На мои слова отреагировали все за столом. Если девушки просто посмотрели, то Казуки с Атарашики еще и брови вскинули.
— А нам это разве надо? — удивился парень.
— Не знаю, малыш, пока ничего не могу на это ответить, — произнес я. — Чисто технически мне плевать, кто передо мной, мечник или рукопашник. Я его и со своими нынешними силами укатаю. Да и холодное оружие для меня все равно что палка. Но и отвергать способы усилиться мы тоже не можем.
— То есть я тоже могу обучаться фехтованию? — с горящими глазами спросил он.
Нравится парню меч, что уж там. Кажется, даже больше, чем шагающая техника.
— Ну, — усмехнулся я, — если старейшина найдет нам учителя…
— Я вам так скажу, — промолвила Атарашики, чуть приподняв подбородок. — Слава богам, что ты наконец пришел к этому. Я уж боялась, что не доживу до того момента, когда у нас появятся мечники. Род Аматэру всегда был родом фехтовальщиков! Мужчины использовали меч, женщины — нагинату. Пусть вы не можете применять бахир, но я… — запнулась она, — я рада. По поводу учителя не волнуйтесь, найти его — не проблема. Правда, не знаю, как быть с Казуки…
— А что не так-то? — возмутился он.
— Меня будут учить именно с мечом управляться, — ответил я. — Без бахира. А как подобное объяснить в твоем случае?
— Именно, — вздохнула Атарашики. — Лично я мастер нагинаты и не смогу вас обучить работе с чем-то другим. Среди слуг… — задумалась она. — Умельцев хватает, но я бы хотела, чтобы тебя обучал лучший из известных мне. Хотя нет, он не лучший, — задумалась она. — А Тоюоки вряд ли найдет время кого-то обучать.
— Кто такой Тоюоки? — не понял я.
— Глава рода О, — ответила Атарашики. — О Тоюоки.
— Ну да, — согласился я. — Не вариант.
Виртуоз, глава рода, глава Совета безопасности… Атарашики права, у такого человека вряд ли найдется время на меня.
— Так, может, кого-нибудь из слуг возьмем? — спросил с надеждой Казуки.
— Нет, — отрезала Атарашики, после чего на две секунды задумалась. — Хотя да, почему бы и нет? Конкретно тебя и Ваку-кун может обучать поначалу, а вот для Синдзи у меня есть подходящая кандидатура.
Опять эти многозначительные паузы. Ваку-кун, кстати, это Махито Ваку, глава семьи Махито, одной из двух семей слуг Аматэру, у которых есть свой камонтоку.
— И кто это? — не выдержал Казуки.
Вот уж кого подобные паузы не напрягали.
— Цуцуи Ген, — ответила Атарашики с улыбкой.
— Глава рода Цуцуи? — удивился я. — Так они ж вроде рукопашники.
— Так сложилась ситуация, — пожала она плечами. — Род Цуцуи помимо рукопашного боя активно использует и фехтование. Просто на данный момент у них в роду всего трое мечников, вот никто это и не учитывает.
Цуцуи. Один из древнейших родов Японии, но при этом по силе такой же, как Аматэру до моего прихода, а по влиянию и финансам вообще где-то позади плетется. Очень древний, но при этом слабый и никому не нужный род. Почему так? Ну… Я бы сказал — такова жизнь. Отец нынешнего главы крайне плохо разбирался в финансах, что подкосило род. Даже не так: он не только был плох в финансах, но и не хотел этого признавать. Его сын, Цуцуи Ген, в этом плане гораздо разумнее, но так уж сложилось, что тридцать лет назад роду пришлось ввязаться в войну с каким-то филиппинским кланом. Войну Цуцуи выиграли, но потери сильно подкосили их. Плюс различные мелкие неудачи как до Цуцуи Гена, так и после.
— Хм, если он действительно хорош…
— Он второй по силе мечник в стране, — прервала меня Атарашики.
Посмотрев на нее укоризненно, я продолжил:
— Я не против. Только как он в качестве учителя?
— Он обучал сына и племянника, — ответила Атарашики. — Племянник погиб, но уже тогда они с двоюродным братом считались очень перспективными мечниками. А сейчас сын Гена считается одним из лучших.
— Ну что ж, — принял я решение. — Почему бы и нет? Сама с ним поговоришь?
— Синдзи, — покачала она головой. — Ты вообще понимаешь, что сказал? Он же тебе не лакей. Думаешь, щелкнул пальцем, и глава рода с шестью тысячами лет за плечами прибежит на зов? Нет, мальчик, ты сам пойдешь к нему и будешь просить поделиться с тобой толикой его умений.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Сам так сам, — пожал я плечами. — Я вообще парень не гордый.
На что все сидевшие за столом дружно поперхнулись.
* * *
Перед началом боев Ветеранов мы с друзьями снова собрались у входа на зрительские места арены. Лично я собирался опять отправиться к бойцам, среди которых были Мизуки с Миурой.
— Кто со мной? — спросил я их.
— Нам с Анеко там делать нечего, — произнес Райдон.
На что сама Анеко бросила на него недовольный взгляд, но промолчала.
— Вряд ли ты можешь многих с собой взять, — пожал плечами Тейджо.
— Норико? — посмотрел я на нее.
— Нет, — качнула она головой. — У меня с Китару не самые лучшие отношения, а больше там никого из Кагуцутивару не будет.
Китару — это ее двоюродный брат, сын младшего брата отца Норико. Тоя, участвовавший в сражениях среди Воинов, сын среднего брата, то есть они все друг другу двоюродные.
— А меня сопроводить? — спросил я иронично.
— Не в этот раз, — качнула она головой. — Говорю же, я с Китару на ножах, а подойти к нему и пожелать удачи в любом случае придется.
— Ну, как знаешь, — пожал я плечами.
Остальные тоже отказались. Все меня бросили. Даже как-то странно. Под ареной, где собрались участники, было достаточно многолюдно. Помимо самих участников с их родными, там еще и иностранцы с отцами шатались. Забавно. На фига их сюда пустили-то? Когда я туда пришел, Акено, рядом с которым стояча Мизуки, общался с Юлиями — старшим и младшим, так что, поймав взгляд рыжей, просто кивнул ей, направившись к Миуре и его наставнику.
— Аматэру-сама, — поклонились они, когда я к ним подошел.
— Кавагути-сан, — кивнул я мужчине. — Шо. Как настроение?
— Хорошее, Аматэру-сама, — ответил Кавагути Тадахару. — Сегодня парень определенно покажет себя с самой лучшей стороны.
— Я выиграю, — кивнул напряженный Шо. — Не могу себе позволить проиграть шестнадцатилетнему парню.
Это он про своего будущего соперника — Тачибана Эйкоу. В этом году среди Ветеранов доминируют «старички». Из шестнадцати человек только троим меньше восемнадцати. Инарико — семнадцать, а Мононобэ и Тачибане — по шестнадцать. Слова Шо — это, как по мне, не более чем гордость. Как ни крути, а стать Ветераном в шестнадцать дано далеко не каждому. Можно, конечно, упомянуть опыт — два года в их возрасте — это серьезно, — только вот Миура Шо начал заниматься бахиром года четыре назад, а Тачибана — минимум три, как и подавляющее большинство аристократов, то есть в тринадцать. А значит, и разница в управлении бахиром у них не два года, а один. Про боевой опыт вообще молчу — именно тренировать своих детей аристократы начинают примерно с десяти лет. Опять же плюс-минус год.
— У тебя весьма неплохие шансы, — улыбнулся я ободряюще. — Тачибана недавно понесли огромные потери, так что этот Эйкоу, скорее всего, просто… — запнулся я, не зная, как это выразить словами.
— «Накачанный», — помог мне Кавагути. — У нас таких называют накачанными. Когда в обучении идет сильный перекос в чистый бахир. Ни боевого опыта, ни всестороннего развития, просто день за днем тренировки на прокачку энергосистемы и пары техник, чтобы на ранг сдать.
— Именно, — кивнул я ему. То, что Кавагути меня понял, неудивительно, именно я передал ему всю собранную моими людьми информацию по участникам турнира. — Тачибана кровь из носу нужно показать общественности, что их род еще на плаву и у них есть перспективные бойцы.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Но ведь… — начал осторожно Шо. — Я так понял, об этом не только вы знаете. Тогда какой смысл?
— А его нет, — усмехнулся я. — Сейчас родом управляет обычный мальчишка, которого к подобному никто не готовил. Причем вокруг него одни дети. Просто парень ошибся, благо для рода это не является чем-то критичным.
