-Это я ещё полтинник сбросил! Да и, вообще, ты же гуру фотошопа! Сделаешь из меня Алена Делона?
-И мне талию нарисуй, - раздается откуда-то женский голос, и виновник завтрашнего торжества, наконец-таки, отходит в сторону, позволяя нашей троице пройти в дом. Прям семейство раздобревших великанов какое-то! Мать, а судя по сходству с Новиковым, это именно она, спускает с рук таксу и принимается по очереди приветствовать гостей. Сначала пса, потом Максима, а когда приходит и мой черёд быть раздавленной в этих тисках, ещё и улыбается широко. Словно съесть собралась...
-Жена? - меня прижимает щекой к груди седьмого размера, а Некрасова огорошивает вопросом. Словно я немая! Хотя, как тут заговоришь, если твои кости едва ли не хрустят от такой радушной встречи?
-Ага, - Максим кивает, а я возмущённо шиплю в шифоновую блузку цвета морской волны.
Смотрите-ка, что удумал! Может, мне ещё и кольцо достать, что до сих пор хранится в одном из кармашков моего кошелька? Для правдоподобности?
-Бывшая, - считаю нужным уточнить, когда оказываюсь на свободе, и, торопливо поправляя причёску, игнорирую недовольный смешок своего водителя. -Уже как год!
Всё, ясность внесла, после медвежьих объятий уцелела, можно и осмотреться… А дом-то хороший! Просторный, обставлен со вкусом и судя по увешанной фотоснимками стене, царит в нём любовь и гармония.
Вот и на кой чёрт я купила эту новостройку? Переплатила б немного и жила бы в таких же хоромах! Одна прихожая метров двадцать, моей собаке явно по душе! Впрочем, скорее тут дело в таксе, за которой он носится, норовя ухватить её за хвост.
-Да ладно? И не сказал ведь! - я изучаю интерьер, а Владимир Новиков, явно удивлённый такой новостью, теперь с осуждением пялится на однокашника. Зря. Никаких подробностей он не дождётся, ведь Максим только и знает, что безразлично пожать плечами.
Всё-таки хорошо, что я нас сдала, а то от этих недомолвок одни проблемы. Вдруг и впрямь мне кто-нибудь приглянется? Чего доброго, окрестят распутницей, потом век не отмоешься!
-А это что за принцесса? Дочка? Вот молодёжь! В наше время разводов боялись как огня! Это ж какая травма для ребёнка!
А в наше время вполне может статься, что ваша племянница появилась на свет благодаря стараниям вашего же мужа. И если я с этой мыслью почти свыклась, неподготовленным людям принять её будет трудно… По себе знаю. Да и Некрасов время в машине даром не терял: крутил баранку, и приводил с десяток аргументов, чтобы не афишировать нашу семейную тайну. Я согласилась только с одним - официального подтверждения нет, а убеждать ещё и их в том, что Вера не обманщица, я не хочу.
-У нас детей нет. Это дочка моей сестры. Гостила у меня, а теперь вот везу родительнице на руки сдавать. Максим вызвался подвезти, - и дай бог, чтобы Сонька прямо с порога не начала "папкать". А то она любит: “Папка то, папа это!”. Пять лет этим словом не пользовалась и теперь навёрстывает.
-Ну и к лучшему. Нечего детям из-за взрослых страдать. Давайте уже сядем и дружненько поедим. Наверно, голодные?
Спорить никто не решается. И плевать, что начало двенадцатого. Мы ведь кроме сала ничего и не ели, разве что Сонька всю дорогу грызла яблоки и запивала это дело кефиром. И вот что я вам скажу - здесь немудрено растолстеть!
-Курочку, курочку ребёнку положите. Да вот эту ножку, - Тамара Александровна даже спустя десять минут уплетания всевозможных салатиков, всё равно пихает нам под нос ароматную еду. - И по рюмашке ещё налейте. Василиса, она слабенькая, пятнадцать градусов. Никакого похмелья наутро не будет!
-Боюсь, у Василисы оно даже от кваса неминуемо, - подливая красной жидкости в мою рюмку, Некрасов не упускает момента вставить очередную шпильку. Наполняет её наполовину и, водрузив графин в центр стола, устраивает руку на спинке моего стула. - Она пить не умеет.
- Чтобы ты знал, я уже научилась, - возвращаю ему ядовитую улыбку и, чтоб ни у кого не осталось сомнений, первой опрокидываю в себя спиртное. Я же теперь одинокая. Женщина в разводе. А как ещё жаловаться на злодейку-судьбу подруге, если не подшофе? Чтобы со слезами в жилетку и непременно несколько раз перейти на мат? То-то же.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Гордая собой разваливаюсь на сиденье, без всякого смущения поглаживая набитый живот, а стоит почувствовать на собственном плече чужую ладонь, устало вздыхаю. Вот и чего он жмётся? Места ему, что ли, мало? Да у этих ребят не стол, а футбольное поле!
- Щупать меня перестань, а то я эту вилку знаешь куда воткну? - шиплю одними губами, прокручивая в пальцах острый прибор, а когда ответом на мою угрозу служит лишь тишина, разбавленная смешком, тычу бывшего мужа в бок всеми четырьмя зубьями. Довольно слабо надо сказать, потому что реакции ноль.
- Веди себя культурно, - только и знает, что ухмыляться!
И как спрашивается нам уживаться? Не то чтобы я уже успела подыскать ему замену среди собравшихся за столом, но мы же вроде как договаривались? Он берёт на себя свидетельницу ( или у кого там вырез на платье окажется больше), а я преспокойненько приглядываюсь к одиночкам. Мы же цивилизованные люди, в конце концов!
- Вася! - а то, что я уже дважды пытаюсь насадить его на вилку не в счёт. Один чёрт не тело - а гора мышц. - Если ты выпила и решила со мной позаигрывать, то зря стараешься. Я с дороги устал.
- Ага, только об этом и мечтаю! Это ты меня постоянно трогаешь...
- Так имею право, мы же не чужие.
- А вот и нет. Сонечка, - раз от аромата его духов мне просто так не избавиться, то лучше уж спать пойти. Тут и без меня найдут о чём побеседовать. - Пора бы уже ложиться.
Малышка, похоже, только этого и ждала. Зевает широко, под умилительные вздохи взрослых, и потянувшись, резво спрыгивает со стула. Нам же здесь найдётся кровать?
- Ваша комната на втором этаже. Как подниметесь сразу в дверь упрётесь, - словно прочитав мои мысли, вступает хозяйка коттеджа, и вновь кивает на графин с настойкой. Её что совсем спиртное не берёт? - Постель застелена, так что располагайтесь.
Впрочем, мне до лампочки. Пусть хоть целую канистру разопьют, лишь бы меня не трогали. Особенно некоторые личности, чьи отпечатки потом не вытравишь ни одними химикатами. Они проникают прямо под кожу и напрочь блокируют работу головного мозга.
Встаю, намеренно резко отодвигая свой стул, отчего Некрасов едва не заваливается набок, и, победно сверкнув глазами, пробираюсь бочком к двери. Господи, я ведь действительно пьяна, аж покачивает...
- Пап, а ты идёшь? - забудьте. Сонька действует лучше любого антипохмелина.
Вскидываю глаза на примолкшее семейство и растерянно хватаю губами воздух, совершенно не представляя, как мы будем выпутываться... Ну, Вера! Почему из всех посетителей ночного клуба она выбрала именно Некрасова? Да лучше бы от соседа Петьки забеременела! Он и ухаживал красиво, и, между прочим, компьютерный гений! Даже точку свою открыл по ремонту гаджетов. Так нет же, нужно было именно с этим донжуаном в туалет идти!
- Чего это она? - Новиков хлопает по спине подавившегося водкой Максима и с интересом блуждает взором по нашим лицам. И хоть убейте, но я ни слова не пророню! Не я же всю эту кашу заварила. Напротив, пару минут даже отказывалась сюда идти, пока желание вновь надеть любимое платье не взяло верх над здравым смыслом.
- Действительно, Макс, чего это она? - удивлённо выгибаю бровь и, натянув на лицо улыбку, хватаю девочку за руку. - Пойдём мы, время давно недетское.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Оказывается, дети умеют засыпать мгновенно. Главное, соблюсти три важных условия: долгая дорога, новые знакомства и плотный, неприлично плотный ужин, запитый тёплым молоком. Лично на Соньке сработало безотказно: едва её голова коснулась подушки, она тут же сладко засопела. Ещё бы, ведь она развалилась поперёк мягкой кровати, подмяв под себя сразу обе подушки! Жаль не дала мне ЦУ, как провести эту ночь - свернувшись калачиком в её ногах или, сдавшись без боя, растянуться на полу?
