все возрастающее возбуждение — свое, его. Язык заплетается, разум быстро уплывает в туманные дали, и тело перестает сопротивляться таким желанным ласкам Эдгара. Он поглаживает через ткань грудь, осыпает поцелуями мои плечи и довольно быстро расправляется со шнуровкой на корсете. Эти поцелуи воспламеняет и рождают в теле непонятное томление, а когда теплые ладони накрывают мою грудь, я вновь умолкаю, не справлясь с дыханием.
— Я не могу так читать!
— А придётся. Я требую. Читай, и с выражением. Чем лучше прочтешь, тем больше удовольствия получишь, — шепчет мне на ухо этот демон во плоти.
Нежные ласки становятся все более жаркими и настойчивыми. Его пальцы скользят круговыми движениями по самым чувствительным точкам, и это… это слишком. Почему это так воспламеняет?
Я взвинчиена до предела. Мне кажется, что стоит просто коснуться себя между ног, как я тут же разденусь на тысячи осколков, моментально. Ставинский это явно понимает и нарочно медлит, играется, наслаждаясь моим тихим безумием.
Хотя, уже не таким уж тихим… Мое “чтение вслух” превращается в эротичную сказочку: голос дрожит от волнения и возбуждения, я постоянно запинаюсь и всхлипываю, когда Эдгар совершает особенно чувственные движения.
Его самого явно сильно заводит моя реакция на все происходящее. Дыхание становится заметно тяжелее, он прижимается теснее, и в какой-то момент из его уст вырывается короткое: “Как же я тебя хочу”.
“Так чего же ты ждешь?!”, вопит все мое существо, но я не спрашиваю это вслух только лишь потому, что именно в этот момент Эдгар зажимает соски между пальцев, и как будто электрический разряд проходит по всему моему телу. Я издаю такой чувственный стон, что Эдгар шумно выдыхает носом воздух и просит меня коротко:
— Привстань.
Я приподнимаюсь, и Эдгар одним движением избавляет меня от юбок, усаживает обратно к себе на колени, заставляя широко расставить ноги. У меня дыхание перехватывает, когда Эдгар трется об меня своим естеством. Сейчас нас разделяет только тонкая ткань моего нижнего белья, и я сама готова избавиться от этой нелепой преграды. Ужасно этого хочу.
— Читай дальше.
— Не могу, — отчаянно мотаю головой. — Не могу читать дальше…
— Читай!
Мой голос дрожит, когда я читаю следующую страницу. Совершенно не понимаю смысла слов, а Эдгар как назло зачем-то задает вопросы по тексту, переспрашивает и требует диалога. О каком диалоге вообще может идти речь? Я уже не очень адекватная.
Он поглаживает меня между ног и наконец-то касается самой чувствительной точки тела. Легко, невесомо. Приятно, но тело сейчас требует совсем другого. Я невольно поддаюсь бедрами вперед, насаживаясь на пальцы, и издаю протяжный стон. Даже глаза зажмуриваю от удовольствия, но Эдгар тут же одергивает:
— Ты читай давай. Не останавливайся, тогда и я не остановлюсь.
Он двигает пальцами, медленно но верно подводя меня к пику наслаждения. Ласково прихватывает мочку уха и говорит негромко:
— Ты всё-таки не стала ходить с той игрушкой, которую я тебе оставил. Еще и по лабораториям тут без меня шаталась, вместо того чтобы быть прилежной девочкой. Какая же ты непослушная… Ты понимаешь, что за свое непослушание придется расплачиваться? Нет-нет, не стоит пререкаться, огонек. Ты читай, выразительно читай, и может я всё-таки позволю тебе расслабиться сегодня.
При мысли о том, что меня сейчас снова могут оставить без “сладкого”, я чуть не вою в голос, но в последний момент сдерживаюсь и послушно читаю страницу за страницей. Желание разрядиться во мне сейчас слишком велико и вытесняет собой все остальные мысли и эмоции.
Последние строки очередной главы я дочитываю, почти крича. На пике наслаждения у меня напрочь перехватывает дыхание, и я молча склоняюсь над книгой, вцепившись в нее до побелевших костяшек пальцев. Интенсивность эмоций такая сильная, что я не сразу прихожу в себя, и как сквозь туман слышу:
— Какая же ты горячая… И только моя… Такая сладкая… Я сам чуть не сорвался, слушая тебя… Давай же, иди ко мне.
Я послушно иду за Эдгаром, который резко встает и тянет меня на балкон библиотеки. Длинный и широкий, он выходит окнами прямо над входными дверями замка этажом выше. Я иду, бессмысленно переставляя ноги, и только на пороге балкона замираю и пытаюсь вырваться из цепкой хватки Эдгара.
— Ты с ума сошел? — восклицаю я, сообразив, что он хочет. — Ты же не собираешься здесь?..
— Еще как собираюсь.
— Но там же люди ходят!..
— Всего лишь мои охранники, слуги.
— А они что, не люди, что ли?!
— Они мои поданные, — коротко отвечает Эдгар и резко дергает меня на себя, пресекая дальнейшие возмущения.
Я вцеплюсь что есть силы в балконные ограждения, отчаянно желая провалиться сквозь землю или просто сбежать, но ни то ни другое мне сейчас, увы, не светит.
Мне хочется прикрыть свою наготу, спрятаться самой, скрыться в темной комнате, но Эдгар уверенно удерживает меня на месте и нарочито медлит. Наглаживает меня, особо уделяя внимание чувствительной груди. Наслаждение смешивается напополам со стыдом, и я лихорадочно озираюсь по сторонам, желая убедиться, что рядом сейчас никого нет. Вроде действительно нет… Или просто стоят невидимые где-нибудь в кустах, Вилх их разберет.
— Не смотри вниз, — говорит Эдгар, осторожно потянув меня за волосы так, что мне приходится откинуть голову ему на плечо. — Вообще ни на что и ни на кого не смотри. Кроме меня. Есть только я. Я и ты. Все остальное сейчас не имеет значения.
Говорит это и медленно входит в меня, заполняя полностью. Двигается плавно, осторожно. Даже — нежно. Мне приходится применять колоссальные усилия, чтобы не стонать в голос. Прикусываю нижнюю губу и слышу недовольный голос Эдгара:
— Огонек, если ты будешь сдерживать стоны, я буду двигаться намного медленнее. Хочешь этого? Нет? Тогда выплёскивай свои эмоции погромче, ну же. Сделай же мне приятно. Я люблю смотреть, как ты изнываешь от желания.
В подтверждение своих слов он почти останавливается, и я нетерпеливо покачиваю бедрами, желая продолжения. Мне ужасно стыдно за свою похоть здесь и сейчас, но голос разума слышен все слабее. В конце концов я не выдерживаю:
— Пожалуйста, Эдгар! Я так хочу!..
— Чего же ты хочешь?
Издевается, гад…
— Тебя!
— Если чего-то очень сильно хочется, об этом надо просто попросить, — ухмыляется он.
Ну точно гад. Редкостный.
Но мне уже плевать. И без того чувствую себя порочной до мозга костей. Вновь нетерпеливо двигаю бедрами и заглядывая в потемневшие глаза Эдгара со стоном прошу:
— Пожалуйста! Возьми меня!
— Прямо здесь и сейчас?
— Да!..
Больше Эдгар меня вопросами не мучает и наконец начинает двигаться с все
