Честно признаюсь, даже не поняла, в какой момент за ними закрылась дверь, и мы с Яном остались в квартире совершенно одни. Правда, как только мужчина подсел ко мне и обнял, на телефоне, что все это время лежал на столе, всплыло сообщение от мамы: «Не тупи! Действуй!»
Боже, как мы хохотали, стоило понять, что родители уже обо всем догадались. И да, было даже стыдно, хоть я и взрослая девочка, все равно румянец коснулся щек. Пришлось уткнутся Яну в плечо, хихикая.
— Я не подкачал? — спросил он, целуя меня в макушку и успокаивающе поглаживая по спине.
— О нет! Ты был замечательным! — тут даже говорить нечего, ведь мало того, что мужчина очаровал маму, так еще и порадовал отца тем, что показал себя надежным и уверенным человеком. Они ведь даже успели обсудить какие-то тонкости ведения бизнеса, и, судя по довольному лицу, папа был в восторге от своего собеседника. Ну и мама, пока мужчина разговаривали, все время меня дергала и толкала, намекая на то, что скрывать такого человека от семьи, было кощунством.
— Надеюсь, гостей больше не будет? — мужчина погасил свет в кухне и вернулся ко мне, положил свои широкие ладони на плечи и неспешно стал разминать мышцы, которые моментально отозвались чуть заметной болью. Вот ведь беда, совсем с этой работой превратилась в старуху.
— Я тоже очень надеюсь, — запрокинула голову и внимательно посмотрела в темные глаза и на чуть улыбающиеся губы.
— Тогда, — Ян совершенно неожиданно подхватил меня на руки и, глядя в глаза, сказал, — я вас украду. И да, хочу еще сказать, что у меня для вас, Кристина Альбертовна, очень печальная новость…
— Какая? — вмиг разволновалась, цепляясь за шею Яна.
— Я в вас по уши влюбился! А это значит, что вы все равно будете моей!
Вот такого признания я никогда в жизни не получала и вряд ли получу, потому что на такое способен только вот этот мужчина, целующий меня так, словно в последний раз. Мужчина, который только что дал понять, что теперь он и я неделимое целое, что могу сколько угодно прятать голову в песок и делать вид, что наши отношения — чушь, Ян все равно будет рядом.
Мне кажется, все сомнения и волнения, которые успела себе придумать, просто лопнули как мыльный пузырь, позволили мне окончательно расслабиться и принять все так, как есть. Сейчас важно только то, что мы вместе, впереди нас ждет чудесный, а я в этом не сомневаюсь, отдых, где мы перейдем на новый уровень отношений, где будет место доверию, тайнам и тем секретам, которыми хочется делиться только с самым дорогим и любимым человеком.
Глава 19
Ян
Выбравшись из суетливого города, который жил как днем, так и ночью, я медленно вел машину по трассе, думая о том, когда же последний раз отдыхал? Давно, слишком давно, чтобы помнить об этом дне. Или же, что чаще всего бывало, просто уезжал за город с дочерью на несколько дней, чтобы проветрить голову и дать ребенку больше свободы.
Может, я и не идеальный отец, но все мы делаем промахи, у всех нас бывают трудности, и мои частые задержки на работе никак не оправдывают, ни меня, ни кого-то другого. Наши дети нуждаются во внимании, нуждаются в том, чтобы мы чаще были радов, чтобы слушали и слышали, а не гнули свою палку, переходя на нравоучения.
Детство, слишком хрупкая и недолговечная вещь, не успеешь и глазом моргнуть, когда наступает первая любовь, когда твоя, казалось бы, малышка, впервые идет на дискотеку или свидание. А потом бац, и уже институт.
Каюсь, многое упустил, чаще делая акцент на работе и заработке, думая о том, что так дочка ни в чем нуждаться не будет. Но сегодня рано утром, когда вернулся домой, то обнаружил на кровати записку, в которой аккуратным подчерком было написано: «Я хочу настоящую семью, как у всех. И маму, самую лучшую на свете!»
Я не смог сдержать слез, которые моментально набежала глаза, но довольно быстро и резко стер их, прекрасно понимая, что моей девочке не хватает женского образца рядом. Она ведь так тянется к Кристине, потому что видит в ней того человека, который сможет принять на себя роль ее мамы. Наверное, отсюда и прямые ответы, без утайки, вопросы, которые ставят нас взрослых в тупик. Моя девочка устала быть одной, ей нужна поддержка. И я был бы рад, если бы в нашу семью вошла Кристина Альбертовна и хотя бы на чуточку смогла бы полюбить Сашку, как родную.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Покосился на спящих девочек, которые удобно разместились в большой машине, невесело усмехнулся грустным мыслям, которые роились в голове. Даже веселые сборы и вчерашний пресный вечер и ночь, не могли отогнать ненужные думы. Или это та на меня влияет монотонная дорога, редко попадающиеся машины и восход солнца?
Я планировал доехать до домика у моря за один раз, не останавливаясь на ночлег, но нужно помнить не только о себе, но и тех, кто сейчас едет со мной рядом. Саша до этого всегда путешествовала на далекие расстояние и могла спокойно перенести дорогу, конечно же, для этого необходимо было останавливаться, чтобы перекусить и размять ноги. А вот что касается Кристины — вопрос. Я не знаю, как и каким образом она путешествовала до этого, и сможет ли продержаться всю дорогу, сидя в машине. Но пока девочки спали, и дорога была относительно свободной, позволил себе чуть прибавить скорость, чтобы побыстрее проскочить некоторые сложные участки дороги.
Часа черед два первой проснулась Кристина, и то из-за того, что солнечные лучи стали касаться ее лица. Как бы я ни прятал ее от света, спасти не удалось. И вот уже черед несколько мгновений на меня, чуть щурясь, смотрит довольная мордашка девушки, которая, кажется, готова была мурлыкать от удовольствия.
— Удобно? — спросил, поглаживая учительницу по плечу, чуть убирая волосы в сторону.
— Нормально, — улыбается, — пока что не поняла всей прелести сна в машине.
— Тогда совсем скоро остановимся, чтобы попить кофе и перекусить, а там решим, останавливаться ночью на ночлег или доедим так.
Я успел посмотреть весь маршрут нашего пути и даже приблизительно знал, где лучше всего, судя по отзывам, кормят. И как только припарковал машину на стоянке у довольно большого придорожного кафе, как свои глазки открыла Саша и, посмотрев по сторонам, быстро отстегнула ремень безопасности.
— Кушать хочу! — пожаловалась дочка, и мы втроем вышли из машины, разминая затекшие спины и ноги.
Кафе действительно было неплохим, даже гурман мог найти что-то для себя, а уж такие как мы, подавно. Несмотря на то, что по расписанию у многих людей был завтрак, мы решили покушать основательно, и ко вторым блюдам захватили еще три наивкуснейших наваристых солянки.
— Я сейчас лопну, — простонала Саша, отодвигая от себя наполовину съеденную тарелку с картошкой и отбивной, — я больше не могу.
Несчастный, закормленный ребенок сполз вниз по стулу и даже запрокинул голову, показывая всем видом, насколько ему плохо. Кристина, кстати, так же тяжело откинулась на спинку стула и сыто погладила живот.
— Я тоже все!
Вот едоки! В меня поместился еще салат и целый стакан компота, прежде чем мы вышли из заведения и вновь расселись по своим местам. Больше гнать, как делал это раньше, я не мог. Иногда попадался такой плотный поток машин, что приходилось сбавлять скорость и плестись словно черепахи, а то и вовсе вставали в небольшую, но хорошо «сжирающую» время, пробку.
Несколько раз приходилось останавливаться по вполне объяснимым причинам и вновь догонять те машины, которые за время нашей стоянки успевали обогнать и перегнать нас, при этом ехали они настолько отвратительно, что вновь захотелось вырваться вперед и оставить горе водителей за всеми возможными поворотами.
Естественно, за весь пройденным нами путь, девочки так замаялись, что я решил заехать в гостиницу и остаться на ночь там, чтобы можно было вытянуть ноги и просто положить голову на подушку. При очередной остановке, смог отыскать неплохую гостиницу, где забронировал двухместный номер. Однако, суть своего промаха понял лишь тогда, когда добрались до места.
