— Вы зря смеетесь, с помощью этого очень простого правила в математике целый ряд очень непростых теорем доказывается. Кстати, кто знает, как это правило в математике называется?
Наталья Дубровская подняла руку, но её никто не спросил, и тогда она вслух произнесла:
— Правило Дирихле, я в школе по нему доклад делала.
— Очень похвально! — сказал профессор Штройбах, затем выдержал паузу и спросил: — А почему вы не хлопаете? Вам разве не сказали, что каждый успех товарища надо отмечать?
Раздались жидкие аплодисменты. В воздухе закружились зелёные вихри и умчались к песочным часам, стоящим у входа в парадный зал, чтобы добавить там несколько песчинок успеха на счёт первого курса ордена "Крылья". Зелёные вихри были визуализацией успеха.
— Третье правило. Если корова с бубенчиком гуляет на лугу, то это значит… Что это значит, ваше мнение?
Предположения студентов: у хозяев будет молоко, где-то есть бык, корову не съели волки.
Профессор Штройбах гордо воскликнул:
— Это означает, что ее нет в хлеву!
В зале воцарилось молчание. Студенты размышляли, чего ради им стоит думать об этом идиотизме. Профессор Штройбах мастерски выдержал паузу и продолжил:
— Не думайте, что это вздор есть. Вот вам простой пример. То, что вы здесь, означает то, что вас в магическом мире нет. То, что маги находятся в своих резервациях, означает, что их в мире обычных людей нет. А это, в свою очередь, означает, что люди грамотной целительской помощи не имеют и вынуждены самостоятельно с задачами справляться, о которых им совсем не свойственно думать. С болезнями, с проблемами постижения смыслов и с проблемами самосознания. Сколько бы господа прогрессисты не говорили, что волшебники должны отделены от магов быть, а маги от людей, мы, консерваторы, считаем, что маги должны над немагами быть, а волшебники должны магами управлять. Простые люди о проблемах смысла и сути просто неспособны думать. Не в силах их решить, они ломаются и спиваются. Для них было бы полезнее и естественнее служить магам и волшебникам. Когда волшебники друг другу вопросы о смысле и цели задают, а простые люди их слушают, то они знают, что такие люди есть, и могут жить спокойно. Люди уровня волшебников даже тогда, когда ничего не делают, а только вопросы задают, пространство вокруг себя энергизируют. Когда их нет, то простые люди думают, что они в мире, где огни погасли, брошены, и в уныние впадают.
Общий вопрос высказала Аня Тихонович:
— А кто такие прогрессисты и консерваторы?
Но профессор не стал распространяться на эту тему, сказал только, что об этом им расскажут на лекциях по истории волшебства.
Ольга Ваулина тоже решила задать вопрос:
— А разве простые люди не думают о цели своей жизни и постижении сути?
— Думают… но очень недолго. К шестнадцати годам, как правило, перестают. А тех, кто не перестает, мы в университет приглашаем. Вот в этом году двести человек в Евразии набралось да ещё сто пятьдесят в Америках.
— А что, в Америке тоже есть университет?
— Да. На севере Канады, наш филиал. Теперь там живет слишком много людей, и смысла возить их через весь континент нет. Но об этом вы на курсе истории узнаете. А пока четвертое правило запишем: "Мягкое и гибкое жизненнее, чем твердое и жесткое". Следствие из этого правила: "Для того, чтобы победить, иногда лучше немного уступить".
— Пятое правило: "То, что хотят сохранить, будет разрушено". Следствие из него: "То, чего опасаются, всегда происходит".
— Шестое правило: "События всегда развиваются по наихудшему сценарию". Следствие из этого правила: "Если документацию можно понять неправильно, она будет понята неправильно".
— Седьмое правило: "Очевидное решение обычно оказывается ошибочным". Следствие из последних двух правил, его еще называют "правилом менеджеров": "Всё делается дольше и стоит дороже".
— Всего этих правил более двухсот. Но на сегодня, я думаю, нам достаточно. Рассмотрим их практическое применение…
Следующий час поток выл, смеялся и плакал. Профессор Штройбах оказался на редкость юморным стариканом. Не улыбнувшись ни разу, он поведал множество историй об успехах и провалах человеческих проектов. Истории провалов он рассказывал в форме героических былин, а об историях успехов говорил так, как будто это были истории сплошных ошибок. Его манера изложения истории техники если что-то и напоминала, то лучшие юморески Марка Твена.
Но с занятия все студенты вышли притихшими и посерьёзневшими — было очевидно, что на месте тех людей они делали бы точно такие же ошибки.
Александр на перемене сказал Василию:
— Как тебе магическая логика? Этот Штройбах на меня такую грусть навел, что даже захотелось с кем-нибудь поговорить.
— Есть маленько… мрак сплошной. Нельзя впихнуть невпихуемое, чем меньше имеешь, тем быстрее летаешь, хочешь поехать вперед — начинай пятиться… И всё с доказательствами, и всё убедительно. Если честно, то я бы в тех условиях, наверное, тормозил бы с такими же печальными последствиями… Слышал, что Шигарев на это сказал? Что ковчег построили любители, а "Титаник" — профессионалы. Всё-таки не зря нас чему-то в этом университете учат.
Шедшая за ними Анна Тихонович, магичка из группы Веселова, так долго и искренне смеялась этой нехитрой шутке, что никак нельзя было не попытаться рассмешить её чем-нибудь ещё. Они так увлеклись, что чуть не опоздали на следующее занятие. Её безмятежное веселье постепенно передалось ребятам, и возникшее было мрачное настроение постепенно рассеялось.
Следующие две пары были посвящены физике и химии. Пришлось непрерывно писать почти три часа, и к концу третьей пары Александр почувствовал себя выжатым, как лимон. Даже роскошный обед не помог расслабиться. Последней парой для их группы были практические занятия по математике. Маги высшую математику в школе не жаловали, и "плавали" почти все. Домашнее задание, которое они получили, могло бы свалить с ног и слона. Придя домой, Александр посмотрел на него и понял, что если он сейчас что-нибудь не сделает, то умрет от тоски. Но умирать от тоски не пришлось, поскольку примчались девчонки и увлекли его с собою на озёра.
Грязевое озеро оказалось великолепным средством. Особенно забавным оказалось прыгать в него с метлы прямо из-под потолка пещеры. Кто-нибудь из магов, или Александр, или Ваулина, или Усачёв, поднимал прыгуна повыше, и тот пикировал прямо в булькающую грязь. Ваулина и Дубровская изумили всех. Оказывается, они умели крутить в воздухе сальто и другие фигуры. Дубровская ещё в школе занималась прыжками с вышки и научила Ваулину (они жили рядом и знали друг друга с детства). Все извозились в грязи так, что потом еле отмылись, зато весело было невероятно. Общий хохот вызвал толстый Шигарев, когда он, поскользнувшись на выходе из грязевого озера, не стал вставать, а принялся переворачиваться с боку на бок и уморительно хрюкать.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
