый приток Куры Аракс. В устье Аракс на персидском берегу стоял городок Сабиры. Его прошли не останавливаясь. Задачи входить в контакт с персидскими властями отряду не поставили. Ввиду того, что шах Ширвана был вассалом шахиншаха Персии, отношения с персидскимиэмиратами и шахствами теплыми быть не могли. Получить распоряжения шахиншаха об отношениях с новыми хозяевами Ширвана государи этих земель еще никак не могли. А сами они могли заниматься только разведкой.

Выше устья Аракса на южном берегу Куры располагалось вассальные туркам эмираты Аран и Ганджа. Однако, конные разъезды продолжали сопровождать караван по южному берегу.

За 36 дней дошли, наконец,до конечной точки маршрута — крупного города Мингечаур, стоявшего при впадении в Куру левого притока — реки Алазани. По этой реке проходила граница с Грузией. За Алазани стояла грузинская крепость, а на южном берегу Куры — крепость вассального туркам-сельджукам эмиратаГанджа. Все эти крепости были таможенными пунктами. Чтобы проплыть по Куре, купцам приходилось платить пошлины всем трем государствам.

По пути установили новую власть в бейликах Малакенд и Зардоб, приведя местных феодалов и горожан к присяге и поставив в них своих начальников.

В Мингечауре караван задержался на три недели, ввиду необходимости собрать с налоги с города и бейлика. Поскольку, Мингечаур был крупным городом, тысяч на 10 жителей, Царем Ширвана ему было даровано самоуправление. Городу поручалось содержать гарнизон в три сотни воинов, помимо сотни, прибывшей с новым беем.

Когда налоги были собраны, караван направился в обратный путь. Буксировали одну ладью, загруженную продовольствием, в основном зерном, собранным в счет выплаты налога. Ценную часть налогов в виде серебряных и золотых монет, металлов и изделий из них, загрузили на корабли.

Накануне в Мингечаур прибыли послы от Царя Грузии Давида. Невысокого ранга, с предложением заключить договор о свободной торговле. А по большей части, с тем, чтобы разведать, что из себя представляют новые хозяева Ширвана. До Давида уже дошли сведения о том, что завоеватели исповедуют христианство.

Послов приняли с почетом. Даже дали холостой залп из пушек. Макаров договор о торговле подписал, и предложил послам поехать в Баку, чтобы заключить договор о военном союзе против персов и турок. Послы заявили, что на это они не уполномочены. Макаров написал Давиду письмо с предложением прислать в Баку полномочное посольство для заключения военного союза против турок и персов. С этим послы и отбыли назад в Грузию.

Эмир Ганджи Азат-бей, лично прибывший на границу, долго наблюдал за кораблями пришельцев, подсчитывая их численность и разглядывая их вооружение. Наконец, прикинув количество товаров, загружаемых на корабли, он решил захватить караван, несмотря на отсутствие указаний от Султана. Учитывая нехорошие слухи о могуществе огнебойного оружия пришельцев, он решил атаковать их, обеспечив себе десятикратное численное превосходство.

Из всех бейликов к назначенной эмиром точке сбора войск потянулись отряды воинов. А из рыбачьих селений к этой же точке поплыли многочисленные лодки. Всего эмир собрал 1400 воинов и 80 лодок.

Для сбора войска он выбрал местечко Евлах. Выше этого селения Кура образовала большую излучину — петлю, обращенную на юг. Несколько выше излучины от реки отходила старица, в которой можно было спрятать половину флотилии лодок. Вторую половину флотилии эмир спрятал в старице ниже излучины.

Эмир рассчитывал, что его солдаты, подойдя на лодках к кораблям пришельцев, смогут взять их на абордаж. Заманчивая перспектива заполучить в свои руки самоходные корабли и огнебойное