— Госпожа Эйлин, что с вами случилось? Вы поранились?
— Да вот, пообщалась с местной флорой. У вас тут все растения кровожадные?
— Нет, госпожа. Только Лабиринт Плюща и розы королевы Титании. После ее смерти они почти не цветут.
Что ж, значит сегодня к ним вернулась былая красота, подумала я.
— Ой! Но что же я все болтаю? Идемте скорее в ванную. Ваши раны нужно промыть. У меня есть хорошая заживляющая мазь.
Мазь и правда оказалась чудодейственной. Через пару минут на запястьях не было даже намека на раны.
— Полезное средство. Оно исцеляет все?
— Все, кроме ран, нанесенных волшебным оружием или высокородными сидхе.
— Скажи мне Дервила, ты вольна путешествовать по всем зеркалам или только по дворцовым?
— Я могу путешествовать по другим зеркалам, если госпожа разрешит.
— Можешь ли ты посетить зеркало в Срединном мире?
— Только если оно в Ирландии. Дальше силы нашего народа не простираются.
— И как ты смогла бы отыскать нужное зеркало? Тебе нужен адрес или что-то еще?
— Достаточно названия города и рисунка комнаты, что отражена в зеркале.
Я задумалась. Вряд ли дед сейчас в доме Морны. А у него самого в гостях я не была и не смогу нарисовать комнату в его доме.
— Еще я могу найти нужного человека по портрету, но это займет больше времени — добавила зеркальница, заметив мою заминку.
— Отлично! Можешь достать мне бумагу и карандаш?
— Да, госпожа.
Через минуту у меня было несколько листов чуть розоватой бумаги и странный зеленый карандаш, на ощупь напоминавший стебель одуванчика. Мне потребовалось два часа, чтобы изобразить деда так, чтобы получилось похоже. В этот момент я радовалась, что брала дополнительные уроки у знакомого портретиста, несмотря на то, что моя работа была связана исключительно с интерьерами.
Внизу на том же листе написала: "Я жива и в полном порядке". Подумав, поставила подпись и отдала Дервиле со словами:
— Этот человек в Лонгфорде. Отдашь ему портрет.
— Я могу переносить вещи в срединный мир, только если там стоит волшебное зеркало — покачала головой моя копия.
— Тогда просто приди к этому человеку и скажи, что я жива. И добавь, если хочет мне помочь, пусть немедленно уезжает из Ирландии.
— Да, госпожа.
— Иди и возвращайся скорее.
— Слушаюсь — поклонилась Дервила и исчезла в серебристой глади зеркала.
Я в нетерпении расхаживала по комнате. У меня так и чесался язык расспросить девушку о Гвидионе, ведь о врагах нужно знать все. Но я не решилась. Вдруг о моем интересе будет доложено Оберону и тот все неверно истолкует? Для меня, как и для прочих, покинуть отбор, значит умереть и не только потому, что отдадут в прислуги кому-то из фейри. Раньше я угасну от тоски по их повелителю.
Встретиться бы с отцом. Может, он смог бы мне помочь? Но Мидир велел никому не говорить, чья я дочь. Если попрошу о встрече с ним, привлеку ненужное внимание. Придется пока молчать. Может, на балу удастся перемолвиться с папой парой слов и он сумеет мне что-то посоветовать?
Время шло, а зеркальница все не возвращалась и это беспокоило меня.
Когда раздался стук в дверь, я вздрогнула, но все же отправилась открывать.
ГЛАВА 53
ГЛАВА 53
За дверью стояла Пророчица:
— Добрый день. Могу я войти?
— Пожалуйста, проходите — ответила я, но внутри напряглась. Проще всего прикинуться той, чьего лица никто не видел. Как знать, кто может оказаться под плащом? А зеркальницу я как на грех отослала. Если что ни защитить, ни хотя бы шум поднять некому.
— Похвальная осторожность. Я понимаю твои опасения, но смею заметить, что я настоящая — ответила фейри, которая, без сомнения, прочла мои мысли — Я пришла предупредить тебя Эйлин. У тебя интересная судьба. От твоего выбора будет зависеть, будешь ты жить и принесешь своему народу много пользы, или же бесславно погибнешь, что повлечет за собой гибель многих.
— Что это значит? Если вы что-то знаете или можете дать совет, самое время это сделать. Сейчас мне пригодится любая помощь. Вы же видите будущее? — ответила, стараясь думать про разящую красоту Оберона и не допускать в свои мысли волнение за деда. Не стоит кому-либо показывать свое уязвимое место.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Будущее не муравей, застывший в янтаре, оно все время меняется. Если вмешаюсь, дам тебе совет, ты будешь действовать иначе, чем если бы жила, ничего не зная. Тогда, то будущее, что я видела, будет утеряно. Я лишь пришла посмотреть на тебя и уже увидела что хотела. А что до совета: обида не всегда верный выход — вот что я тебе скажу. Теперь переоденься и отправляйся в столовую. Скоро подадут обед, а после вас посетят портные. К балу у каждой должно быть свое платье. Думаю, синий тебе очень пойдет.
За обедом я заметила отсутствие библиотекарши Слэйн и ветеринара Конгали. "Богатство, бессмертие и сытую жизнь" — так говорил Гвидион, оглашая список того, чем искушал их. Держу пари, обе скептически отнеслись к слову "бессмертие". Во всем этом их скорее привлек шанс просто выжить и не прислуживать монстрам. Разве они виноваты в том, что просто хотят жить, оказаться подальше от этого кошмарного отбора?
Я оглядела оставшихся девушек, вспоминая профессии: фитнес-тренер, офицер полиции, журналистка, ночная бабочка, модель, психоаналитик. Еще о двоих я ничего не знала. Кто-то из них обладал уверенностью в победе, кто-то умом и подозрительностью, которые помогли избежать провала в этом испытании.
А сколько их еще будет? Во всем может быть подвох. Любая мелочь может оказаться важной. Обидно, что девушки пострадают из-за невезения или глупости, а настоящему заговорщику Гвидиону все нипочем.
Неважно получится ли у Гвидиона то, что он задумал или он потерпит неудачу. Если умолчу о заговоре и после тайна раскроется, мне несдобровать. Впрочем, если дед уедет из Ирландии, недолго гадкому сихе праздновать победу. Я все расскажу повелителю и пусть он решает, кто прав, кто виноват.
А еще должна отомстить за маму. Раз уж Титания мертва, дотянусь хотя бы до исполнительницы. Вот еще один стимул победить в этом отборе. Трон лучшее место для того, чтобы покарать убийцу.
Оберон говорил: "Когда я пойму, которая из вас угодна земле сида, избранница станет королевой". Сегодня мне отозвались розы королевы Титании. Не значит ли это, что земля признала меня?
Тем временем девушки хвалились своей маленькой победой:
— Я сразу поняла, что это подстава! — фыркнула Лула — У меня на это чуйка, так же как на облавы копов.
— У этого типа все жесты говорили, что он врет — поддержала ночную бабочку Дара — Глаза бегали улыбка не к месту, да еще и дважды коснулся рта. На допросах я много таких навидалась.
— А я не ушла бы, предложи он мне что угодно. Мне нравился повелитель и очень скоро он будет моим — протянула Мерфи, в голосе которой было поровну мечтательности и превосходства.
— Что-то мне подсказывает, если станешь с ним заигрывать, он приморозит тебя к полу, чтобы не приставала. Сними корону, твои ужимки тут бесполезны. Сказано же, победит та, что будет угодна местной земле — язвительно заметила Брайд, накручивая на палец рыжий локон.
— Но никто из нас не знает, что это значит — заметила Кэйла, я порылась в памяти и вспомнила, что девушка журналистка — Почему не провести испытание, которое покажет, кто именно угоден этой земле? Сдается мне, сам Оберон плохо представляет, кого именно ищет. Иначе, зачем ему сегодняшняя проверка?
— Думаю, в прошлом короля когда-то предала женщина. Возможно предыдущая королева или мать. Именно поэтому Оберон испытывает претенденток на верность — отозвалась психоаналитик.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— А что думает об этом Эйлин? — вдруг обратилась ко мне Барйд — Межу прочим, девочки, ее единственную сегодня посетила Пророчица. Думаю, наша молчунья может что-то знать про это.
— А я видела, как Оберон обнимал ее сегодня в саду! — воскликнула Лула, обвиняюще ткнув в мою сторону наманикюренным пальчиком.
