По своей воле я не собиралась губить вселенную, несмотря на то, что мой отец, Темный бог, грозился принести за собой хаос. Мне нужно было спасти этот мир, но я не знала как. Эндирион крепко держал меня за руку, поглаживал второй мою метку. Он ничего не говорил, но я знала: Рион беспокоился обо мне, хотел уберечь, как и всегда. Тот кошмарный день, когда братья убили его на моих глазах, забыть было невозможно. Чудо, что он все еще дышал полной грудью. Те раны были смертельными. И я до сих пор гадала, как он выжил.
– Какие мысли тебя мучают? – вдруг тихо спросил Эндирион, словно почувствовал мои переживания.
Я не собиралась больше его терять. Без него моя жизнь не имела смысла. Пускай Питер и был одним из страшнейших существ в этом мире, его магия все же помогла забыть о боли, вызванной смертью любимого, что до этого разрывала меня изнутри.
– Я боюсь снова потерять тебя, – не спеша призналась я и посмотрела ему в глаза. – Принцы Тьмы сильны. Они могут снова отобрать тебя у меня, и тогда я останусь одна в этом мире.
Красные глаза были моим спасением. В них царила любовь и сиял свет, что так манил и снился мне каждую ночь.
– Не останешься, я не допущу этого, Фея.
Голос принца Света был ровным и звучал уверенно. Словно Рион знал, что наше будущее будет счастливым и беззаботным. Я хотела верить ему, но страх не отпускал меня.
Я прекрасно помнила, как потеряла его.
* * *
Голова шла кругом, слабость растекалась по всему телу. Не сразу осознала, что на моих запястьях тяжелым грузом висело что-то металлическое. Я пришла в ужас, когда посмотрела на руки и заметила кандалы и цепи. Они крепко удерживали меня в центре холодной, почти лишенной света темницы. Ноги тоже скованы, любое движение отзывалось режущей болью. Вся одежда грязная и местами порванная. Волосы прядями спадали на лицо. За скрипом раздались тихие шаги. Я подняла голову и заметила пять фигур, четыре из которых были одеты во все темное и с холодом смотрели на меня. Пятый человек упал возле них на колени, лишь по древним символам на шее я узнала, кто он. Ведь все его лицо, как и руки, покрывали ссадины, которые продолжали кровоточить. Его каштановые волосы касались плеч, а в рубиновых глазах застыли лишь боль и печаль.
– Ненавижу, – прохрипела я сквозь боль. – Всех вас!
– Мы знаем, дорогая, – ласково промурлыкал в ответ Вильям и коснулся своих волос.
– Ты сама виновата, Фрея, – без тени улыбки сказал Келлан, на губах и манжетах некогда белой рубашки которого заметна засохшая кровь.
– В том, что родилась, – прорычала я и дернула цепи.
Они противно скрипнули. Боль на запястьях усилилась, а на лицах Темных принцев заиграли хищные улыбки. Сейчас я была их жертвой, а они живодерами, которые чувствовали свою победу и наслаждались ей.
– И что теперь? – громче спросила я, смотря на них. – Убьете меня?
– Это слишком просто, – тут же ответил Энтони, облизнувшись.
– У нас для тебя есть участь и пострашнее, Фрея, – подарил мне оскал Вильям и посмотрел на Питера.
– Мы убьем его. – с этими словами Пит со всей силой пнул красноглазого, который тихо зарычал в ответ и поморщился. – А тебя сделаем игрушкой.
– Наложишь на меня проклятие? – попыталась засмеяться я. Сердце сжималось от боли из-за состояния и участи дорогого мне человека.
– Это детский лепет по сравнению с игрой твоего разума, – усмехнулся Пит.
– Не трогай ее! – прорычал Эндирион, который тут же получил под дых от Вильяма.
– Вы не сделаете этого! – обратилась я к принцам со слезами на глазах. – И его не тронете, он же ваш брат.
– Он выродок, – выплюнул Келлан и, достав серебряный кинжал, вонзил его в сердце Риона. – Светлое отродье.
В этот миг я перестала дышать, отказываясь верить в происходящее. Грудная клетка Эндириона перестала вздыматься, а остекленевшие глаза рубинового цвета были обращены на меня. Казалось, мое сердце остановилось вместе с его. Я умерла, несмотря на то что мое тело продолжало существовать. Вся жизнь тут же потеряла краски, становясь черно-белой. Мир вокруг меня рухнул, ведь именно Рион являлся им.
– Ты слишком слаба, – закатил глаза Энтони.
– Не плачь, Фрея, – усмехнулся светловолосый принц и присел на колени рядом со мной. – Он того не стоит.
Его холодная рука коснулась моей щеки. Вильям аккуратно вытер слезы, после чего попробовал их на вкус, прикрыв глаза. Он смаковал их как изысканное блюдо. Я медленно перевела на него взгляд. Они четверо – настоящее зло, что обрело на земле кровь и плоть. Я беспомощное существо, которое пришло в этот мир неизвестно для чего.
– Милая Фрея, – промурлыкал он, касаясь тыльной стороной правой руки моего предплечья, где местами через порванную одежду проглядывала метка. – Твои слезы бесподобны, как и боль, которую ты испытываешь сейчас.
Холодные пальцы скользнули по моей руке в том месте, где крепко держался металл. Я вздрогнула.
– И страх. Ты великолепна, Фрея!
– Убей меня, – тихо попросила я, повернувшись лицом к Келлану, который хмуро смотрел на меня. – Ну же! Ты же можешь!
– Могу, – согласился он, улыбаясь уголками рта, – но ты нам еще нужна.
Я поняла, что попалась в их ловушку, и мысленно закричала. Осознание всего произошедшего и душевная рана от потери любимого пожирали изнутри. Я умерла, как и тот, кто делал мою ужасную жизнь в этом мире ярче. Вера в светлое будущее и в счастье исчезла. Последней моей надеждой стал Питер, глаза которого были темными, как бездонное озеро.
– Ты хотел стереть мне память, – обратилась я к черноволосому принцу, надеясь, что он исполнит мою просьбу, – так сделай это. Только прошу, навсегда сотри Эндириона из моей памяти.
Питер в два счета оказался напротив меня, когда Вильям отошел назад, не забыв еще раз попробовать мои слезы на вкус.
– Просишь меня проявить милосердие? – с этим вопросом слегка наклонился ко мне старший из принцев, вопросительно подняв бровь. – Это низко, Фрея, даже для тебя!
Я готова была молить его, лишь бы забыть ту боль, которая разъедала сердце.
– Я не смогу по-другому жить, – одними губами произнесла я, мельком взглянув на окровавленное тело возлюбленного.
– А придется, Фрея, – спокойно произнес Питер, заставляя меня посмотреть ему в глаза, под которыми вновь набухли черные вены. – Правда в том, что ты слишком важна для нас, потому я выполню твою просьбу. – с этими словами в его некогда карих глазах засверкала кромешная Тьма. Она поглотила меня целиком и полностью.
