А теперь, уважаемый читатель, взвесьте все pro et contra [5] и решите для себя самостоятельно, всегда ли трудолюбие и усердие могут быть залогом успеха.
Существует необозримое море литературы о высшей психической одаренности. Расходясь в трактовках и истолкованиях этого загадочного феномена, почти все исследователи единодушны в одном: за все время существования человеческой цивилизации насчитывается примерно около четырехсот бесспорных гениев, творчество или деяния которых оказали решающее влияние на ход мировой истории. Эти люди – своего рода бродильный фермент (или необходимый витамин), обеспечивающий поступательное движение социума. Именно они совершают открытия, пишут великие книги, создают новые смыслы и предлагают нетривиальные технологические решения. Стоит только вынуть из живого тела всемирной истории этих творцов и подвижников, как величественное здание человеческой культуры зашатается, подобно карточному домику, и немедленно рухнет.
Выдающийся отечественный генетик доктор биологических наук В. П. Эфроимсон (1908—1989), автор серьезного труда «Биосоциальные факторы повышенной умственной активности», много занимался проблематикой психической одаренности и тоже пришел к выводу, что история мировой культуры сохранила имена примерно четырехсот гениев.
Причем среди этой разношерстной публики тоже имеется своя табель о рангах. Первые позиции в этом списке займут так называемые общепризнанные гении, имена которых у всех на слуху. Это Шекспир и Гёте, Александр Великий и Наполеон Бонапарт, Моцарт и Бах, Пушкин, Гоголь и Толстой, Дарвин и Мендель, Ньютон и Эйнштейн... В зависимости от пристрастий, интересов и профессиональных склонностей каждый читатель сверстает свой список, но вряд ли в нем будет больше полутора десятков имен. За гениями первого ряда следует приблизительно сотня деятелей и творцов высочайшего уровня, но несколько менее известных. Подножие этой пирамиды образуют около трехсот несомненно гениальных личностей, прославившихся в более специальных областях.
Эфроимсон пишет, что в ходе своих исследований он неожиданно натолкнулся на такой примечательный факт: среди великих мира сего достаточно часто встречаются некоторые наследственные болезни. Во всяком случае, плотность этого признака среди выдающихся персон несопоставимо выше, чем в среднем в популяции. Эфроимсон назвал эти особенности «стигмами» гениальности и выявил их ровным счетом пять. Слово stigma в переводе с греческого означает «клеймо, пятно»; в древности так называли специальные метки или клейма на теле рабов и преступников. Возможно, некоторым из наших читателей доводилось также слышать о стигматах христианских фанатиков: у ревностных верующих с истерическим складом психики накануне Пасхи открывались на ладонях и стопах кровоточащие раны. Перечислим эфроимсоновские стигмы высшей психической одаренности.
Во-первых, у гениев в десятки раз чаще, чем в среднем в популяции, отмечается наследственно обусловленный повышенный уровень мочевой кислоты в крови. В своем клиническом выражении повышенное содержание уратов (так называют соли мочевой кислоты) приводит к их отложению в тканях с последующим развитием воспалительных и деструктивно-склеротических изменений. Механизм действия этого фактора и его связь с высокой умственной активностью достаточно хорошо изучены и будут подробно изложены ниже.
Во-вторых, это редчайший и опять же передающийся по наследству синдром Марфана (его еще иногда называют «синдромом Авраама Линкольна»), частота которого в обычной популяции не превышает одного случая на тысячи и даже десятки тысяч людей. А вот среди тех самых четырехсот выдающихся деятелей им страдали по крайней мере пятеро. Механизм его действия и тип наследования также хорошо изучены.
В-третьих, это так называемый синдром тестикулярной феминизации, или наследственный синдром Морриса («синдром Жанны д'Арк»), а также весьма близкое к нему по механизму биохимического действия повышенное содержание мужских половых гормонов (андрогенов) – гиперандрогения.
В-четвертых, это отличающая многих гениев психофизиологическая особенность – так называемая гипоманиакальная депрессия, в некоторых случаях доходящая до психической патологии. Читатель должен помнить, что в начале этой книги мы немало внимания уделили циклоидам и циклотимикам – людям с волнообразными колебаниями настроения и эмоционального тонуса, а также описали конституционального гипоманьяка – фигуру редкую, феерическую, наделенную чудовищной, бьющей через край энергией. Гипоманиакальность – дефиниция сугубо медицинская и означает состояние, промежуточное между маниакальностью и нормой. Таким образом, конституциональный гипоманьяк – это человек, для которого подобное состояние является обычным, «рабочим». Механизм действия четвертого фактора в общих чертах понятен, однако работы тут еще непочатый край, поскольку интимная механика протекания психических процессов изучена крайне недостаточно.
Пятый фактор, пишет Эфроимсон, строго говоря, трудно назвать фактором. Это, скорее, чистой воды стигма. Речь идет о часто встречающейся большой или даже огромной высоте лба у гениев. В чем тут дело, не вполне ясно, поскольку очевидно, что сам по себе высокий лоб никак не может быть причиной выдающихся умственных способностей. По всей вероятности, это всего лишь внешнее проявление неких морфологических особенностей строения головного мозга, что каким-то образом связано с творческими потенциями человека.
Прежде чем перейти к подробной характеристике эфроимсоновских стигм, необходимо сделать два небольших отступления.
Когда мы говорили о гипомании выдающихся личностей, находящейся на грани с психической патологией, то не имели в виду поставить знак равенства между гениальностью и безумием. В конце XIX века итальянский судебный психиатр и криминалист Чезаре Ломброзо (1835—1909) выпустил книгу под названием «Гениальность и помешательство», в которой попытался обосновать весьма сомнительную идею, что выдающиеся умственные способности и психические болезни растут из одного корня. В свое время книга имела шумный успех, но в наши дни теоретические выкладки бойкого итальянца безнадежно устарели. Разумеется, не подлежит сомнению, что процент «странных» людей среди великих умов выше среднего в популяции, но само по себе наличие радикала с любым знаком (шизо– или цикло– в данном случае значения не имеет) еще не дает оснований говорить о психической ненормальности гениев. Нам уже приходилось писать о том, что так называемая средняя норма – не более чем математическая абстракция, и практически у каждого субъекта можно без особого труда выявить те или иные радикалы в самых разных пропорциях и смешениях. Не будем спорить: удельный вес акцентуантов, психопатов и даже душевнобольных среди общепризнанных гениев ощутимо превышает средние показатели, но это еще не повод заявлять, что душевная болезнь и выдающиеся умственные способности – по сути одно и то же. Проблема не так проста, как кажется на первый взгляд, поэтому примитивный лобовой подход Ломброзо грешит излишней прямолинейностью (как, кстати говоря, и его знаменитая некогда теория о врожденном преступнике).
Другая распространенная ошибка – недооценка достижений древних и отказ им на этом основании в праве именоваться великими. Нелепо предъявлять претензии, скажем, Пифагору, что он решал задачи, понятные и доступные сегодня школьникам. Любые оценочные критерии следует помещать в конкретный социально-исторический контекст и соотносить с уровнем знаний определенной эпохи. Как и все мы, гении живут не в безвоздушном пространстве. Точно так же нас не должны удивлять цинизм Никколо Макиавелли или бешеный нрав и явно уголовные наклонности Бенвенуто Челлини, поскольку этих людей сформировала вполне определенная социальная среда. Не следует ждать от титанов Возрождения подлинного демократизма или строгой политкорректности. Нам представляется, что это вещи элементарные и самоочевидные, поэтому лучше оставить в покое «аморализм» и «пороки» наших предков и перейти к обстоятельному рассмотрению пяти стигм В. П. Эфроимсона.
1 Подагра. Подагра – хроническое заболевание, обусловленное нарушением обмена пуринов и характеризующееся отложением солей мочевой кислоты (уратов) в тканях с развитием в них воспалительных и деструктивно-склеротических изменений. Подагра была прекрасно известна еще Гиппократу, что вовсе не удивительно, поскольку от всех прочих артритов ее отличают характерные признаки: легко определяемые на ощупь отложения кристаллов уратов в тканях, воспалительный процесс в очаге поражения и часто возникающие острые боли в большом пальце ноги. Древнеримский врач Гален полагал, что подагрой страдал легендарный Эдип; по некоторым данным, подагриками были Александр Македонский, Птолемей и многие другие выдающиеся деятели античности.
