Читаем без скачивания С английским флотом в мировую войну - Густав Шульц

Последний раз в Кромарти.

В середине января я закончил все дела в Лондоне и отправился обратно в Кромарти. Моим попутчиком из Инвернеса был адмирал Фримантль, только что назначенный командующим броненосными крейсерами. После Ютландского боя эти суда, как устаревшие, были исключены из Гранд Флита и назначены для охраны морских сообщений с Норвегией. Адмирал был уверен, что, в случае введения системы конвоев, его суда чрезвычайно пригодятся и найдут себе дальнейшее применение.

На моем корабле «Benbow» доковые работы подходили к концу. Командир и офицеры побывали все в отпуске и вернулись с новым запасом сил. Команда также пользовалась по очереди двухнедельной побывкой на родине. Мой вестовой Батард успел даже обвенчаться, мечтал теперь только о своей невесте и откровенно сознавался, что война потеряла для него всякую привлекательность. За время моего отсутствия на «Benbow» был освежен весь запас снарядов крупной артиллерии. Вместо прежних фугасных снарядов (Common Shells) были приняты бронебойные снаряды с замедлителями; это был результат Ютландского боя. Боевой опыт на этот раз не пропал даром, и Адмиралтейство вняло требованиям флота. До сих пор на кораблях имелось лишь 25% бронебойных снарядов, остальные были фугасные, теперь было приказано на всех линейных кораблях иметь их в количестве 75% всего боевого запаса. Будь это выполнено полгода тому назад, результаты Ютландского боя могли бы быть иными…

Вопрос продовольствия в английском флоте.

Не знаю, представляет ли для читателя интерес поставка продовольствия в английском флоте. Должен сознаться, что я со своей стороны всегда живо интересовался этим вопросом. Хорошая организация в этой важной области – необходимая предпосылка для правильной работы и постоянной боевой готовности столь сложного технического механизма, как военный флот. В силу различных причин разрешение вопросов снабжения на море наталкивается на большие трудности, чем на сухопутье. Недовольство команд пищей в прежние времена вплоть до 18-го века бывало нередко причиной волнений и бунтов на судах английского флота. До войны ежедневное продовольствие одного матроса в английском флоте обходилось в 10 пенсов, к концу войны эта цифра повысилась до 11 пенсов. Из этой суммы на 6 пенсов выдавалось каждому матросу и унтер-офицеру полный продовольственный паек: 0,5 фунта мяса, фунт пшеничного хлеба, 1-1,5 фунта картофеля и овощей (смотря по времени года, ценам на рынке и т.п.), масло, сгущённое молоко, чай и сахар. На оставшиеся от ежедневного денежного отпуска пять пенсов матрос мог купить по своему выбору из судовых запасов пищевые продукты по ценам интендантства. Остававшиеся сбережения выплачивались деньгами каждые три месяца вместе с жалованьем.

Эта система имеет то преимущество, что приучает к бережливости и заставляет каждого в некоторой степени заботиться о своем продовольствии. На английских военных судах команда в отношении питания разделена на группы по 30 человек. Каждая группа имеет свое доверенное лицо, самостоятельно заказывает себе обед и получает его в готовом виде в своих баках. В начале моего пребывания на Гранд Флите мне казалось немыслимым, чтобы один камбуз, как бы ни был он велик, мог исполнять заказы от 30 до 40 различных групп. Присмотревшись ближе, я убедился впоследствии, что это в действительности вовсе не так трудно. Мясо варилось или жарилось на одной плите, но каждая группа имела свой собственный казан под номером. Овощи и коренья клались в плетеную сетку под тем же номером и варились затем в общих котлах. Пудинги из риса или с изюмом и другие сладкие блюда также готовились для отдельных групп. На таком корабле, как «Benbow», где насчитывалось 1000 человек команды, т.е. свыше 30 групп, один опытный кок и три матроса вполне справлялись на камбузе со всеми заказами. Супы вообще не варились, но иногда приготовлялся из кореньев или экстракта бульон, который пился затем из чашек.

Пища была вообще здоровая и питательная, но не жирная, об этом свидетельствовал внешний вид команд, среди которых редко можно было встретить упитанных, и еще реже малокровных или худосочных людей. В праздничные дни отдельные группы покупали себе иногда кур, дичь и рыбу, но все это можно было доставать только через судовую лавочку. Покупать продукты из запасов интендантства больше, чем на 10,5 пенсов в день не было разрешено.

Команде раздавался также табак по одному фунту на человека в месяц. Причем стоимость его вычиталась прямо из жалованья. Табак был очень дешев и хорошего качества, он имелся в виде прессованных листьев или крошеный в жестянках; многие офицеры Гранд Флита также курили этот табак. Во время войны, когда табак вздорожал в три или четыре раза, флот получал его по прежней цене, но офицеры и матросы не имели права увозить его с собой на берег в излишнем количестве.

Кроме перечисленных продуктов, в запасах судового интендантства имелись всегда какао, рис, мармелад и консервы различных сортов, они отпускались команде по заготовительным ценам интендантства, но не более, как на 4,5 пенса в день.

Помимо интендантских запасов продовольствия на каждом большом корабле, начиная с легких крейсеров, имелись ещё судовые лавочки (canteens), которые содержались частными фирмами. В них можно было достать курительные и писчие принадлежности, платье, а также такие съестные припасы, которыми интендантство не снабжало корабли. Сюда относились сладости, фрукты, пирожные, рыба, некоторые сорта овощей, кофе и шоколад. Казна ограничивалась поставкой необходимых жизненных припасов, предоставляя судовым лавочкам продавать остальные продукты.

В этом же духе было организовано и дело обмундирования. Корабль отпускал из доставленных интендантством запасов по казенной цене материю для обмундирования, белье, дождевики, теплые куртки и перчатки, кожаные и резиновые сапоги, фуражки, ленточки для фуражек и прочие предметы обмундирования. Независимо от этого судовые лавочки продавали галстуки различных родов, шнурки для ботинок, летние башмаки, спортивные туфли и другие вещи, допущенные на корабле. Адмиралтейство на три месяца вперед утверждало продажные цены судовых лавочек, и список их за подписью командира вывешивался в определенном месте на корабле. Командир подписывал также контракт с фирмой, которая содержала лавочку, для чего имелись заготовленные Адмиралтейством бланки; контракт затем посылался на утверждение Адмиралтейства. На «Benbow» судовая лавочка содержалась крупной Лондонской фирмой «Army and Navy Stores» («Магазины армии и флота»).

Число допущенных фирм ограничивалось 10- 20 крупными торговыми домами, и большинство командиров всецело предоставляло выбор фирмы интендантскому департаменту Адмиралтейства. На каждом корабле имелся комитет судовой лавочки под председательством старшего офицера, в составе казначея, одного лейтенанта, одного кондуктора и одного унтер-офицера от каждой специальности. Комитет этот проверял судовую кассу лавочки и наблюдал за ведением книг. В пользу судовой кассы лавочки поступал небольшой процент отчисления от прибыли и ежегодные взносы, которые уплачивала фирма сообразно числу команды.

На больших кораблях это составляло довольно значительную сумму, так как фирма вносила ежегодно по 10 шиллингов за каждого матроса. Деньги эти расходовались главным образом на развлечения команды. Так, например, из этих денег на многих кораблях были приобретены кинематографические аппараты. В счет этих же сумм был заарендован участок луга для игры в футбол в Кромарти, уплачивался прокат фильмов (на Гранд Флите был особый комитет для выбора фильмов) и т.п. Из этой же кассы выдавались пособия вдовам убитых матросов и делались пожертвования на благотворительные цели. Оборот судовой лавочки на «Benbow» достигал нескольких тысяч фунтов стерлингов в год. Для лавочки было отведено обширное помещение; заведующий лавочкой, приказчик главного магазина фирмы, имел свою собственную каюту и двух помощников. Лавочка была ежедневно открыта в определенные часы и бойко торговала, в особенности, когда корабль стоял в Кромарти, где можно было достать свежую рыбу, дичь и фрукты, что всецело предоставлено было в лавочке.

Подобная организация судовых лавочек издавна существует в английском флоте и в прежние времена служила нередко почвой для злоупотреблений. Между 1700 и 1800 гг. команда имела право сама выбирать содержателя лавочки. Этот порядок, однако, не дал хороших результатов. В особенности отличались мальтийские купцы, которые на этих лавочках делали себе состояние. С помощью взяток боцманам и унтер-офицерам, подобострастности к офицерам и больших взносов в кассу лавочки они добивались того, что, помимо лавочки, могли заниматься ростовщичеством, продажей из-под полы спиртных напитков, устройством азартных игр и всякими темными делами, выкачивали от матросов их скромные сбережения. В конце концов команды сами отказались от своего права выбирать содержателя. Судовые лавочки и впоследствии продолжали возбуждать много споров в английском флоте. Только после последней реформы в 1905-06 г.г. было наконец найдено здравое и, по-видимому, целесообразное решение вопроса. В настоящее время жалоб не слыхать, так как Адмиралтейство имеет возможность назначать низкие цены, привлекая различные фирмы в качестве конкурентов. Судовой же комитет призван следить за доброкачественностью товаров и правильностью их развески.