Читаем без скачивания Империя Аратан - Альберто Чудов

— А другой у тебя и не может быть на данный момент. Вот только зачем тебе на фрегате ракеты малого радиуса действия? Замени их на комплекс противоракет, может так проживёшь чуть подольше.

— Хорошо, об этом я не подумал. А вот насчёт баз я хотел выяснить у тебя. Могу я официально заказать у военных какие-нибудь тактические базы и ракеты?

— Ракеты — без проблем, я уже решил этот вопрос с СБ, а вот базы по тактике тебе никто не даст, они засекречены, но у меня есть идея, — сказал Виг с хитрой улыбкой.

— Какая?

— Я выбил тебе разрешение на виртуальный тренажёр. Сейчас мы идём туда и посмотрим, на что ты способен. Времени сделать из тебя сносного пилота нет, но кое-чему обучить успею. Давай, давай! Пошевеливайся! — поторопил меня Виг. — Будем выбивать из тебя дурь!

— Виртуальный тренажёр «Ратник», — сказал лейтенант, когда мы вошли в большой зал с пятью десятками странных устройств, мало похожих на те, которые видел в Центре Сертификации, — управляющий искин позволяет моделировать сражения, как малых групп кораблей, так и крупных флотских соединений. Начнём с пилотирования, попробуешь пройти начальную полосу препятствий. Залезай и осваивайся.

Внутри было стандартное пилотское кресло с подсоединением к нейросети. Прошла загрузка виртуальной реальности, и я оказался в рубке фрегата, управление оружием было пока заблокировано, доступным осталось только ручное управление. Подал сигнал готовности, и передо мной возникло астероидное поле, частью соприкасающееся с гравитационным полем планеты. Это был хаос летящих с разной скоростью и траекторией кусков камня, льда и металла. Их столкновения дополнительно добавляли неразберихи, так как порождали новые куски из расколовшихся. Ужас! Мне понадобилось пятьдесят четыре попытки, чтобы продержаться в нём положенных десять минут! Далее, появился Роттом на истребителе и предложил попробовать не отставать слишком далеко. Через пару часов, когда у меня стало худо-бедно получаться, Виг усложнил задачу — не просто не отставать, а захватить его истребитель системой наведения. И вот тут у меня ничего не вышло, как я ни старался. Он не давал времени захватить цель: ловко лавировал и подставлял вместо себя астероиды. Потом были стрельбы по объектам, двигающимся по сложной траектории, вот тут я даже пару раз случайно попал. Итогом моих усилий стала фраза Вига: «Ну, в бабушку на костылях с двух метров попасть сможешь, правда, если подойдёшь со спины! А вот пилотировать совсем не умеешь, тебя любой трёхлетний ребёнок на игровом симуляторе сделает!» Я попытался ему объяснить, что до недавнего времени корабли видел только в кино и на картинках фантастических книг, а симуляторов, близких к реальной физике космического пространства, у нас вообще не было.

Видимо, тест моих способностей был закончен, и теперь началось обучение — Виг показывал, а я старался выполнять всё в точности: как нужно правильно двигаться в астероидном поясе; как работать активными щитами, чтобы с их помощью перенаправить маленькие астероиды на преследующего противника, помешав ему. На сертификации было в разы легче, там астероиды были более статичны и летели в одном направлении, без столкновений друг с другом. Опыта мне категорически не хватало, там где лейтенант больше полагался на интуицию, мне приходилось строить математические модели движения и рассчитывать траекторию. Конечно, все эти операции можно возложить на искина, но Виг пояснил, что данное упражнение помогает понять сам принцип полёта, выработать интуицию на опасность, достигнуть более плотного слияния с кораблём. Не с первого или второго раза, но кое-что начало получатся. В итоге мы решили сосредоточиться на отработке тактики «ударил и беги», точнее, на второй её части — как правильно убегать. Лейтенант показывал стандартные схемы атак и засад пиратов, объяснял, как использовать преимущество в скорости в бою против более крупных судов, и всё равно, я мало, что мог противопоставить профессионалу его уровня. После того, как мы вывалились из тренажёров, измотанные непрерывной десятичасовой тренировкой Виг сказал:

— Завтра принесу тебе базы по ракетам, а сегодня постарайся поднять базу активных щитов. Знаний первого ранга — недостаточно, нужен второй — для понимания принципов работы, и третий — для изменения конфигурации щитов и настройки эмиттеров. Сейчас твой щит можно плевком пробить, он у тебя сконфигурирован для равномерного распределения по всему корпусу, а надо его уметь уплотнять со стороны удара. Пока будем делать акцент на защиту, атакой займёмся послезавтра, после того как выучишь ракеты. Сейчас расходимся, мне надо составить твой примерный план обучения, а тебе учить базы.

Пока ужинал, подсчитал, сколько мне будет нужно затратить времени на изучение второго и третьего ранга «Щитов» — получилось примерно тридцать семь часов, а разгон ускоряет обучение в три раза, значит, в медотсеке я проведу больше двенадцати часов. Заодно прикинул, сколько времени надо доучивать «Кибернетику», оказалось — не менее суток чистого времени, без еды, сна и так далее. А ведь ещё надо учить ракеты, дроидов же придётся доучивать в процессе работы. Придя в медотсек, попросил доктора выставить время учёбы на тринадцать часов и сообщил, что куплю у него инъекции для разгона, после чего залез в капсулу для обучения.

Два дня пролетели очень быстро, так как всё свободное время было наполнено учёбой: днём тренировки в тренажёре, а ночью изучение баз под присмотром доктора. Виг, как и обещал, достал базы по ракетам и ракетным установкам дальнего радиуса действия, знания которых я поднял в третий ранг. Я же обменял штатное вооружение штурмовиков: восемь малых лазерных турелей и многоразовые ракетные установки среднего радиуса на одноразовые кассетные дальнего радиуса и, за небольшую доплату в шестнадцать тысяч кредитов, забил четыре подвесных контейнера запасными установками и расходниками. Контейнеры, которые вёз для «Гиркс», ещё в первый день забрал представитель корпорации.

Доктор подготовил инъекции для обучения и очень долго в свойственной ему манере предупреждал о недопустимости передозировки. Сказал, что у человеческого мозга есть природные предохранители, и они сигнализируют о переутомлении апатией, потерей аппетита, а в тяжёлых случаях — головными болями, ломотой в суставах и тошнотой. Каждая инъекция действует три часа и ускоряет обучение почти в три раза, и использовать их без вреда для здоровья можно только два раза в сутки с перерывом на отдых, еду и занятия, дающие отдых умственной деятельности. Упомянул о случаях перенапряжения, когда некоторые люди сходили с ума или превращались в пускающие слюни овощи с выгоревшим мозгом. Передал он мне чемоданчик с инъекциями только после того, как я несколько раз повторил его наставления и уверил в том, что буду придерживаться его инструкций неукоснительно. Судя по тому, что к чемоданчику он добавил небольшую коробку с восстанавливающими препаратами, я не был достаточно убедителен, а зря, так рисковать я не собирался — хватило одного раза. В чемоданчике был инъектор и несколько кассет-ампул, доктор уверил, что этого хватит на пару лет, только посоветовал хранить в чемодане и в прохладном месте. Небольшой экран информировал об оставшемся сроке годности — удобно. Две тысячи инъекций обошлись мне в шесть китов; много конечно, но медицинские базы и аппаратура на пару порядков дороже. Напоследок дал лекарства, которые надо заменить в моём мед-блоке и, уже выйдя в коридор, я вспомнил, что опять, в который раз, забыл спросить, как его зовут. Неудобно, хотя он, наверное, привык, что все обращаются к нему по должности.

Вот и настало время приёмки усовершенствованных штурмовиков:

— Всё готово, как и договаривались, — проинформировал меня Рин в ангаре, — каждый «Шторм» оснащён двумя большими кассетными установками ракет дальнего радиуса и двумя малыми, по четыре и восемь ракет соответственно. Минимум, единовременно, можно запустить четыре ракеты, максимум — двадцать четыре. Вчера установили искины с последним ПО, кстати, где ты его взял?

— У Киона, но устанавливал сам. Провозился, конечно, долго, но мне все равно нужна практика.

— Тогда понятно, небось, он тебе и советы давал, как лучше делать? Поэтому такой прирост производительности — почти четыре процента!

— Кион сказал, что для новичка сойдёт, — улыбнулся я, — он наверняка смог бы выжать больше.

— Кион — это Кион, он — спец. — техник хмыкнул и продолжил. — В общем, мы всё проверили, синхронизировали и протестировали. Можно лететь.

Осмотрел штурмовики и фрегат. «Фаворит», красовавшийся новым покрытием и лапами-захватами, стал походить на угловатое насекомое. Он был полностью готов, удалось установить и комплекс противоракет, который обошёлся мне ещё в два кита. Штурмовики обросли громоздкими кассетными установками и выглядели угловато-угрожающе, но аэродинамика в космосе не нужна, а в атмосфере воевать я не собирался. Обзорное окно рубки было убрано и закрыто бронёй. Системы сброса дронов упрятаны в шахты и были незаметны — всё закрыто специальными шторками для маскировки. Пора прощаться и лететь на исследовательскую станцию корпорации, я повернулся к лейтенанту: