- я понял, наставник. - Покорно склоняю голову, что бы собеседник не увидел отблесков злости в моих глазах.
- возвращайся к своей группе. - Тренер подтолкнул меня в плечо, и вызвал на импровизированную арену, следующих дуэлянтов.
- только попробуй проиграть. - Произношу своему "брату", передавая ему тренировочный меч.
В ответ удостаиваюсь хмурого и решительного взгляда, как бы говорящего, "не сегодня...".
Второй поединок продлился чуть дольше первого, и закончился точным уколом в живот, в исполнении члена нашей группы. Третий бой не успел начаться, как был завершен первым же ударом... оба соперника умудрились провести результативную атаку.
- м-да... - Одариваю приятеля печальной улыбкой. - Это уже в третий раз к ряду.
- стабильность - признак мастерства. - Раздается голос за моим левым плечом.
- да пошли вы знаете куда... - Раздраженно произнес неудачливый поединщик.
- мы там уже были, и ничего интересного не видели. - Хмыкнул еще один "брат".
Шуточную перепалку прервал суровый взгляд наставника, который с раннего утра был чем-то недоволен.
В дальнейших боях никаких неожиданностей не произошло, и наша группа одержала уверенную победу со счетом "шесть - три".
***
Седьмой год учебы ознаменовался нетолько очередным переездом на более высокий этаж, а так же увеличением тренировочных нагрузок, но и разрешением два раза в декаду, выходить за пределы территории монастыря. Не скажу что я настолько соскучился по внешнему миру, или по общению с обычными людьми... да и потребности организма помогала удовлетворять верная "кошка-рабыня". Однако, первый выходной за стенами монастыря, ожидался как праздник, на равнее с днем рождения или новым годом.
После традиционной пробежки, разминки и завтрака, наша группа была проинструктирована о том, что вернуться мы должны до полуночи, а иначе спать придется на улице, а на следующий день будет серьезный разговор с наставниками. Как дополнительное наказание, фигурировал еще и запрет покидать стены "школы меча", на срок до полугода.
Для парней, которые шесть лет жили в ограниченном, пусть и обширном, пространстве, общаясь с одними и теми же людьми, угроза потерять возможность хотя бы на несколько часов покидать это место, оказалась очень значительной. Кроме того, теперь за любой проступок, ученик лишался своего законного выходного, и вместо отдыха в деревне, должен был помогать в подготовке и ремонте тренировочного инвентаря.
Надев новенькое белое трико, взяв с собой из кошеля немного монет, и затянув на ногах ремешки от сандалий, я потрепал Пинки по макушке, и пообещал вернуться вечером. Не знаю, может быть мне показалось, но кошка выглядела расстроенной.
Вдесятером, мы молча прошли по дороге до ворот, а там нас провели к незаметной дверце чуть в стороне от главного входа. На удивленные взгляды, мастер руководящий охраной, заявил что мы не настолько важные персоны, что бы ради нас открывать ворота.
Когда дверь за нашими спинами закрылась, на плечи опустилось странное ощущение, которое никак не удавалось распознать.
- ну что, пойдем? - Один из парней, кивнул чисто выбритой головой на виднеющиеся дома.
- свобода! - Другой наш "брат", раскинув руки в стороны, побежал к деревне.
- а мы что стоим? - Подал голос третий парень, так же срываясь на бег.
Не прошло и десяти секунд, как я остался один. Оставалось только хмыкнуть, и сохраняя невозмутимую, чуть снисходительную улыбку на лице, неспешно шагать в том же направлении, в котором умчались все остальные.
Должен заметить, что в один день, в деревню выпускали не больше двух групп учеников, (одну с седьмого, и одну с восьмого года обучения). Это было сделано для того, что бы молодые воины, уже освоившие немало умений и набравшиеся сил, не решили начать разрешать свои споры среди мирных жителей. Да и наблюдателям, гораздо проще каждый день следить за маленькими группами, чем один день в пять дней, бегать за толпами по сорок человек.
Дойдя до первых домов, я ненадолго остановился и стал оглядываться по сторонам. Искать парней было исключительно лень, да и присматривать за ними меня никто не просил. Зато внезапно появилось желание, посидеть в каком ни будь трактире, послушать болтовню местных, а заодно и выпить чего ни будь более крепкого чем чай из трав...
"решено: иду пить и вкушать разные вкусности".
После недолгих колебаний, первый попавшийся на пути трактир, был гордо проигнорирован, так как велика была вероятность, что именно туда и направились мои "братья". Та же участь постигла и второе питейное заведение, и на всякий случай, даже третье. Магазинчики с продуктами и сувенирами, завлекали красочными вывесками над входами, которые при прошлом посещении я не видел... ну или просто не обратил на них внимания.
Местные жители, почти не реагировали на мой внешний вид, лишь вежливо улыбались и кивали, если оказывались ближе чем на пять шагов от меня. Девушек, и брюнеток и блондинок, высоких и низких, фигуристых и неочень, было действительно намного больше чем мужчин и парней, и их заинтересованные оценивающие взгляды, заставляли проявлять чудеса выдержки и самоконтроля.
"спокойно-спокойно, никто не хочет меня убить или ограбить".
Понятия не имею, откуда у меня взялись такие инстинкты, однако ощущение будто бы вокруг находятся не милые девушки, а опасные хищники, никуда не пропадало.
"совсем одичал в этом монастыре".
Зайдя в ничем не примечательное заведение, первое что бросилось мне в глаза, это массивная стойка из темного дерева, за которой стоял крупный мускулистый мужчина в белой рубашке и сером переднике. Его рукава были закатаны до локтя, а в руках он держал объемный стакан из мутного стекла, который протирал влажной тряпкой. Только после этого, мое внимание перешло к скучающему лицу, украшенному короткой густой щетиной и завивающимися короткими черными волосами.
- что? - Трактирщик вопросительно приподнял бровь глядя на меня, потом перевел взгляд на стакан и снова на меня. - Ты не представляешь, как это успокаивает нервы. Гхм... чем могу быть полезен, молодой человек?
Осматриваю относительно небольшой зал трактира, в котором стоит всего шесть столов, в данный момент пустующих. Подхожу к стойке, и присаживаюсь на высокий стул, после чего выкладываю перед трактирщиком пару маленьких золотых монет.
- пиво, и последние сплетни... если вас не затруднит.
Деньги исчезли как по волшебству, а передо мной со стуком опустилась деревянная кружка, которую мужчина наполнил из "пузатого" глиняного кувшина, извлеченного из-под стойки. Затем он на некоторое время удалился за дверь, по всей видимости ведущую на кухню, и вернулся с подносом, на котором лежала кучка мелко нарезанных сухариков с чесноком, солью и перцем, а так же бутерброды с мясом и сыром.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
