Читаем без скачивания Скоро увидимся - Алекс Норк

— Угу… вот что, запросите на телефонной станции распечатку всех звонков Коннерсу за месяц.

— Старому шефу, сэр?

— Да.

Он только на минуту зашел в кабинет, разделся и снова вышел, сказав секретарю, чтоб отложили утреннее оперативное совещание на пятнадцать минут.

Но вернулся быстрее.

Разговор в отделе экспертизы оказался очень коротким.

— Как мы идентифицируем наркотики по их происхождению, сэр? Современные технологии позволяют это сделать за считанные минуты. Маковая пыльца обязательно остается в среде конечного наркотического материала. И она уникальна, как пыльца однородного посева.

— Вроде отпечатка пальца?

— Совершенно верно, там тоже есть свой микрорисунок. Окажись наркотический материал из другого урожая или с других плантаций, мы бы сразу это обнаружили.

И на совещании с офицерским составом, и позже, когда остался в кабинете один, Дункан пилил себя все тем же вопросом: почему после провала огромной партии и поимки многих курьеров они не подняли цены? А в том, что о провале боссы наркоторговли узнали уже через два-три часа, не было ни малейших сомнений.

Вот теперь, когда она их помучила музыкой и привела в спокойное состояние, можно показывать.

Большая фотография попала в руки Эдди, остальные облепили его, а Лиза слегка отодвинулась.

— Я прямо в центре, юбочка в красную клетку.

— Какая похо-ожая! — радостно протянула Герда.

— И не похожая, — возразил ее брат.

— А вокруг мои одноклассники… и два наших воспитателя…

Эдди вздрогнул, вздрогнули и державшие фотографию руки.

— Алекс, больно же!

— Я тебя не трогал.

— Значит ты, Герда.

— Отстань, дай мне фотографию.

— Осторожно, дети, порвете.

Эдди обидчиво хныкнул, жалуясь, что больно щипаться нельзя.

Герда попросила снимок «на пока» оставить.

Уильям тоже участвовал в толчее.

Лиза что-то ответила, кажется, согласилась, зрение продолжало работать как фотокамера, отщелкивая фрагменты…

Вскоре Дункану принесли полученную с телефонной станции распечатку, и возник слегка волнующий азарт — сейчас он проверит свою профессиональную интуицию. Впрочем, если «профессиональная», значит, не интуиция, а что-то еще.

Вчера в бассейне, застряв на воде, он понял лишь, что звенья сплелись в целое, и это целое, не явившись еще, уже о себе объявило. А вот как это сплелось в отдыхавшей, казалось бы, голове?

Капитан освободил стол от бумаг, положил распечатку и рядом блокнот. Предстояло сверить определенные звонки и определенные времена, а абонентский массив Коннерса оказался не маленьким.

Выдалось время прокрутить все еще раз.

Эдди вздрогнул, когда держал снимок. К сожалению, она не видела в тот момент его лица, смотрела на другие, и эти другие — Герда, Алекс, Уильям… ни в одном из трех лиц не было и секундного замешательства, никакой посторонней экспрессии.

Кто мог больно ущипнуть Эдди, подставив его таким способом? Зрительная память очень ясно воспроизвела суматошную сценку…

Любой.

Ущипнуть могли и просто так, из вредности, за то, например, что фотография первой попала к нему.

Сейчас, когда она усадила их на полчаса писать буквы, нужно поразмыслить над тем, как обнаружить признаки взрослого человека в ребенке… хотя она уже много раз пыталась… и вот опять обратила внимание на Уильяма — у остальных заметна неуклюжесть в обращении с ручкой, бумагой, а у него словно бы есть привычка… и под стеснительностью Уильям скрывает имеющийся музыкальный слух, она же чувствует — слух есть.

Вот у Эдди его точно нет, он путает звуки естественно, от природы.

Впрочем, существует ли такая прямая связь? Музыкальный слух может и не сохранить себя в новом анатомическом строении.

Как и другие качества.

Стоп!

Она не обратила внимания на важное обстоятельство — Эдди сразу обратился к Алексу, как причинившему ему боль, — первая реакция кое-что значит.

В соседней комнате раздались голоса, хотя время еще не вышло, следовало пойти проверить, почему отвлеклись.

Зачем она разрешила Герде взять фотографию?

Глупость какая, девочка покажет маме и та, знавшая Джино, сразу поймет, что здесь провокация.

Лиза, однако, не успела обдумать предлог для изъятия снимка, потому что, встав из кресла, увидела фотографию в углу на одном из стульев, там рядом прилег и неизвестно когда появившийся пес — этот тяжеловес передвигается удивительно тихо.

Лиза быстро подошла и взяла фотографию.

— Тоже интересуешься, да?

Пес понял, что к нему обратились, и, как водится, не отреагировал.

Много лет назад Дункан расследовал свое первое дело, и когда подтвердилась его, в общем-то, простенькая догадка, возникла неконтролируемая радость — она подрагивала внутри и не желала уступать ничему места. Потом как-то обходилось без этого чувства, но вот сейчас он испытал то же самое.

Только чуть-чуть помешал инспектор.

— Могу быть полезен, сэр?

— Я уже разобрался.

Капитан убрал распечатку, вызвал секретаря и велел пригласить в управление Коннерса — в любое удобное ему время в течение дня. Инспектор, занятый своими мыслями, глядел на окно, прибавлявшее к себе редкие капли не определившегося еще дождя.

— Ты чего «не от мира»?

— Надо ж новую кошку покупать, а не знаю какую. Или снова сиамскую?

— Купи камышовую.

— Камышовую? С ней, наверно, морока… А что она жрет?

Капитан вскинул голову, но тут же решил не раздумывать.

— Камыш. Жрет камыш, поэтому — камышовая.

Радость еще не прошла.

Дети закончили урок и отправились переодеваться для спортивно-прогулочных мероприятий, а Лиза вдруг обратила внимание на шум за окном. Девушка подошла, отодвинула занавеску… трое мужчин в комбинезонах стояли у небольшого грузовичка, рядом с цветочной клумбой.

Водитель спустил почти к самой земле платформу, на которой находились трактор-малыш, лопаты и еще какой-то инструментарий.

К группе приехавших присоединилась Марта, все повернулись к клумбе, непонятно что обсуждая.

Лиза тоже решила выйти и посмотреть, но дойти пришлось лишь до прихожей — служанка уже заходила в дом.

— Как жалко клумбу, мисс, но что делать — скоро зима.

— Будут утеплять?

Женщина махнула рукой:

— Срывать все под корень.

— Цветы же многолетние.

— Ромми считает, они будут выглядеть некрасиво с целлофановыми капюшонами на голове, это и вправду некрасиво.

«Недешевое удовольствие — пересаживать такую клумбу, впрочем, это не на ее деньги».

Лиза ни разу не видела, чтобы при ней кто-то ухаживал за прекрасными георгинами, и спросила об этом.

— Ромми немного за ними следила, а два раза в месяц приезжал человек из фирмы.

Как горох, в прихожую высыпала мелюзга, и Герда с Уильямом потащили ее за руки на выход.

— Подождите, дайте мне куртку надеть.

— Мы решили перед ужином играть в прятки!

Марта прикрикнула, чтобы угомонились.

После ланча капитан едва успел расположиться у себя в кабинете, как дежурный ему сообщил, что Коннерс прибыл.

Однако старого шефа полиции Дункан увидел только минут через десять.

— Извините, коллега, путь к вам с препятствиями, люди останавливают, расспрашивают — куда деваться?

— Здравствуйте, присаживайтесь, пожалуйста. Что будете — чай или кофе?

— Э… нет, этого не хочу, а другого вы в казенном доме не держите.

— Можно перекочевать в наше кафе.

— Бог с ним, жду чего-то интересного. Не ошибся?

— Полагаю, что нет.

Демонстрируя нетерпеливое ожидание, Коннерс потер руки.

Капитан развернул в его сторону лежавшую на столе распечатку.

— Что это?

— Телефонные звонки к вам за последний месяц.

Гость состроил испуг:

— Что-нибудь не оплачено?

— Подождите, сейчас будет не до юмора, — капитан положил поверх распечатки листок, — читайте.

Коннерс проворно достал очки, нацепил и, взяв лист бумаги в обе руки, начал вслух:

— Пункт первый. С начала отсчета за истекший месячный период в первые одиннадцать дней абоненту не было сделано ни одного звонка с городских телефонов-автоматов… — он скосился на Дункана. — Коллега, сейчас почти у каждого мобильный телефон, а с автомата все равно надо платить.

— Вот именно, читайте дальше.

Коннерс вернул глаза к тексту.

— Пункт второй. На двенадцатый день был сделан первый звонок, продолжительность контакта — три секунды. Тринадцатый день — семь секунд.

— В первый раз попали на вас и повесили трубку, во второй — прослушали слова автоответчика.

— Четырнадцатый день — семь секунд. Пятнадцатый — тринадцать секунд.

Дункан назвал день и число: