Стрела, вошедшая в правый глаз, прекрасное лекарство от любых истерик. Частый свист стрел, гудение арбалетных болтов, в толпе то и дело падали люди, вопившие и призывавшие к бунту.
- Стоим, не торопимся, выжидаем - сказал я сквозь зубы.
- Чего ждем? - крикнул кто-то сзади, - сейчас всех поубивают.
- Щас основная масса кинется, тогда не до нас будет, а если мы побежим, то перещелкают как курей в курятнике.
Над полем разнесся совсем другой голос. Этот был сильным и мощным, чувствовалось, что его обладатель, больше привык отдавать приказы, нежели выслушивать их:
- Эй вы, твари! Я хочу сказать, что бежать вам не удастся. У меня хватит войск, чтобы подавить любой мятеж...
- Кто это? - спросил я.
Как ни странно откликнулся не Безухий, а Шустрый:
Это и есть главнокомандующий, даже ты его должен помнить. Кликуха Мясник. Говорят он сильно провинился, но король дал ему возможность реабилитироваться, захватив этот город.
- ...там вы можете выжить, а здесь у вас выжить не получиться. Вы можете попытаться сдернуть, и возможно кому то удастся, но я обещаю, что большинство утонут в своей собственной крови. Вырвавшихся отсюда, я клянусь, буду искать сам до конца своих дней. Пойманных же развешаю в живописном порядке на опушках лесов, виселицах городских площадей. Решайте сами!
Тишина повисшая над только что оравшими людьми была осязаемой. Я тоже слышал про мясника, и то что я слышал убеждало меня в том, что все его угрозы были не зряшными. Если мясник объявлял кого-то своим личным врагом, то тому можно было сразу идти и сдаваться, в надежде что его убьют быстро. Слабовольных же, решивших покончить жизнь самоубийством, было мало. Дело в том, что мясник не делал разницы между самими вргаом и его семьей. Он объявлял врага, а если тот сдыхал раньше, то что ж можно отомстить родне.
Видимо это, да еще вид разворачивающихся в боевые порядки войск, напрочь отбили желание бежать. Еще слышались отдельные свирепые вопли, еще где то волновались ряды, но момент был упущен. Видимо это поняли и на холме, поскольку первый голос пробормотал скороговоркой кары,
***
Потерь на удивление оказалось немного, видимо Мясник действительно был военным, а не придворным шаркуном, по крайней мере распланировал он все происшедшее действо, как военную операцию. Расставил нужные войска в нужных местах, довел до точки и заставил нас выплеснуться в контролируемом бунте, после этого подавил его жесточайшими мерами, но стараясь не растрачивать попусту человеческий материал.
Нас не стали располагать вместе с основной массой войск. Смешивать нас "ненадежных" и костяк армии посчитали несвоевременным. Наверное это правильно, тем более ничего особенного пока не происходило.
- Как ты думаешь, скоро нас на убой погонят? - спросил я у безухого.
Тот даже не стал думать а сразу ответил:
- Максимум еще сутки.
- Почему?
- А ты посмотри на лагерь, что видишь?
Я действительно повернулся и посмотрел. Картинка была как из музея изобразительных искусств: Вояки на привале. Дымились костерки, стояли походные шатры, вкусно пахло кашей, доносилась чья то ругань, вдали висели несколько нарушителей - идиллия, да и только. Честно все рассмотрев я сказал:
- Солдаты на привале.
Безухий с явной жалостью, как на умственно отсталого, посмотрел на меня:
- Сразу видно, что тебе крепко по башке перепало. Это вон там солдаты на привале - последовал кивок в сторону основных сил, - а здесь каторжники под охраной. Если их срочно не послать на убой, то вскоре весь лес будет увешан подобными украшениями. Мы прибыли последними вчера к утру и за день было восемь драк. Причем все с жертвами. И это не считая трупов при объявлении Высокой воли.
Он развернулся и пошел, а я остался на месте. Надо было подумать. Нет, не о будущем сражении, там от меня ничего не зависело. Больно уж меня интересовала личность Безухого, мне казалось странным, что никто кроме меня не замечает все его оговорки. Вот и сейчас, выражение Высокая воля, больше подходит для эльфов, нежели для людей или даже полукровок.
- Занимательно, - пробормотал я, почесывая затылок. - Если бы он не был таким уродом, то я бы сказал, что знаком с эльфом из высокого дома.
Плюнув и отложив решение это загадки до более лучших времен, я отправился спать. Наплевать на все бежать не удастся, ошейники не пустят за пределы лагеря, покончить хизнь самоубийством, как это сделали некоторые, я всего успею. Причем в коллективном порядке. Так что волноваться особенно не из-за чего, у меня всего два варианта: либо сдохнуть так, либо этак. Так что я лучше пока еще повыбираю, а торопиться не будем.
Книга скачана с сайта mirknig.su (бывший mirknig.com)
Глава 3.
1
Утро. Нам не сообщали специально, что именно на сегодня назначен штурм, но солдат, он ведь как горные тараканы, разводимые гномами. /Гномы очень точно предсказывают подземные толчки и их предполагаемую силу. Долгое время считалось, что это особая магия, присущая подгорному народу, пока один из людей, гулявший у своих друзей гномов на свадьбе, а это действо обычно длиться не меньше полутора месяцев, обратил внимание на певучих тараканов, которые гномы держат в домах, как мы канареек. Примерно за сутки до несильного толчка, они начинали волноваться, их свист становился угрожающим. При сильных толчках, их беспокойство становилось интенсивнее. Академия Стихийной Магии провела изучение данного явления и выяснила, что магии в нем нет ни на йоту. Одни лишь инстинкты насекомых, в природе живущих в сейсмоопасных зонах./ Точно так же, как те заранее чувствуют землетрясение, так солдат чувствует приближение неприятностей. Так и мы твердо знали, что нас сегодня будут убивать, и действительно, вскоре это получило подтверждение.
В нашу клоаку прибыли полковые маги. Ну, конечно, не наши, а тех строевых частей, которые посланы сюда. Нас с утра покормили, по этому, когда прибыли маги, да еще в сопровождении полевых кухонь, все уже становилось ясно. Солдат может бояться, но должен преодолеть свой страх, для нас даже это было роскошью. Нас тупо опоят настоем затормаживающим один из основных инстинктов - самосохранения, и вперед.
***
Мы обедали, когда по лагерю пронеслась весть о визите магов. Не доев, я облизал ложку, сунул её в карман и встал.
- Ты куда? - встрепенулся Шустрый.
- Схожу, гляну кого нелегкая принесла.
- Я с тобой.
Под негромкий смех окружающих, тот в несколько быстрых движений ложкой опорожнил свою тару и вскочил, стараясь разом прожевать всю кашу. Не знаю почему, но он прилип ко мне хуже банного листа. Скажу больше, он был уверен, что я не лох с воли, а из фартовых, да еще чистых. Чистый, это не то, чтобы я мылся недавно, это значит без наколок и клейма. Значит умный, хочет заработать и свалить, а то что я ничего не помню, так это тоже бывает.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
