в Нью-Йорке в 1955 году, пишет, что «…он кончил ролью русского Фомы Бекета». То есть был убит по инициативе своего покровителя, как и канцлер английского короля Генриха II — Ф. Бекет.
Теперь мы вправе заключить, что физическое устранение Столыпина произошло после его политической смерти. И говорить о том, что Богров «остановил» реформы Столыпина, неразумно. Столь же нелогично связывать относительные успехи русской экономики в эти годы со Столыпиным. В те предвоенные годы в Европе сильно поднялись цены на продовольствие и сырье (данные об этом см. у Р. Пайпса: «Россия при старом режиме»). Поэтому Россия получила дополнительные доходы от практически неувеличившихся по объему продаж сырья и хлеба.
На знаменах шовинистов всегда серость и злоба. Столыпин — не исключение.
Дмитрий Стогов
Правые и политика Столыпина
Имя видного государственного деятеля России начала ХХ века, председателя Совета министров России (1906–1911) Петра Аркадьевича Столыпина (1862–1911) является широко известным и популярным в среде политиков, ученых, представителей творческой интеллигенции. Об этом, в частности, свидетельствует высокий рейтинг, который Столыпин получил в известном телепроекте «Имя Россия». Он оказался среди тех, кто попал в топ-лист 12 самых популярных деятелей России, и по результатам электронного голосования занял второе место после Александра Невского.
Между тем, и по сей день не стихают дискуссии о значении тех реформ, которые проводились или были подготовлены Столыпиным в период его премьерства. Представители различных политических течений современной России дают политике Столыпина оценки, которые варьируются от восторженных до крайне негативных. Если мы обратимся к прошлому, то увидим, что и современники Столыпина давали ему и его политике весьма разные характеристики: от полного одобрения, до полного отторжения. Таким образом, споры о личности выдающегося государственного деятеля эпохи Николая II начались еще при жизни Столыпина и не прекращаются до сих пор.
По сути дела, реформы П. А. Столыпина 1906–1911 гг. явились последней попыткой монархической реформации в Царской России. Правительство Столыпина ставило перед собой главную цель — спасти и укрепить монархию в той политической ситуации, которая сложилась в стране в ходе первой русской революции 1905–1907 гг.
Постановка задачи. Основной вопрос, который рассматривается в данной статье, заключается в том, могли ли реформы, предложенные Столыпиным, решить задачу спасения монархии, или же объективно они ее ослабляли, вне зависимости от планов реформатора.
Ответ на этот непростой вопрос мы будем искать, обращаясь к правому, монархическому лагерю, представители которого уже по своему определению должны были являться опорой монархии. Мы постараемся показать, как монархические круги оценивали столыпинские реформы с точки зрения возможности достигнуть заявленной цели — укрепить монархию и традиционные устои, и как действовали правые: помогали или мешали реформам?
Кто такие правые? В исторической и политологической литературе под правыми традиционно понимают «консервативные партии, отстаивавшие и отстаивающие традиционные — политический, социальный, экономический, религиозный, бытовой — уклады жизни, стоящие за сохранение основ существующего или существовавшего строя».
В России конца XIX-начала ХХ в. правые выступали за сохранение самодержавия, и в этой связи термин «правые» для того времени фактически являлся синонимом «монархические организации». Правые ратовали также за первенство русской народности и православной религии на территории традиционного проживания русских, малороссов и белорусов.
Старейшей политической организацией правых являлось Русское собрание, созданное в Петербурге в конце 1900 года монархической элитой русского общества под традиционным лозунгом: «Православие. Самодержавие. Народность». Официальная программа Русского собрания была утверждена в 1906 г. и включала следующие положения:
— самодержавная и неделимая Россия;
— господствующее положение Православия в России;
— законосовещательный характер Государственной Думы.
В дальнейшем правые круги были представлены различными политическими организациями, органами печати соответствующей направленности, политическими салонами, отдельными крупными деятелями, выступавших с публичной пропагандой своих взглядов.
Следует отметить, что правое консервативное движение не являлось однородным. В нем переплетается множество достаточно разнородных течений — от умеренно правых до крайне правых. Умеренно правые готовы были признать необходимость сочетания Самодержавия с неким ограниченным парламентом при ведущей роли самодержавия. Этот акцент на ведущую роль монарха резко отличал правых монархистов от правых либералов в лице октябристов и правых кадетов, признававших необходимость сохранения в России монархии, но при ведущей роли парламента (по британскому образцу).
К представителям умеренных монархистов относятся такие известные общественные деятели как В. П. Мещерский, издатель газеты «Гражданин», генерал Е. В. Богданович, организатор крупнейшего монархического салона и др. Они в основном поддерживали принципы и идеи третьеиюньской монархии. К умеренным правым с определенной долей условности можно причислить и партию «Всероссийский национальный союз» (ВНС), созданную в 1908 г., «Партию умеренно правых», возникшую в 1909 г. и вскоре объединившуюся с ВНС. Умеренные монархисты имелись и в составе руководящих органов сословно-политической организации «Объединенное дворянство» (1906–1917), где были представлены и лидеры крайне правых течений.
Крайне правые представлены главным образом Союзом русского народа (СРН) и другими родственными черносотенными организациями, которые возникли в 1905 г. в период первой русской революции. Отметим, что сам термин «Черная сотня» имеет большую историю и в Московской Руси, означал тяглое (облагавшееся налогами) посадское население так называемых «черных слобод». Черносотенцы также не были идеологически однородным течением. Не случайно после революции черносотенцы быстро раскололись. Более радикальными по своему содержанию оказались воззрения Всероссийского Союза русского народа во главе с Дубровинским. Более умеренными были приверженцы «обновленческого» крыла СРН во главе с Н. Е. Марковым и Союза Михаила Архангела, возглавляемого В. М. Пуришкевичем. В стане «дубровинцев», в свою очередь, были также свои крайне правые радикалы, вроде Н. Н. Жеденова, редактора-издателя газеты «Гроза».
К настоящему времени вышло в свет большое число работ, так или иначе посвященных реформам П. А. Столыпина и отношению к ним со стороны правых монархических кругов.
Среди работ советского периода следует отметить монографию «Самодержавие, буржуазия и дворянство в 1907–1911 гг.», написанную известным ленинградским историком В. С. Дякиным. Он одним из первых в советской историографии привлек внимание к тому факту, что реформы П. А. Столыпина встретили сопротивление со стороны тех политических сил, которые считали, что существующие в России порядки не требуют никаких реформ. Дякин назвал эти консервативные силы «легитимистами» и противопоставил им сторонников реформ, линию которых определил как «бонапартизм». По мнению Дякина, именно «столкновение бонапартистской и легитимистской группировок лежало в основе борьбы в верхах в 1907–1911 гг.».
Однако этот подход не был типичным для советской историографии. Гораздо более типичной была точка зрения известного московского историка А. Я. Авреха, который также отмечал бонапартистский характер столыпинской политики, но при этом оценивал Столыпина прежде всего как ярого реакционера, а не как реформатора. Аврех, в частности, писал, что «Столыпин — это именно и, прежде всего, правый крайний реакционер, проводник политики, вошедшей в историю под именем столыпинской реакции».
В работах постсоветского периода, как научных, так и
