— Серьезное? — насмешливо фыркнул Руа. — Да они всего раз или два поцеловались.
— Когда? Все время же под присмотром были. Ни на минуту от отряда не отлучались.
— На озере.
— Ты это видел?
— Нет, конечно, — легкомысленно отозвался друг.
— Тогда с чего ты это взял?
— Внимательней надо быть, Эндрю. Внимательнее. Их переглядывания и смущенно-мечтательные улыбки именно тогда начались. Кажется, детишки все же влюбились друг в друга. Возможно именно в этом причина перемены, постигшая Зару. Но, если честно, я не думаю, что это все действительно серьезно.
— А как Майрин относится к их «влюбленности»?
— Ревнует, но всеми силами пытается проявлять благородство. Хотя, что ему еще остается? Ссориться с девчонкой? Это ребячество чистой воды. Мужчины себя так не ведут. А он, похоже, близко к сердцу принял совет демоницы — вырасти. Вот руки у него и связаны.
— Не понимаю. — У меня голова шла кругом. — Ты о чем сейчас говоришь?
— О нашей троице и их взаимоотношениях. Что непонятного?
— Да ничего мне не понятно! — вспыхнул я. — Ты надо мной издеваешься?!
— Тише ты, — шикнул на меня Натан. — Услышат же.
Поэтому пришлось сделать пару глубоких вдохов и выдохов. Помогло. Я смог продолжить уже более спокойно:
— Видимо я устал. Соображаю медленней. Расскажи еще раз. С самого начала. Хорошо?
— Хорошо, — осторожно откликнулся Руа. — Данирису очень нравится Зара. Не лучшая, на мой взгляд, кандидатура для первой любви. Сам понимаешь, она старше и ее родители будут, мягко говоря, не в восторге от нашего юного гения. Но и не худшая. Все же это не Эрна. Да и, если они действительно будут любить друг друга, все у них сладится. Хоть Владыки и не жаждут отдавать своих дочерей эльфам, у этой парочки шанс будет. Все же Дани не простой эльф. Он воспитанник твоего деда. Это раз. Он принц крови. Это два. И у него есть Лира. Это три.
— А причем здесь моя дочь?
— А притом, что она — Владыка Теней. И она связана с ним узами прямого родства. Согласись, этим может похвастаться далеко не каждый. Не такой уж это будет и мезальянс. Так что все их проблемы разрешимы. Поэтому лично я не вижу причин переживать. Но, повторюсь, вряд ли это серьезно. Они еще дети.
— Это я, как раз, понимаю. С Майрином что?
— Да ничего. Он со сверстниками не общался почти. Друзей у него не было. И вот только появился у него настоящий друг, влезла девчонка и все испортила. Дани влюбился и теперь уделяет приятелю не так много внимания, как тому бы хотелось.
— То есть он не Дани к Заре ревнует, а Зару к Дани?
— Да.
— Мир сошел с ума!
— Вовсе нет. Так часто бывает. Не волнуйся.
После ужина мы мирно расположились у весело потрескивающего костра. Спать не хотелось. Разговаривать тоже. Так мы и сидели, окутанные ночной тишиной. А потом Дани повернулся к подруге и тихо, одними губами попросил:
— Спой мне.
Я думал Зара начнет кокетливо отказываться, делая вид, что стесняется. Так обычно поступают девушки, когда хотят чтобы их начали уговаривать. Но вместо этого она просто спросила:
— Что тебе спеть?
— Не знаю. Просто спой о том, что шепчет тебе душа.
Мы слушали как завороженные. Ее голос бы похож на перезвон серебряных колокольчиков. Чистый. Нежный. Никогда я не слышал ничего подобного. Обычные, казалось бы, слова, но сердце отчего-то трогают:
Увядшие листья кружат надо мной И ветер несет их в простор голубой.
И бьются о камни волна за волной.
Их шепот коварный зовет за собой.
Умер закат. В зыбком блеске дня Подкралась к нам ночь, тишиною пьяня. И правит она в этом княжестве сна.
Безмерно прекрасна. Навечно одна.
Ей звезды сияют, ей светит луна
Осенняя Ночь — мне родная сестра
Умер закат. В зыбком блеске дня.
Подкралась к нам ночь, тишиною пьяня.
________________________________
# 1 автор Ю. Буланова
________________________________
— Красиво, — отозвался Руалин. — Очень. Но неужели ничего повеселей, не вспомнилось?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Нет, — сухо отозвалась девушка. — Не вспомнилось.
— Ладно. Тогда придется вспоминать мне. Ненавижу состояние, которое романтичные идиоты любят называть «тихой грустью». Тоска это, как не назови. Петь я не умею. Придется, значит, историю какую-нибудь вспомнить. Итак, познакомился я как-то с одной светлой леди. Полное имя называть не буду, сами понимаете, не хочется ее компрометировать. Ограничусь лишь личным. Лидия.
— Прошу прощения, но можно вы будете предаваться воспоминаниям без меня? — брезгливо сморщила носик Зарина. — Я, пожалуй, спать пойду. Спокойной ночи. И еще… при дамах подобные разговоры не ведутся!
После чего она царственной походкой пошла к своему лежаку. Дани, видимо выражая солидарность, последовал за ней. А Руалин сделал вид, что не услышал или не обратил внимания на ее слова.
— Ну, так вот. Встретил я ее на одном из балов, которые устраивал наш Правитель в честь праздника Середины Весны. Как эта прелестница при Темном дворе оказалась, понятия не имею. Кажется, ее отец при посольстве состоял. Но это сейчас те так уж важно…
Вдруг я почувствовал на себе чей-то пристальный взгляд, направленный мне в спину. Резко обернулся. Никого. Все спокойно. Защитный контур исправно работает. Показалось, наверное. Но только я сел на место и попытался расслабиться, как это повторилось. Спину снова прожег чей-то полный ненависти взгляд. Я это просто физически чувствовал. Снова обернулся. И снова ничего. Торопливо просканировал окрестности. Никого кроме нескольких грызунов поблизости не обнаружил. Тревога начала таять, как снег на солнышке. Наверное, я просто переутомился. Вот и чудится всякое. Может, последовать примеру нашей влюбленной парочки и лечь спать? Да, именно так и поступлю. Послушаю одну историю друга и пожелаю всем доброй ночи.
— В общем договорился я с ее служанкой, — тем временем продолжал свой рассказ Руалин. — За несколько монеток она согласилась провести меня в спальню прелестницы. Открыто прийти было никак нельзя. Она же не одна жила, а с родителями и тремя братьями, двое из которых были старшими. Так что если бы меня с юной леди застали, непременно жениться бы заставили. А это, ни в мои, ни в ее планы не входило. Пока я пробирался в ее спальню, меня пару раз чуть не раскрыли. То матушка Лидии пойдет экономку искать, чтобы взять у нее капли от головной боли. То младший брат в коридор выскочит. Ему видите ли, сон плохой приснился. То отец семейства, перебравший вина решает прогуляться. Вот и приходилось во всяких нишах, да подсобных помещениях от них прятаться. Целый час потратил, чтобы в будуар красавицы попасть. Но как только перешагнул порог ее покоев и за мной дверь закрылась, коснулось моей души сомнение. Ну, я понимаю, когда у милых дам в спальне, стены розовым шелком обиты. Белые или кремовые занавеси на окнах. А на стенах картинки с изображением цветущих долин висят. Бывают и другие, конечно. Нейтральные. Когда сразу и не поймешь, женщина или мужчина здесь обитает. Но тут… я сначала подумал, что меня служанка куда-то не туда завела. Вот представьте. Стены обиты красным бархатом. А висят на них далеко не милые девичьему сердцу пейзажи, а кнуты, цепи с кандалами и приспособления о назначении которых даже я представления не имею. Кровать огромная, застеленная черными простынями. В углу странная кованая конструкция стоит.
По коже поползли мурашки. Я уж и не знал, что думать. Может меня случайно (или специально, такое тоже исключать было нельзя) в пыточную камеру завели? Но тут из неприметной дверки вышла Лидия. Я об убранстве комнаты забыл мгновенно. Волосы подобно солнечным лучам сияют. Глаза как два чистейшей воды сапфира. А фигура… слов нет. Но главное, одета она была одну тоненькую ночную рубашечку. Никаких юбок, корсетов и прочей мишуры. Загляденье просто. И тут она делает наигранно-удивленное выражение лица и говорит: «Лорд эн Танар, что вы здесь делаете?»
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
