Я подумывала заглянуть к его шефу. Один взгляд, одна мысль. Марк, даже, не узнает. Он смотрел молча, будто слушал мои мысли и намерения. Он прекрасно видел, что мой успех несколько стремителен. Знал, на чем основано внимание. Он пытался понять в этой ситуации меня. Найти место для себя. Даже теперь, после регистрации… Пытался и не мог.
Из коридора зазвонила мобила. Было около десяти, я только вернулась. У меня же, вроде, отпуск? Вынув коммуникатор из сумки, я поднесла его к уху.
— Да, Миш.
— Лид, я пробил нам Италию. — Агент был в деловом восторге.
— Ты шутишь. — Попыталась я сделать голос радостным. Италия стоила мне двух часов медитации на резервной полосе МКАДа.
— Я взял билеты. Собирай вещи, послезавтра в четыре самолет в Милан, днем презентация.
Миша не осведомлялся по поводу моей основной работы. Он вообще не видел необходимости оставаться штатным корреспондентом. Это единственное, чего он не понимал: зачем мне аудитория новостного канала.
— Позвони Грише. — Вздохнула я, нажимая отбой.
Миша — мой агент. И он ненавидит меня. Я это знаю, Гриша это знает, Марк это знает. Двое мужчин, наблюдающих все, буквально все, что я делаю и вынужденных находиться рядом: Миша и Валерий Михайлович. Но с шефом я справляюсь. С Мишей не могу.
Единственное, что я могла сделать с самого начала, это предупредить:
— Наши деловые отношения закончатся в ту секунду, когда ты проявишь ко мне личный интерес.
Он промолчал тогда. Кивнул, пальцем включая гарнитуру в ухе и произнося:
— Да. Да, это решаю я.
Так начиналось наше сотрудничество. И в тот день, в ту минуту он уже ненавидел меня.
Марк вынул мобилу из моей руки. Обнял, целуя.
— Куда?
— Италия. Миша договорился с Limoni. В воскресенье презентация в Милане.
Стянув жакет, прислонил к стене. На третьей пуговице мобила снова зазвонила.
— Марк…
— Потом перезвонишь.
— Потому будет поздно. — Я аккуратно отстранилась. Звонила Гриша.
Я села на лавку, вздыхая.
— Да, Гриша.
— Ты не планировала дать мне отпуск, пока сама в отпуске?
— Это праздный интерес или он тебе нужен?
Произошла заминка. Я прикидывала, сколько времени она жила моей жизнью. Только моей. Мы познакомились зимой почти два года назад. Я, даже, не думала об этом. Она стала частью моей жизни. Частью меня.
— У меня накопились дела, которые неплохо было бы решить.
— Хорошо. Сколько времени тебе нужно?
— Недели хватит.
— Если тебе нужна какая-то помощь, что угодно — просто скажи.
— Я знаю, что ты все можешь, Лидунь. — Улыбнулась Гриша на том конце провода. — Мне, просто, нужна неделя.
— Хорошо. — Выдохнула я. — Позвони мне.
— Не скучай. Отбой.
Я опустила руку с телефоном на колени и посмотрела на Марка, подпирающего стенку.
— Я успела забыть, что она — отдельный человек.
— Я и сам успел забыть, что он — отдельный от тебя человек.
Я нахмурилась. С каким трудом Марк смирялся с Гришей — это отдельная история. Признавать в ней женщину он не собирался. Все их общение состояло из «привет» — «привет», «пока» — «пока». Оттолкнувшись от стены, Марк пошел на кухню. Я опустила голову. По всему телу расплывалась немыслимая усталость. Если бы я могла превратить в жизненную энергию, хоть мизерную толику той силы, что вливалась в меня ежесекундно, пока кто-то где-то листал журналы с моими фотографиями, смотрели ток-шоу или вдруг попадали на редкие репортажи… Я слышала, что все они, даже самые первые, выложены в Интернете на ХХХ-сайтах. Освещение предвыборной компании, беспорядки в Косовске-Митровице. Очень возбуждающее зрелище…
Я просто устала. А без Гриши становилось неуютно. И Марк… Он молчал, но я достаточно хорошо его знала, чтобы понимать, как тяжело он принимает все происходящее вокруг меня.
— Еще пару лет. Пять максимум. И все. Мне не нужно больше. — Вошла я на кухню.
— Не нужно больше для чего? — Марк достал из пиликнувшей микроволновки подогретый для меня ужин.
Застегивая расстегнутые минутами раньше пуговицы, я пошла мыть руки.
Для того, думала я, чтобы попытаться осуществить свою мечту. Первый пункт в том забытом списке. Вернуть маму…
Иногда казалось, что я могу все. Погасить вулкан. Утихомирить торнадо. Остановить Землю. Но уверенности в том, что я могу изменить прошлое — все еще не было.
— Неужели, нельзя было заранее договориться об отпуске? Неужели, тебе настолько наплевать?
Я замерла в проеме двери. Сердце болезненно сжалось.
Четыре года мы были вместе. Он был первым и единственным мужчиной в моей жизни. Мне никто и никогда не был нужен кроме него. Но все эти оправдания не имели значения, если посчитать, сколько времени мы провели вместе в последние два года. Я была с Гришей, я была в журналах, я была в новостях, я была в ток-шоу, я была где угодно и с кем угодно… Только не с ним.
— Марк, мне нужно еще немного времени. И тогда я исчезну для них всех… Я обещаю.
— Не обещай. — Покачал он головой. — Мне твои обещания…
Он пошел из кухни. Я не решилась задержать. Пошла за ним в комнату.
— Гриша знает о тебе сегодняшней больше, чем я. — Он сел в кресло, вытягивая ноги. Он тоже устал. — Я не понимаю, просто не понимаю, что происходит вокруг тебя. Это не нормально. Это неестественно. — Он молчал, прикрыв глаза. — Прости, я устал сегодня. Иди, ешь.
Я вышла, но аппетита не было. На кухне все было таким же асфальтовым, как и раньше. У нас были средства на новый дом, на новую жизнь. Он думал об этом. Я думала об этом. Но это не имело значения, потому что меня рядом с ним не было. А без меня ему ничего не было нужно. Для меня же было дорого возвращаться именно сюда. В эту квартиру. В эту асфальтовую кухню…
Сделав виски-колу, я вернулась к Марку. Поставила на столик. Забралась к нему на колени, прижалась к груди.
— Что мне сделать?
— Делай все, чтобы чувствовать себя счастливой и состоявшейся. — Он запустил пальцы в мои волосы, лаская голову.
— Поехали со мной. Останемся в Италии. Отключим телефоны. Проведем неделю вместе. Позвони шефу. Скажи, что заболел на неделю. Что угодно скажи. — Я подняла голову. — Там, даже, Гриши не будет.
Марк тихо засмеялся.
— Просто, сделай это. Не думай о том, насколько это правильно. Просто, сделай.
— Хорошо. — Кивнул он, наклоняясь ко мне. Я не поверила.
— Хорошо?
— Да.
Я выползла из его объятий. Побежала к телефону.
— Миш, обменяй билет. — Сказала в трубку. — Гриша не поедет. Поедет Марк.
— Ок. — Сказала трубка и отключилась.
