– Что случилось с остальными?
– Мы отобрали только знатных особ, способных иметь наследника, – объяснила девушка.
– И что ты будешь с ними делать? – поинтересовался Дэниел.
– Поговорю с каждым и выберу того, кто окажется наиболее подходящим.
– Не забудь, ты можешь избавить себя от этих хлопот, если выйдешь за меня.
– Это тебе надо кое-что запомнить. Ты мне не подходишь. – Валори повернулась к Генри: – Проводи этих джентльменов в столовую и назначь каждому время для беседы со мной. Если все пойдет гладко, мы уже к концу недели отыщем нужного кандидата.
Боцман тут же обратился к примолкшим претендентам:
– Переходите в столовую; я запишу ваши имена и сообщу, когда вам будет назначено. После этого вы все свободны.
Валори и Дэниел стояли в дверях, а юные соискатели вереницей проходили мимо них. Каждый мило улыбался хозяйке, целовал ей руку и говорил на прощание, что с нетерпением ждет следующей встречи. Когда церемония прощания подошла к концу, Валори удовлетворенно вздохнула. Ни один из женихов не показался ей крепким орешком, а раз так, найти подходящего безвольного мужа будет довольно легко.
– Наконец-то мы одни, – прошептал Дэниел и страстно поцеловал Валори в висок.
– Что ты делаешь? – Она вздрогнула от неожиданности.
– Вроде ничего особенного. – Он лукаво улыбнулся и, обнявшее за талию, притянул к себе так, что их бедра соприкоснулись. – В твоем присутствии я возбуждаюсь, – продолжал он. – Не знаешь почему?
– Да как ты…
– Дэниел!
Молодой человек тут же отстранился и улыбнулся леди Терборн.
– Как, ты уже закончила свои дела на кухне? Прежде чем его мать успела ответить, в комнате появилась Мэг.
– О, леди Терборн, какой приятный сюрприз! Захария сказал, что у нас гости, но не упомянул, кто именно, Валори не знала, о каком Захарии идет речь, но, увидев в холле Быка, который поморщился, услышав свое настоящее имя, сразу все поняла. Захария? Она до сих пор не знала, как его зовут. Неудивительно, что он предпочитал прозвище!
– Проходите и присаживайтесь, – вежливо предложила Мэг, провожая мать Дэниела к стоявшим в гостиной креслам. – Дорогая племянница, не могла бы ты попросить Питера приготовить для нас чай и бисквиты.
Лучше бы съесть кусок мяса и запить его ромом, с досадой подумала Валори, направляясь к кухне. Быка в прихожей уже не было – видимо, он сидел сейчас рядом с Генри, обсуждая, какого мужа выбрать для капитана. Девушку это мало волновало, как, впрочем, и само замужество. Правда, если бы не обстоятельства, она все же отдала бы предпочтение Терборну, который напоминал ей брата своей силой и напористостью характера. Увы, ей никогда не стать послушной женой, даже если бы ей этого захотелось: она ничего не смыслила в домашнем хозяйстве, а роль настоящей леди и жены казалась ей скучной, особенно по сравнению с полной приключений жизнью капитана пиратов.
– О, леди Эйнсли!
Томный мужской голос вывел ее из задумчивости. Она оглянулась и увидела одного из претендентов на ее руку – его звали Олкок. Разряженный по последней моде, он чем-то напоминал Валори попугая. Это впечатление дополняла тонкая цыплячья шея, выныривающая из камзола с широкими, явно фальшивыми, плечами.
– Вы прекрасны, как летний день, – ворковал он, целуя ей руку. – Мне больно от того, что приходится говорить вам «адью».
– Мне тоже. – Валори отдернула руку, взяла незадачливого «жениха» за локоть и поволокла к выходу. – Осторожно, ступенька! – Она с обворожительной улыбкой вытолкнула его на улицу, после чего с грохотом захлопнула входную дверь.
– Да уж, прекрасна, как летний день. Генри! – Дождавшись, когда тот выглянул из комнаты, Валори сказала: – Вычеркни Олкока из списка – он слишком прилипчивый. Да скажи Питеру, чтобы приготовил чай – у нас гости.
Боцман вопросительно посмотрел на нее.
– Леди Терборн и ее сын.
Генри кивнул и скрылся в комнате, а через мгновение оттуда вышел Одноглазый и направился в кухню отдать распоряжения Питеру. Валори вздохнула и пошла в гостиную. Первое, что она услышала, были слова Мэг:
– Боюсь, ее дядя обходился с ней недостаточно строго, когда они жили на острове. Он понятия не имеет, как нужно воспитывать девушек, и мне пришлось в самый кратчайший срок учить племянницу манерам. Она прекрасно справляется, но иногда допускает небольшие ошибки, например, забывает, что настоящие леди никогда не повышают голос.
Леди Терборн покачала головой.
– Она замечательная девушка, и ее манеры просто идеальны. А что до всяких мелочей, должна признаться, я тоже часто забываюсь и кричу на своих слуг куда громче, чем положено.
Услышав эти слова, Мэг скептически улыбнулась, в то время как леди Терборн продолжала:
– Мой сын сказал, что у леди Эйнсли начались неприятности с кожей из-за грима, и я пришла посмотреть, не могу ли чем-нибудь помочь.
– О, это так благородно с вашей стороны! – воскликнула Мэг. – Нам очень не повезло с косметикой. Вчера мы второй раз использовали грим, и второй раз у нас произошла неприятность. Скорее всего бедная девочка просто не привыкла к таким вещам.
– Но это не повлияло на ее популярность, – весело заметила леди Терборн.
– Да, – поддержал разговор Дэниел. – У леди Эйнсли те же проблемы, что и у меня: она должна выйти замуж, чтобы получить наследство. Кто-то раззвонил об этом на весь город, и сегодня все младшие сыновья, имеющиеся в Лондоне, собрались в ее доме.
– О! – изумленно воскликнула леди Терборн. – Я и сама слышала нечто подобное… То есть я слышала о завещании, – тут же поправилась она. – Честно говоря, меня очень удивляет, что ты еще не замужем, дорогая, – добавила она, обращаясь к Валори. – Разве там, где ты выросла, не было молодых мужчин? Кстати, как называется этот остров?
Мэг тут же поспешила на помощь Валори:
– Что касается женихов, то тут вся ответственность целиком лежит на Генри. – Боюсь, ее дядя не слишком любит общество и до нашей с ним свадьбы не понимал, какое значение оно имеет для молодой девушки. Вот почему племянница осталась незамужней в таком зрелом возрасте. Услышав слова «зрелый возраст», Валори помрачнела. Неужели она настолько стара?
– Сколько тебе лет, дорогая? – мягко спросила леди Терборн.
– Двадцать четыре, – поколебавшись, ответила девушка.
– О, понимаю! – У пожилой дамы сделалось такое выражение лица, словно речь шла о шестидесяти.
– Да-да, вы правы, – Мэг печально покачала головой, но Валори показалось, что она заметила искорки смеха в глазах «тетушки», – у нее серьезная проблема; к тому же условия завещания ее отца делают решение вопроса замужества абсолютно неотложным.
