не ступая на землю. Потом он передвинул труп, бросил пистолет и уехал.
— Глупый способ убийства, — нетерпеливо заметил Мейсон.
— Факты совпадают, Перри.
— Какие факты?
— Ну, начать с того, что машина, на которой уехал убийца, была заранее припаркована на стоянке.
— Почему полиция считает, что она была припаркована заранее?
— Они до конца в этом не уверены, но они так думают. Они нашли следы, ведущие от стоянки к автостраде, но обратные следы к машине отсутствуют. К тому же этот пистолет мог принадлежать Гарвину.
— Это еще как?! — подскочил в кресле Мейсон.
— Полиция вышла на Фрэнка Байнума, затем на его сестру Вирджинию. Они взяли ее в оборот, и она рассказала историю о наблюдении за офисом компании с пожарной лестницы, чтобы защитить интересы матери. Она даже рассказала, как ты поймал ее и заставил спуститься к тебе в кабинет. Она рассказала, что ты засмотрелся на ее ноги, и это позволило ей спрятать пистолет на пожарной лестнице.
— Ну и ну! — с иронией произнесла Делла Стрит.
— Что было, то было, — признался Мейсон.
— С этого момента полиция занялась Гарвином. По ее словам, Эдвард Гарвин после беседы с тобой в этот день поднялся к себе в офис. Подошел к окну, выглянул, что-то увидел и обратил на это внимание секретаря-казначея Джорджа Денби. «Денби, что это такое лежит на пожарной лестнице?»
— Похоже на спектакль, — недовольно произнес Мейсон.
— Денби, — продолжал Дрейк, — якобы подошел к окну и воскликнул: «Боже мой, мистер Гарвин, это — пистолет!» Фрэнк Лайвсей тоже был там и все видел. Потом Лайвсей вылез в окно, поднял пистолет, сказал, что он заряжен, и протянул его Денби. Денби осмотрел его и в свою очередь отдал Гарвину. При этом Гарвин разыграл из себя детектива: «Видите, на нем нет пыли. Если бы пистолет лежал там давно, то был бы весь в пыли. Значит, кто-то держал его в руке, находясь на пожарной лестнице. Кто бы это мои быть?!» Они еще немного поговорили, Денби хотел вызвать полицию, но Гарвин не позволил. Он якобы не хотел ненужной рекламы компании накануне собрания акционеров.
— Дело становится интересным, — перебил его Мейсон. — У нас есть пистолет, которым было совершено убийство, и на нем отпечатки пальцев трех человек.
— Дальше еще интереснее, — продолжал Дрейк. — Лайвсей в тот день приехал рано на работу, чтобы подготовиться к собранию, и торопился спуститься в бар за чашкой кофе. Гарвин сказал ему что-то в таком роде: «Лайвсей, я собираюсь уехать с женой в путешествие, отдохнуть от работы. Положите-ка пистолет в перчаточное отделение моей машины. Прелестная штучка. Я хочу еще раз осмотреть ее». Лайвсей выпил кофе, убедился, что его никто не видит, положил пистолет в машину Гарвина и вернулся. Они немного побеседовали, а затем Гарвин и Денби спустились на лифте вниз. Денби утверждает, что прежде чем расстаться, он видел, как Гарвин проверял, на месте ли пистолет в его машине.
Эта девушка, Вирджиния, за которую ухватилась полиция, заявила, что у нее полное алиби. Дескать, после того, как ты, Перри, заставил ее спуститься к себе в кабинет, ты ее тщательно обыскал…
При этих словах Делла Стрит шутливо присвистнула.
— Детские шуточки, Пол!
— Я не обвиняю тебя, Перри.
— Соедини меня с Эдвардом Гарвином, — обратился Мейсон к секретарше. Пока она набирала телефон, адвокат спросил Дрейка: «Полиция уточнила алиби каждого на время убийства: кто что делал, где, когда, почему?»
— Предварительное расследование они провели. Остальное не знаю. Ты же знаешь, полиция не держит меня в курсе своих дел.
— И что же они выяснили?
— Они начали с Денби. Тот работал всю ночь, диктовал на магнитофон, готовил бумаги для акционерного собрания. Он утверждает, что работал всю ночь. Более того, это совпадает с тем, что он сказал Лайвсею, который позвонил Денби рано утром, до того, как стало известно о смерти Этель Гарвин. Его рассказ совпадает и с тем, что рассказала Вирджиния полиции о своем ночном сидении на пожарной лестнице. Они просили ее описать все, что он делал ночью в кабинете. Похоже, что у Денби железное алиби. К тому же полиция считает, что у него не было мотива для убийства.
— История, которую рассказала Вирджиния мне и полиции, пахнет фантастикой. Хотя фантастические истории зачастую правдивы. А что говорят о Лайвсее?
— Лайвсей — холостяк. Он спал дома. Он не может представить никакого алиби, поскольку спал один. Полиция посоветовала, что на будущее ему не мешало бы жениться.
— Они любят давать советы, — заметил адвокат.
— Но с кем бы они очень хотели поговорить, так это с Гарвином. Они знают, что он должен появиться на собрании акционеров и что он обвиняется в двоеженстве. Поэтому они собираются навалиться на него, как кирпичная стена, как только он…
— Гарвин у телефона, — перебила Дрейка Делла Стрит.
— Хелло, Гарвин. Говорит Мейсон. Хочу задать вам пару вопросов. Будьте очень, очень осторожны в своих ответах.
— Ради бога, Мейсон, это ужасно! Почему вы уехали сегодня утром, не разбудив меня?
— Мне показалось, вы не хотите, чтобы вас беспокоили.
— Ради бога, Мейсон, случилось такое, а
