Мать воспитывала его в духе Таинств, каждый месяц водила в часовню. Оба клана — и Ред-Торны, и Айс-Уокер — в основном были Старыми Деистами, их вера оставляла простор для философских размышлений. От ежемесячных церемоний в голове у Хайса ничего не осталось, но он частенько вспоминал о ежегодных молитвах в обсерватории. Его приводили в холодный сводчатый зал, чтобы сосчитать созвездия, словно бусинки на чётках. Тёплые тела собравшихся прижимались к нему, голоса сливались в гимне, а мать сжимала руку Тэма настолько крепко, что ему становилось больно. Так разве ж его — и только его! — вина в том, что он полюбил звёзды?
В клане Ред-Торн думали, что да.
Хайс нашёл Зою в «предбаннике», где она сражалась со своим костюмом. Тиа и Кваме расправляли ей швы. Рождённые в поясе Койпера, эти двое так и не научились уважать табу землян на наготу. Кроме того, было очевидно, что они понятия не имеют, почему Зоя вздрагивает от их прикосновений — или же им всё равно. Зоя устремила на Хайса взгляд, в котором отчётливо читалось: «Спаси меня!».
Он отослал двоих техников в посадочный ангар на помощь Ли Райзман.
— Спасибо, — мягко поблагодарила его Зоя. — Правда, я и сама могу справиться: костюм специально так и разработали. Это просто дольше, и всё.
— Мне тоже уйти?
Зоя на мгновение задумалась, а потом помотала головой.
— Потребуется помощь — обращайся.
Зоя натянула на себя нежную, словно полиэтилен, активную мембрану леггинсов. Та нашла соответствие в контурах тела Зои, после чего сомкнулась на ногах розовой полупрозрачной плёнкой — «вторая кожа». Девушка наклонилась, чтобы надеть более привычные высокие ботинки, и её небольшие груди качнулись.
Она подняла голову, поймала его взгляд и заметно вспыхнула. Хайс задался вопросом, следует ли ему отвернуться. Как бы поступил землянин?
Зоя продела руки через плёнку мембраны для торса и что-то сказала — слишком тихо, чтобы он мог расслышать.
— Прошу прощения? — кашлянув, спросил он.
— Будет быстрее, если ты затянешь петли.
Хайс подошёл к ней через весь «предбанник», горя от желания прикоснуться к ней, и одновременно подавляя в себе это чувство: Зоя слишком легко пугается… Мягкие петли, о которых она сказала, располагались в месте соприкосновения швов в нижней части спины. Хайс прикоснулся к её коже в изгибе спины, и у него возникло странное ощущение — словно он проделывал это уже не раз… Вообще-то, Зою можно считать практически уроженкой пояса Койпера, по крайней мере генетически: её геном был взят из запасов, предназначенных для заселения астероидов, вряд ли из неизученных образцов для какой-то новой диаспоры… Хайс мягко затянул петли и увидел, как тонкая оболочка прилегает к её телу. Зоя с шумом вдохнула, когда защитная мембрана затянулась поверх её грудей, сосков и шеи. Без шлема, без чехла для переработки отходов, она казалась совершенно нагой. Его рука задержалась на бедре девушки; Зоя затрепетала, но не стала возражать.
Но когда Хайс поднял руку, чтобы коснуться её волос, она отвела голову в сторону и прошептала:
— Не здесь.
— Почему нет?
— Только там, где я защищена.
Она старательно отводила взгляд.
Ей этого правда хочется? А может, нужно? Хайс опустил руку на талию Зои и притянул её к себе. «Защищена», сказала она: защищена от контакта, предположил он, или от самой мысли о контакте.
Ему хотелось наклонить голову девушки к себе и сказать что-то утешающее. Скорее всего, так бы он и поступил, если бы на станции не завыла сирена.
Зоя резко выдохнула и отпрянула от него, словно ужаленная.
Хайс опустил взгляд на сигнальный огонёк планшета. Что-то насчёт Океанической. Деталей нет, но известия наверняка скверные.
Это биос смыкается над нами всё плотнее, подумал Хайс.
Часть 2
10
Не сказать, чтобы Зоя по-настоящему была в лесу одна. Её постоянно окружали и беспилотники размерами с насекомых и покрупнее, и дистанционно управляемые роботы на пауковых ножках; кроме того, девушка оставалась связанной с Ямбуку плотной телеметрией… Тем не менее, она чувствовала себя одинокой, невыразимо одинокой — особенно после полуночи.
Собственно, для того Зоя и появилась на свет, для этого одиночества. Побуждение закрыться, отгородиться от всех было вшито в её ДНК; это была та же генная модификация, которую первые койперовские колонисты несли в себе за орбиту Нептуна — раса монахов, вырезающих себе обиталища в замороженных глыбах под светом далёких звёзд. Одиночество Зою не страшило.
Но это совсем не значит, что она не боится.
Зоя поняла, что её пугает очень даже многое.
После полуночи девушка пробудилась в темноте своей палатки. Палатка была простой, сделанной из пенистого полимера, её задача заключалась не в том, чтобы защитить Зою от стихии (такую защиту обеспечивал костюм), а в том, чтобы спрятать её от диких животных. Костюм биозащиты был полуоткрытой системой; Зоя несла с собой запас еды и воды в стерильных контейнерах с герметично закрывающимися наконечниками, но выбрасывала неизбежные выделения — иначе говоря, мочу, фекалии и CO2. Эти выделения очищались аппаратами и нанобактерами костюма, но даже стерилизованные человеческие отходы притягивают хищников Исис, как магнит. Твёрдые и жидкие компоненты можно удержать и закопать, но дыхание и пот спрятать гораздо сложнее. И здесь на помощь приходила палатка — она медленно обменивала внешний воздух, мало-помалу выпуская молекулярную подпись Зои через осмотические фильтры и фильтры HEPA.
Но идеальных систем не бывает. Потеря Океанической станции десять дней назад наглядно это показала. Системы несовершенны, или же они не вполне адаптированны к биосфере Исис — и это наводило на невесёлые мысли о том, что даже сейчас Зоя может притягивать ночных хищников, незамеченных охранными системами периметра.
Вот, скажем, деревянное постукивание вдали — может, это и ветер в деревьях, а может…
Чушь!
Зоя рассерженно села, потеряв всякую надежду на сон. Как оказалось, в костюме биозащиты не так уж просто отдыхать — он добросовестно передавал коже Зои давление от каждой веточки и камешка под мягким полом палатки. Впрочем, ночные страхи причиняли куда большее беспокойство. Целая армия роботов-беспилотников без устали сканировали периметр, выискивая признаки движения или характерные молекулы; ни одно существо крупнее червяка не могло к ней подкрасться. А палатка Зои, пусть и не идеальная, от червяков уж точно защищала.
Значит — к чёрту все эти страхи, которые её гложат! Просто она слишком беспокойная, вот и всё. Зоя натянула на себя защитные чулки, открыла полог и вышла в ветреную тьму леса Исис, по виду напоминающего заросли саговников.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
