помни о моих словах.
После ужина она, с сестрой и Фелицей, вышли на свежий воздух. Гуляли по любимой оливковой роще, болтали, вспоминая детство. Вдруг, служанка расплакалась. Они стали ее утешать. На Атилию нахлынула ностальгия о прожитых счастливых годах в родительском доме. О том, что те дни уже не вернутся никогда. И она сама уже не смогла сдержать слезы. Сестра, растерявшись, присоединилась к ним. Все же вечер получился душевным, и она очень часто его вспоминала с теплотой. Особенно когда становилось грустно.
На следующий день, отец выделил ей охрану. Они выехали с самого утра. Только к вечеру добрались до поместья, где жила Серселия с мужем.
— Здравствуй, дорогая, — не скрывая радости, подруга стала ее обнимать, — Я уже думала ты не приедешь меня навестить. Тут такая скука. Но кое-кто не дает мне от нее умереть.
Игривая улыбка появилась на ее лице.
— Серселия, хорошо, что он здесь. Мне надо с ним поговорить. Им угрожает опасность, я должна их предупредить.
— Не понимаю тебя, дорогая, — улыбка пропала с лица старшей подруги, — Что все это значит?
— Связано с их ближайшим боем.
— Но на арене им всегда угрожает опасность. Пойдем. Тебе сначала обязательно надо поздороваться с моим мужем. Он тут в саду, под тенью смоквы.
Они пошли по дорожке, и Фелица поспешила за ними с ее вещами.
— Наших приятелей я поселила в гостевом доме.
Глава 11
— Приятелей? Они оба здесь? — Атилия не смогла сдержать своих эмоций, и сама удивилась такому.
— Да. Сначала прибыл Дакус, а на следующий день его товарищ. Там две хозяйские спальни и две для слуг. Есть гостиная и своя кухня. — Серселия немного замялась, после продолжила, — Моя дорогая, мне придется тебя поселить в том доме. Муж не разрешает никому из гостей жить на вилле. Только его брат и сестра имеют свои спальни в главном доме. Остальных не пускает, даже племянников. Прошлым летом к нему консул приезжал, его поселили в гостевом доме. Так что ты извини, но тебе придется жить под одной крышей с гладиаторами.
— М-да уж, ситуация. — Атилию такое огорчило, — Надеюсь, об этом никто не узнает. А родственники мужа сейчас гостят?
— Уехали. На той неделе приезжали. — Серселия продолжала, нахмурившись, — Вьются вокруг него как змеи. Специально раздражают. Мужу после их общения становится хуже. Но не пустить их в отцовское поместье он не может.
Она не заметила, как, не спеша, они подошли к мраморной беседке у искусственного пруда. Рядом росло, широко раскинув ветви, очень старое дерево смоковницы. За колоннами Атилия увидела пожилого мужчину. На нем была белая, с двумя красными полосками, тога. Он сидел на резном деревянном стуле с высокой спинкой, и наблюдал на лебедей в пруду.
Они вошли в беседку. Приблизившись, Серселия положила ему руки на плечи. Он повернул голову и поцеловал в руку жену.
— Дорогой, это Атилия, дочь Тита Атилия, трибуна двенадцатого легиона. Она замужем за Луцием, казначеем императора. Помнишь, я рассказывала о ней.
Мужчина в ответ начал говорить очень тихо и неразборчиво. Серселия слушала, склонив голову ближе к нему. После пересказывала ей все, что он сказал.
— Мой муж говорит, что знает твоего отца как храброго солдата и ответственного командира. Он так же лично знал твоего деда. Он сильно сожалеет, что знатного патриция и консула так унизили, и выступал в его защиту. Рад видеть в гостях. Но заранее вынужден отказать в этом твоему мужу. Обычаи его рода не позволяют принимать в поместье отца безродных прихлебателей республики и выскочек, присосавшихся к телу империи.
— Благодарю за прием, — Атилия немного склонила голову в поклоне, — Я уверена, мой муж знает обычаи вашей семьи, и не посмеет побеспокоить вас здесь. Сенат провозгласил Адриана Отцом Отечества и в честь этого, император намерен устроить пышное празднование в Амфитеатре Флавиев. Мой муж вот уже несколько дней занять подсчетами расходов на все это.
— Знаешь, дорогой, мужа Атилии и ее саму, император пригласил к себе в ложу на почетные места.
Пожилой мужчина рассмеялся в ответ на это. То есть самого смеха она не слышала, но было понятно, что он смеялся. Звук, издаваемый им, больше походил на хрип или кашель. Только прищуренные и веселые глаза давали понять о его настроении. Атилии такое не понравилось. Она хмурила брови в немом вопросе. Он стал говорить дальше, и Серселия разъяснила.
— Муж просит тебя не обижаться на его смех. Он не сомневается, что ты приглашена к императору по праву. Дочери благородных семей этого заслуживают. Что касается приглашения сына бывшего раба, то он помнит, что когда-то безумный Калигула привел в сенат коня. Человек, получивший большую власть, может возомнить себя богом. Это совсем не означает, что он таковым является.
Атилия не любила разговоры на политические темы. Однако ее несколько возмутило услышанное, и она решила заступиться за честь Адриана. Считая не справедливыми такие слова по отношению к августейшему, от старого сенатора.
— Я считаю, что император заслужил такое звание. Он сделал много хорошего для республики. Грандиозные строительства и завершения начатых до него строек. Он прекратил все войны, чем осчастливил матерей и жен солдат. Разве этого мало чтобы по праву называться Августом, и быть обожествленным?
Мужчина стал серьезным и задумчивым. Мгновение спустя начал медленно отвечать, а Серселия расшифровывала сказанное.
— Он говорит — в тебе видна порода настоящей патрицианки и дочери своей семьи. То, что ты сказала действительно правда —
