Лейверс покачал головой:
— Ну ладно, не будем говорить о вашем везении. Всем известно, что вы феноменальный везунчик, Уилер. Все остальное ясно.
— Благодарю вас, шериф. Но вы забыли упомянуть о моем исключительном рвении. Хотя об этом тоже всем хорошо известно. Могу я теперь уйти?
— Уйти?! А кто будет разгребать здесь?
— Я знаю только одного человека, который, как никто больше, подходит для этой работы, сэр. Его имя Хаммонд, и если вы позвоните в отдел по расследованию убийств, я уверен, что они именно его и пришлют.
Лейверс ухмыльнулся:
— Может, вы и правы. А как насчет миссис Куль? Не хотите ли отправиться к ней и разыграть из себя героя?
— Нет, сэр, — твердо сказал я.
Шериф одарил меня долгим взглядом — Что-то это на вас не похоже, — пробормотал он и взглянул на Кенди. — А-а, понимаю…
— О миссис Куль позаботится Джерри Шульц, — ответил я. — Насколько мне известно, им обоим доставит это огромное удовольствие.
— Отлично, — буркнул Лейверс. — Тогда исчезните с глаз моих долой.
Через две минуты мы с Кенди стояли около моего «хили».
— Ты была неподражаема, детка. Давай-ка отпразднуем это событие.
Кенди покачала головой:
— Извини, Эл, но мне надо вернуться к моему старикашечке.
— К Корнишу?
— Эл, — нежно проговорила она, — ты мне очень нравишься. Но я ведь говорила тебе — девушке приходится заботиться о себе. Моя норка уже вышла из моды, а к бриллиантовому браслету требуется такое же ожерелье. — Она снова улыбнулась — Не звони мне, я сама тебе позвоню.
Я смотрел, как она удаляется чарующей походкой.
Когда Кенди скрылась за углом, я забрался в машину и яростно нажал на стартер.
Я вернулся домой, потому что больше некуда было пойти. Поставив «Мрачное настроение» Дюка Эллингтона, я налил себе виски. Какой смысл изображать героя перед самим собой?
Потом я вспомнил о предложении Лейверса, от которого отказался в пользу Джерри Шульца, и уныло подумал: какой же я болван! Натали Куль — именно та женщина, которая могла бы по достоинству оценить героя.
Внезапно тренькнул дверной звонок. Я поспешил к двери. А вдруг это пожаловала с извинениями сама Венера? И действительно, то была она. Вернее, почти она. В дверях стояла Аннабел Джексон. Аннабел одарила меня манящей улыбкой. На ней было то самое чудесное вечернее платье, а точнее, то самое секретное оружие, которое Юг почему-то не использовал в войне с Севером.
Аннабел прошла мимо меня в гостиную, и я поторопился запереть дверь на случай, если она вдруг вздумает улизнуть. Когда я вошел в гостиную, Аннабел уже успела погасить свет и устроиться на кушетке.
— Я не люблю останавливаться на полпути, Эл. А ты?
— Тоже! — объявил я и сел рядом.
— Нас прервали в прошлый раз, — сказала Аннабел нежно, — в разгар нашего научного эксперимента.
Я хотела выяснить, кого же я боюсь — себя или тебя.
Помнишь?
— Помню, — блаженно промямлил я.
Я откинулся на подушки, ее рука крепко обхватила меня за шею. Атомный реактор пришел в действие, как только губы наши соединились. Я не знаю, сколько времени продолжалась эта схватка. Кто измеряет экстаз секундами?.. Наконец я почувствовал, что Аннабел отстранилась.
Я понял, что с ней происходит. Иногда нужно на мгновение остановиться, чтобы сделать глубокий вдох.
Я терпеливо ждал.
— Ты можешь поцеловать меня еще раз, радость моя, — пробормотал я. — Дай мне насладиться божественным нектаром твоих губ.
Внезапно вспыхнул свет, я растерянно заморгал.
Я приподнялся на кушетке и увидел, что Аннабел уже стоит на пороге.
— Ты что-нибудь забыла? — спросил я хрипло.
— Извини, Эл, — нежно проворковала она, — но эксперимент завершен.
— Завершен? — недоуменно протянул я. — Но, по-моему, он еще и не начинался.
Она покачала головой:
— Завершен. Я узнала то, что хотела узнать. Я не боюсь ни тебя, ни себя. Ты мне наскучил.
— Что? — прохрипел я.
— Да. Вот так, — улыбнулась Аннабел. — Пожалуй, я пойду. Лягу спать сегодня пораньше. Благодарю за сотрудничество, Эл. Очень мило с твоей стороны.
— Подожди минуточку, — умоляюще сказал я. — Но как же та ночь? Тогда все было иначе…
— Да, тогда было все иначе, — согласилась она. — Но ведь тогда эксперимент прервали, ты помнишь? Нельзя повторить в точности те же ингредиенты. Очень жаль, Эл, но тогда тебе, кажется, пришлось прервать эксперимент, чтобы выручить бедную миссис Куль? Так ведь? — Ее улыбка стала еще нежнее. — Спокойной ночи, малыш.
Приятных сновидений Она вышла, осторожно закрыв за собой дверь. Я решил проверить, что чувствовал Корниш, когда хотел перерезать себе горло, — достал проверенное лекарство и накапал себе двойную дозу. Я залпом проглотил его, но мое состояние ничуть не улучшилось. Я решил повторить.
Снова раздался звонок.
На этот раз я не торопился. Если вспомнить, как со мной обращается судьба, это мог быть налоговый инспектор.
С опаской открыв дверь, я вгляделся в темноту.
Мимо меня протиснулась Кенди и прямиком прошла в гостиную.
Я потрусил за ней. Кенди повернулась ко мне.
— Я просто подумала, — сказала она тихо, — кому нужны эти бриллианты? А норка? В конце концов, она создана природой, чтобы бегать на четырех ногах.
— Кенди, — выдохнул я, — ты чудесная девушка!
— И, кроме того, — небрежно сказала она. — У Калвина рецидив.
— Опять мысли о самоубийстве на почве корсетов?
— Нет, на этот раз виновата статистика. Он вбил себе в голову произвести перепись населения, чтобы установить, сколько женщин еще не охвачено корсетами. Эл, ну его к черту! Я хочу выпить!
— Сейчас принесу.
Я бросился на кухню. Когда я вернулся, то с трудом устоял на ногах. Платье Кенди валялось на кресле, а сама она энергично стягивала какую-то кружевную штуку.
Под ворохом кружев обнаружились трусики и бюстгальтер цвета Средиземного моря.
— Мне показалось, что ты хочешь выпить, — пробормотал я.
Она освободилась от кружев и выскользнула из Средиземного моря.
— Безумно хочу! Но неужели ты не заметил, что здесь слишком жарко?
