– О... так ты... типа сделал мне большое одолжение? – труднее было задавить в голосе дрожь с нарастающей паникой и со столь неожиданным желанием... разреветься!
О, нет, нет и ещё тысячу раз нет! Только не это и не сейчас! Мало её колотило и шатало (на вряд ли это ходил под нею ходуном пол)? Ей ещё нужны силы, много-много сил и не только на словесную дуэль. Она должна отвоевать кольцо, после чего уйти отсюда в полной целости и сохранности с гордо поднятой головой. Вот только ей определенно не нравилось ни выражение физиономии Рика, ни уж тем более его взгляд самодовольных (и явно не щенячьих) глаз, будто он знал нечто такое, что заведомо гарантировало ему победу ещё до начала первых наступательных марш-бросков.
– Скажем так, жду, когда соотношение защитной экипировки будет равноценно "распределено" между обеими сторонами. Тебе в пальто не сильно душно? Кажется у тебя лоб блестит от пота.
Твою ж бл*дь!
Джо не поняла, как её ладошка (и куда более мокрая, чем лоб!) рефлекторно метнулась к голове.
Это разве что! Она успела забыть, что на этой руке у не болталась её вместительная сумочка, которая при сильном рывке (естественно!) потянулась вслед за локтем и долбанула свою хозяйку по ребрам, немного задев ещё и грудь. Правда так она хоть как-то сумела прийти в себя и услышать внутреннюю команду мгновенно очнувшегося здравого рассудка: "Какого мазерфакера ты тут расселась, идиотка! Рви когти на выход! Занимай стратегическую точку у выхода!"
Дважды повторять было не нужно. Сразу появился и дополнительный источник сил, а, самое главное, конкретная цель, которую надо было достичь за ближайшие секунды во что бы то ни стало.
– Я разве виновата, что у тебя тут климат контроль, как в сауне! – стараясь успеть обтереть ладошки о ворс ковролина, пока она группировалась, чтобы оттолкнуться от пола и встать более менее быстро, изящно и не раскачиваясь, как тот эквилибрист на тросе, Джо всё-таки выдала своё намерение – бросив короткий взгляд в глубокую нишу с дверьми лифта. – И я, надеюсь, ты окажешься джентльменом, раз накинул на бёдра полотенце, и вернёшь мне моё кольцо.
– Ну, во-первых здесь всего 25 градусов по Цельсию. – Бауман неожиданно оттолкнулся от дверного косяка практически одновременно с движением девушки, выпрямившейся на своих ватных ножках во весь рост. – А на счет кольца, во-вторых...
И сделал несколько неспешных шагов (в отличие от Джоанн едва не побежавшей почти ему навстречу и чуть наискосок от телевизионной тумбы) к углу ниши и второй свободной рукой нажал на панели с сенсорным дисплеем вызова лифта на крайнюю кнопку в верхнем углу рядом с пазом для электронного ключа. Джо увидела, как зелёный диод сменился на красный и вместо 25 градусов выше нуля по Цельсию её кожу стянуло ознобом в минус 30!
– Я ещё не услышал ни одного весомого аргумента, который смог бы меня заставить вернуть его тебе прямо сейчас и прямо на твой дерзкий пальчик.
– Прямо на пальчик не обязательно! Можешь из рук в руки! И что это ты только что сделал с вызовом лифта? – она была вынуждена остановиться в трех футах от второго угла ниши и напротив Рика, который, в отличие от неё, совершенно не собирался сбавлять ни шага, ни конкретного направления. – Ты нас запер, да?
Их взгляды снова скрестились и на этот раз ухмылочка Баумана сказала куда больше, чем хотелось бы понять самой Джо.
– Ты на редкость догадливая. И, если успела заметить, кроме твоего кольца и банного полотенца, у меня сейчас больше ничего нет.
– Меня это должно как-то простимулировать?
Нет, ну что за... засранец! Лыбится и лыбится, ещё и без той своей жуткой бороды! Но от этого желание сделать что-нибудь с его физиономией меньше не становилось.
Мало того, не останавливается! Хуже того, уже практически подошёл в самый притык! Скоро начнет оттеснять своим долбанным ацким жаром своего охренительно шикарного обнаженного тела в ближайший угол! Да она уже итак неосознанно отступила к стене и чуть назад, потому что... Потому что видеть вблизи (как двадцать лет назад!) его абсолютно голый да ещё и такой прокаченный торс было нереально... волнительно, пугающе и... и... да, чёрт возьми, возбуждающе! А ещё невыносимей – удерживать взгляд на его идеально выбритом (её собственными пальчиками!) лепном личике, на прошивающих насквозь глазах, ухмыляющихся и таких выразительных губах... Буквально держаться за них мертвой хваткой, поскольку соблазн потянуться вниз к яркому белому пятну махрового полотенца был не менее мощным, чем притяжение его затягивающей янтарной глубины.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
– Было бы неплохо. Особенно учитывая факты последних событий. Но что-то мне подсказывает, что в чудесной головке инфанты Иоанны едва ли мелькнет хотя бы слабый лучик чувства вины.
– Я тебя уже предупреждала, Рикки Громобой! Не называй меня ТАК! – не самый подходящий момент выдвигать собственные условия, особенно наблюдая буквально в упор, как Бауман пытается прямо на её глазах натянуть её же кольцо на мизинец своей левой руки.
– Какие у тебя тоненькие пальчики, однако. Хотя от этого не менее проворные и загребущие. – ему удалось протолкнуть платиновый ободок только до сгиба средней фаланги самого маленького пальца, ещё и демонстративно покрутить им перед носом Джо. – Похоже застрял. Придется чем-то смазывать, иначе не снять.
– Думаешь, это смешно? – она не смотрела на его руку, она пялилась в его лицо и уже практически задыхалась его запахом чистого вымытого тела – такого сильного и... невероятно сексуального тела (с чёртовым банным полотенцем на бёдрах!). Ей срочно надо вытереть ладошки!
И кажется её тыл к отступлению резко сошёл на нет. Она не заметила, как всё это время потихоньку пятилась назад, поскольку Рик не переставал наступать на неё, пусть и медленно, почти не заметно, но он всё-таки это делал, в конечном счете вынудив её вжаться спиной в ближайшую стенку, при чём в нескольких шагах от угла ниши с лифтом, от которого теперь было никакого толку.
А вот это полный... трындец!
– Это ты мне ответь, Джоанна Слоун! – ему было мало впечатать её в стену напором своего чёртового и просто до невыносимости сильного тела, так ещё и облокотился ладонью о золотистые шпалеры прямо над головой Джо и той самой рукой, на мизинец которой натянул её же кольцо! И при этом абсолютно голой сейчас почему-то чувствовала себя именно инфанта Иоанна, а никак не Рикки (мать его!) львиное-сердце!
– Это же ты мне полчаса назад под чистую сбрила бороду! При чём буквально, насильно и против моей воли! – нет, ну что этот сукин кот вытворяет? Какого лешего нагибается над ней, когда ей уже итак практически больше нечем дышать и отступать тем более? Между ними скоро вообще ничего не останется, даже этого гребаного полотенца! Она итак почти его не ощущает! Не помогает даже собственная защитная "броня", поскольку собственное тело под ней так гудит, горит и пылает, будто его обнажили заочно и до самых нервов!
– Не хотелось бы тебя огорчать, но... она тебя только портила! Без этой жуткой мочалки ты выглядишь намного лучше!
– Я отпускал её больше полгода! – он даже показал указательным пальцем правой руки на своё лицо, будто там ещё оставались доказательства последних следов преступления Джоанн Слоун. – Не тебе решать, что мне идет, а что нет и уж тем более не таким способом!
– Твоё счастье, что она у тебя растёт не синей, иначе... у многих по этому поводу могли бы возникнуть соответствующие вопросы с определенными умозаключениями!
Он слегка прищурился, всматриваясь в через чур бледное личико до невероятности упрямой блондинки, будто надеялся разглядеть в ней кого-то ещё. Кого? Откровенную четырнадцатилетнюю дурочку, которая когда-то по пьяни призналась ему в своей юношеской любви? Размечтался!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
– Только не говори, что в тебе взыграла обычная детская обида! Ни один человек в здравом уме не пойдет на подобное безумие, если его чувства перед этим не достигли критической отметки. Не мог же я тебя настолько сильно задеть ни в Аркадии, ни уж тем более здесь в ресторане! Похоже у твоих спавших демонов оказался запредельный срок давности.
