– Ты его знаешь? – спросила Колючка.
– Никогда не видел, но слышал, как мать с отцом из-за него ругались… Он вроде мамин помощник в модельном агентстве…
– Вот как? – нахмурился Эрни. – Это дело пахнет хуже, чем подгоревшая рождественская индейка. Я подозревал, что тут что-то не так… Но этот тип был таким приличным и так хорошо платил…
– Еще бы, – усмехнулся Синди. – Все-таки правая рука босса.
– Но зачем это ему понадобилось? – Пит озадаченно посмотрел на друзей. – Чего он хочет?
– Не знаю, – развела руками Колючка.
– Может, подставить твою маму? – предположил Эрни. – А может, и соблазнить ее… Узнать о ней побольше и прикинуться эдаким понимающим парнем.
– Что это значит? – поинтересовался Питер. Он не очень хорошо понимал смысл слова «соблазнить».
– Ну… – смутился Эрни. – Жениться на ней, к примеру.
– Но она уже замужем за папой…
– Вообще-то существует развод, – подсказал Синди.
– Я знаю, – вздохнул Питер. – Они как раз говорили о разводе… Но книга-то зачем ему понадобилась?
– А я почем знаю? – Эрни развел руками и снова поскреб небритый подбородок. – Этот вопрос тебе лучше задать ему или своей матери…
– Но как я спрошу ее об этом?! – Пит почувствовал, как к горлу подкатывает волна отчаяния. – Ведь она ничего не знает о существовании книги! Представляю, как они с отцом поблагодарят меня за то, что я с ними сделал… – Он запнулся, осознав, что сболтнул лишнее. Синди и Эрни смотрели на него во все глаза. – Ладно, забудьте. Я что-нибудь придумаю…
Пит даже не представлял, что тут можно придумать. Алекса Маккормака он не видел ни разу в своей жизни. Ситуация полностью вышла из-под контроля. Впрочем, он с самого начала не мог ее контролировать… Теперь ему удастся получить книгу только в том случае, если он расскажет все родителям. Но одна мысль об этом повергала Пита в отчаяние.
Поблагодарив Синди и Эрни, друзья выбрались из «мусорного домика», как Пит окрестил это место. Он чувствовал себя угнетенным, раздавленным. Мало того что книга не нашлась, так еще этот Синди… На прощание он осмелился чмокнуть Колючку в щеку. И она восприняла это совершенно спокойно, даже не возмутилась.
Пит смотрел на нее с такой злостью, будто она наговорила ему кучу гадостей. Колючка это заметила.
– В чем дело, Мышонок? – спросила она, глядя на него в упор. – Не отчаивайся, мы обязательно что-нибудь придумаем…
Она решила, что это – из-за книги, с тоской подумал Пит. Впрочем, отчасти она права. Только почему-то смазливая рожа Синди злит его больше, чем факт, что некий Алекс Маккормак копался в их мусоре… Но Пит решил умолчать об этом – мало ли что подумает Колючка – и только коротко кивнул.
Дождь поредел, но все равно было мокро. На улице совсем стемнело, и Пит подумал, что Колючку обязательно нужно проводить до дома. Раз уж Синди оказался таким несообразительным… Он хотел было предложить ей это, но за их спиной раздались тяжелые шаги и крик Эрни:
– Эй, ребята! Подождите! – Он подошел к ним и прошептал, тяжело дыша: – Я могу вам кое-чем помочь… Мне известно, где живет Маккормак. Книгу я привез к нему домой. Рандеву-стрит. Двадцать седьмой дом… Только учтите – ни слова обо мне. Я тебе верю, Триш… – Он серьезно посмотрел на нее, и она кивнула в знак согласия. – И еще одно: вторжение на частную территорию карается законом. Так что, если не хотите загреметь в тюрьму для малолеток, будьте осторожней…
– Спасибо, Эрни, – прервала его наставления Колючка. – Поверь, ты очень нам помог.
Когда дверь за Эрни захлопнулась, она обвела взглядом Пита и Руперта.
– Ну так что, хотите поиграть в рисковых парней?
Пит кивнул, хотя ему было совсем не до шуток. Руперт растерянно смотрел на обоих. Ему было ужасно страшно. Но бросить в беде Пита, который всегда заступался за него перед Лиландом и Пэйном, он не мог. Недолго подумав, Руп кивнул.
– Ну хорошо. Только учтите – боюсь я до чертиков.
Собираясь к бабушке Робина, Юта задавалась вопросом: сказал ли он старой женщине правду об их перевоплощении? Если да, то как она восприняла случившееся? А если нет, то не догадается ли она обо всем по их странному поведению?
Старушку сложно было провести. Этим она напоминала Вэнди Пирс, которая могла вывести на чистую воду кого угодно. И Юта чувствовала, что их домработница, которая давным-давно приобрела статус члена семьи, о чем-то смутно догадывалась.
Брук Ширстон, совсем отчаявшаяся угодить своему любовнику, наблюдала за сборами Юты взглядом побитой собаки. Ей хотелось высказать все, что накипело у нее в душе, но она не осмеливалась устроить сцену. То, что Робин ушел от жены, уже многое значило. Брук очень боялась, что эта хрупкая соломинка сломается и она снова потеряет любовника, который в перспективе должен был стать ее мужем. Поэтому ей приходилось мириться как с отлучками Робина, так и с тем, что он устроился спать в отдельной кровати. До поры до времени она решила молчать. А потом, когда ее голубок наденет на лапку обручальное кольцо, она скажет ему все, что думает по этому поводу. Но не сейчас, когда положение еще слишком шаткое…
Юте было немного совестно за то, что она дурачит и использует Брук. С другой стороны, временами ей доставляла удовольствие такая изощренная месть любовнице и мужу. Правда, и ее поведение, и женственные манеры, и неумение справляться с естественными потребностями вызывали у Брук подозрение. Но она, как и многие, кто знал Юту и Робина, объясняла это депрессией, возникшей на почве неудавшегося брака. Супругам это было только на руку – по крайней мере, не приходилось выдумывать нелепые объяснения… К тому же они действительно были у психоаналитика, и врач сказал им примерно то же самое…
Робин встретил Юту около ювелирного магазина, неподалеку от дома Брук. Он настоял на том, чтобы они поехали вместе, объяснив это путаной дорогой к дому бабушки.
Юта не стала возражать. В конце концов, почему бы и нет? Ей не придется вести машину, следить за дорогой и спрашивать у встречных, где находится дом миссис Пи Макаути – уменьшительное от невообразимо сложного имени, которое она так и не смогла запомнить…
И все-таки в глубине души Юта понимала, что все эти причины – не более чем обычные отговорки. Ей хотелось поехать вместе с Робином. Вот только хотелось ли ей быть с ним после того, что он сделал? В этом она не была уверена, хоть и знала: рано или поздно ей придется принять решение. Ведь она не может прожить оставшуюся часть жизни у Брук Ширстон… В конце концов, эта вульгарная дама – тоже женщина. И, наверное, так же как и Юта, заслуживает чего-то большего, чем роль кухарки и домработницы…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
