— Тут, — она не заметила его? Петро прижал ладонь к спине Адрио и толкнул его вперед к свету факела, чтобы она лучше его увидела. — В безопасности.
— Это не Петро Диветри.
Он не сразу понял ее слова. А потом повернулся к мальчику, которого спас из лагеря лоялистов. Это был мальчик, маленький и худой, с короткими волосами, но было видно, что волосы были светлыми, и что он был лет на пять младше Петро. Его кожа была бледной, как луны, словно он не видел солнце какое-то время. Он сонно моргнул, словно проснулся от кошмара, и уставился на них большими голубыми глазами.
Петро отшатнулся. Столько проблем и усилий, и он даже не смог уйти с другом.
— Кто ты? — выдавил он.
Когда мальчик ответил, он сделал это идеальным предложением на их языке, хотя тяжелый акцент был из Веренигтеланде.
— Я — Вико, сын принца Берто и баронессы Клотильды вон Раш, — он гордо выпрямился, несмотря на мятую одежду, и посмотрел на них. — Я скоро стану королем Кассафорте. А кто вы?
КНИГА ТРЕТЬЯ: Претенденты на трон
15
Дорогой дядя Густоф, благодарю за маленький меч. Он блестит. Я изучаю книги. Они терпимые. Многие очень длинные. Я говорю на языке отца со слугами, как ты и приказывал. Когда я тебя снова увижу? Прощай.
— письмо Густофу Вернеру от его племянника, принца Вико
Когда Петро проснулся пару часов спустя, он заметил пение птиц на деревьях сверху. Они были такими громкими, что он на пару секунд представил себя в кровати в общежитии, слушал в открытое окно воробьев, воюющих над крошками хлеба. Но нет, он сжался у камня, смотрел на высокие сосны. Деревья отбрасывали длинные тени, но, судя по высоте солнца, было не раннее утро.
Его голова лежала на чем-то мягком, покрытом потертой тканью. Он попытался разглядеть. Это было колено. Колено Эмилии. Он быстро, несмотря на боль в теле, выпрямился.
— Все хорошо, — сказала она. — Мы пока что в безопасности.
— Твое колено, — пролепетал он. — Прости.
То, что она была его подушкой, не было важным для нее, раз она его не поняла.
— О, все хорошо, — она рассеянно потерла его. — Я ударилась им где-то. Будет в порядке. Я об этом больше переживаю, — она опустила тунику и открыла правое плечо и руку до локтя. Там появился желто-зеленый синяк. Петро скривился и повернул голову, потому что вместе с рукой она открыла часть молочно-белой груди. Она коснулась синяка, не замечая смущения Петро. — Цвет неприятный.
Петро с паникой вскочил на ноги и огляделся.
— Где… где мальчик? — он не смог назвать его по имени, тем более, назвать королем. Мило был королем Кассафорте, Семерка дала ему Оливковую корону и Скипетр с шипами два года назад. И все считали, что принц Берто умер без детей после попытки переворота.
— Успокойся. Он там, — Эмилия кивнула на край леса, Вико сидел на упавшем дереве и глядел на что-то между ног. Она зашивала прорехи в плаще, приборы для этого хранились в одном из ее, казалось, бесконечного запаса скрытых карманов. Она поправила тунику и продолжила осторожно зашивать.
— А если он убежит?
— Ему девять, — сказала Эмилия. — Думаю, мы его догоним, да?
Петро на миг захотел извиниться, но закрыл рот. Они думали, что только Адрио лоялисты могли так охранять, и что он был в палатке. Они рискнули и проиграли. Извинения не помогут. Им придется играть с тем, что они получили.
— Что теперь делать?
— Не знаю, — ее ответ был сухим. Отсутствие интереса после того, как пылко она говорила раньше, вызывало холод. Петро следил за Вико, сел ближе к Эмилии, чтобы они могли поговорить. — Я честно не знаю, — продолжила она, не отрывая взгляда от стежков. — Мне приказали защищать казаррино. Но его похитили, два моих товарища умерли. Мне приказали ждать Жиля с подкреплением, но я убежала по следу в лес, думая, что он приведет меня к казаррино. А я нашла тебя.
Петро подумывал все рассказать ей — что она нашла казаррино, хоть и не знала этого. Но он не мог. Хоть он терял надежду, но все еще хотел отыскать Адрио. А она уведет его в Кассафорте, а не станет помогать с этим.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— И прошлой ночью что я получила, пытаясь отыскать казаррино? — сказала Эмилия. — Не Петро Диветри, а малявку, который зовет себя настоящим королем Кассафорте.
— Может, так и есть, — сказал он, а потом объяснил. — Не настоящий король, а лоялист, считающий себя таким. Если он сын принца Берто и женщины-лэндера. И если он у нас, то что у них? — он дал ей обдумать это. — Ничего. У них ничего. Как они могут усадить своего короля на трон, если не знают, где он?
Он, казалось, впечатлил ее, хотя Эмилия все равно качала головой.
— Если он настоящий, то ты прав. Я не знаю… не могу думать, — она сжала кулаки и прижала их к глазам. — Боги, я хочу четкие приказы, как с этим справиться.
— Это жизнь. Четкости нет, — Петро не знал, говорил это себе или Эмилии. — Ты ошибаешься. Пытаешься исправить это. Руководства нет. И протокола нет. Придумываешь свои приказы и идешь.
— Наверное, — она скривилась и моргнула. — Я так устала. Не могу толком думать.
— Поспи, — Петро не знал, как давно Эмилия отдыхала в последний раз. Скорее всего, она не спала, пока он дремал. Он махнул в сторону Вико. — Я присмотрю за ним. Если кто-то придет…
— Вряд ли, — сказала она ему. Эмилия уже начала сворачиваться как кошка на солнце, опустила голову на руку. Она ждала разрешения на отдых? — Наши следы скрыты. Они будут искать нас у дороги, не тут, — она зевнула.
— Я буду… — не было смысла объяснять. Эмилия уже уснула.
Было странно защищать ее, хоть и ненадолго. Он задумался, стоило ли предложить свою ногу как подушку, но голову наполнили стыдные мысли. Он отогнал их и прошел к мальчику, которого принял за Адрио.
Эта ошибка смущала, ведь теперь он видел, что, кроме худого тела и коротких волос, Адрио и Вико не были похожи. Черты Адрио были простыми, словно быстро слепленные скульптором, делающим грубый бюст. Вико был с точеными чертами, такие Петро видел на картинах иностранных аристократов или у породистых псов. Он не выглядел красиво или приятно, но острые черты были как отполированные.
Несмотря на изогнутую верхнюю губу и острый нос, Вико выглядел как мальчик, которому нравилось сидеть на природе летним утром. Дерево, на котором он сидел, лежало тут давно, ветер и погода убрали кору, и ствол был гладким. Насекомые оставили на поверхности неглубокие выемки. Вико разулся и подтянул ноги под себя.
— Знаешь, что? — спросил он с акцентом и правильной интонацией, когда Петро подошел. — Муравьи интересные.
— Да?
— Я и не думал, что они такие. Я думал, они бегают бесцельно, — он опустил голову между колен и смотрел на землю. — Но они нашли ягоду и окружили ее. Я думал, они пытаются съесть ее, пока другие не смогли. Но знаешь, что? Они унесли ее в свою нору. Работали вместе. Интересно, да?
Петро сел рядом с ним, стараясь не раздавить насекомых, которых он разглядывал.
— У муравьев есть королевы. Остальные — рабочие, и они приносят ей еду и убирают за ней. Порой, когда в колонию приходит новая королева…
— Когда меня накормят? — спросил Вико и повернул острое лицо к Петро. — Мне не дали завтрак. Где мой завтрак?
Петро не на это намекал своим рассказом.
— Никто из нас не завтракал, — ответил он. — И короли, и другие.
— Принц, — сказал мальчик. — Я не король, пока Семь и Тридцать не вручили мне Оливковую корону и Скипетр с шипами. А это будет скоро. До этого я — принц.
— Хорошо, принц Вико, но…
— Мне приносили завтрак каждое утро в восемь, — сказал Вико. — А в девять приносили горячую воду и губку для купания. Я предпочитаю очень горячую, спасибо, и тонкий кусочек мыла. В десять…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Звучало так, словно Вико повторял список привилегий не впервые. Петро представил, как он рассказывает это каждому новому слуге.
— У нас нет горячей воды, — сказал он мальчику, стараясь звучать сухо, а не виновато. — Хотя, может. Мы найдем позже ручей и поплаваем.
