не слышал сейчас. — Зачем ты позвонил Хоби? Ты что, не понимаешь, что потом меня ждёт серьёзный разговор?
— Ты заблокировала меня… И у меня не осталось другого выбора, — сухо бросил Чон.
— У тебя был выбор. Нужно было оставить всё в прошлом и не звонить.
— Ты издеваешься?! Я проснулся в надежде встретить утро с любовью всей своей жизни, а нашёл на столе твоё «Прости», и ты думала, что я после этого всё оставлю? — закричал Чонгук, и мне показалось, будто он хочет докричаться прямо из Сеула до Сан-Франциско.
— Не притворяйся, что для тебя это не было простой интрижкой.
— Ты сейчас серьёзно?
— Не делай вид, что не знал, о нашем положении, — попыталась укорить я его.
— Интересно… То есть ты думаешь, что я просто использовал тебя? И всё, что было между нами — было враньем? Такого ты обо мне мнения?!
— Прости, но я уже не знаю, что думать… Я запуталась, Чонгук. Просто у нас… — я невольно сделала длинную паузу на слове «нас», — всё это между нами всегда было таким сложным…
— Возможно ты права, и поначалу всё так и начиналось. Но сейчас… Сейчас всё по-другому, — он на несколько секунд замолчал, но потом продолжил. — Чёрт возьми, Соён, я скучаю, — дрожащим голосом произнёс Чон, — мне тебя так не хватает. Скажи, что не вспоминала обо мне, и я исчезну, словно меня и не было.
— Чонгук… Мне пора. Не знаю, зачем ты позвонил и что ты там себе напридумывал, но давай оставим всё в прошлом. Так будет лучше, — быстро проговорила я, не давая ему опомниться, и сбросила звонок, дрожащими пальцами откидывая чужой телефон в сторону.
Когда разговор закончился, меня всю затрясло. Какое-то внутреннее чутье мне подсказывало, что я поступаю неправильно, но другая моя часть яростно твердила о том, что такие интрижки никогда не заканчиваются ничем хорошим. Как бы не был хорош Чонгук, я совершенно его не знала, а той недели от силы хватило, чтобы понять, что он из себя представляет как человек. Да и, если честно, не знаю, что он хотел сказать этим звонком, кроме как лишний раз мне напомнить о предательстве по отношению к мужу.
Пока я пыталась собраться с мыслями, в дверь вновь настойчиво постучали и, конечно же, это был Хоби. Я уже представила, что за разнос он мне устроит после таких звонков и мысленно приготовилась к самому худшему.
— Я войду? — более чем спокойно спросил муж, к моему удивлению.
После его взгляда ранее, я, если честно, подумала, что он закатит такой скандал, но Хоби был предельно спокоен, можно даже сказать — осторожен.
— Конечно, — робко проговорила я, оставаясь сидеть в своём любимом кресле, но вжимаясь в него, словно держась за спасательный круг и ожидая приближающейся бури после затишья.
— Зачем он звонил? — продолжил Хоби аккуратно, даже не называя имя своего бывшего лучшего друга, что было достаточно странно.
— Какие-то несостыковки по документам в компании, — соврала я, пытаясь звучать максимально убедительно.
— А-а, ладно. Извини, я вспылил немного, — понизив голос, заговорил муж и, резко схватив свой телефон с кровати, пожелал доброй ночи и ушёл к себе, оставив меня не совсем в понятных мне чувствах.
***
Но радость от внезапно притихшего мужа была недолгой. Через неделю, после встречи в клубе, когда мы должны были пойти на какой-то очередной скучный приём, Хоби пришёл после работы уже в состоянии непонятного какого опьянения. И, возможно, не только алкогольного. За несколько лет я научилась понимать, когда он себя вёл совершенно иначе.
— Д… Дорогая, — запинался он, пытаясь выговаривать чётко слова и притвориться, что трезв, как стёклышко, — почему ты не носишь браслет, что я тебе подарил? Хочу, чтобы ты надела его сегодня на ужин.
— Я не пойду никуда, — отчеканила я, снимая вечернее платье, в которое кое-как влезла буквально полчаса назад. — Ты не в том состоянии, чтобы мы посещали сегодняшнее мероприятие, там будут все твои партнёры.
— Чёрта с два! Я сказал, что мы идём, и хочу, чтобы ты немедленно надела тот проклятый браслет!
— Я… Я не помню куда его положила, — я попыталась отвертеться. Не буду же я ему говорить, что заложила его почти сразу после того вечера. — Возможно, позже я постараюсь его найти, — виновато продолжала врать я, пытаясь не встречаться с яростным взглядом напротив.
— Ты что меня не поняла?! Мы идём на вечер сейчас же! — закричал муж так громко, что в ушах начало звенеть, и с силой ударил меня по лицу, отчего я отлетела, больно ударяясь спиной об шкаф, стоящий позади.
Поднеся ладонь к пылающей щеке, я не могла до конца поверить, что муж смог поднять на меня руку. Он, конечно, не был образцом для подражания, но никогда не позволял себе рукоприкладства. Никогда.
Знаете, в тот момент я поняла, что именно этого мне не хватало. Катализатора, что рванёт в моей душе, как запал у бомбы, и я всё-таки соберусь с силами и смогу уйти. Сейчас я хотела бежать. Бежать без оглядки. И не к Чонгуку или кому-то еще. Мне просто хотелось уйти.
— Детка, мне так жаль, — заизвинялся муж, спустя почти минуту оглушающей тишины, которая повисла между нами, и попытался подойти ко мне, но я отстранилась и на ватных ногах двинулась в сторону чемодана, который стоял аккурат в углу комнаты. — Ты что, хочешь бросить меня? — уже более недовольно продолжил он, видя как я подошла к чемодану и спешно открыла его, чтобы начать бросать туда одежду и документы. — Если ты злишься насчёт выпивки — я брошу, — попытался оправдаться Хоби, но я больше не верила ни единому его слову.
Он часто обещал бросить пить и пойти на принудительное лечение, но всё заканчивалось тем, что в итоге он снова напивался, а я молчала.
— Или
